Драматургия: искусство истории. Универсальные принципы повествования для кино и театра - Ив Лавандье

что мы постоянно прерываемся, чтобы заглянуть в прошлое. Фильм «Тото-герой» – прекрасная тому иллюстрация. Цель протагониста (Мишель Буке) – месть. На протяжении девяти десятых фильма у него нет никаких препятствий. Вместо того чтобы заниматься настоящим действием, автор переносит нас в прошлое. Его флешбэки не совсем бесполезны – на самом деле они содержат несколько неплохих моментов, но служат для оправдания цели главного героя, объясняя, почему он дошел до этого момента, а не как он собирается достичь своей цели.

Тот же принцип действует и в первой половине «Карандиру». Место действия – гигантская бразильская тюрьма. Туда прибывает врач (Луис Карлос Васконселос), чтобы провести кампанию по профилактике СПИДа. При каждой встрече с новым заключенным мы получаем флешбэк о том, почему он оказался в тюрьме.

Процесс длится час, что слишком долго, так как врач не испытывает ни конфликта, ни настоящего действия. Он даже не удивляется услышанному.

«Тото-герою» и «Карандиру» не хватает хитрости, которая позволила бы им перенять принцип «Царя Эдипа». В пьесе Софокла «устные флешбэки» не просто рассказывают о том, как Эдип оказался там, где он находится. Они также продвигают настоящее действие вперед.

Прошлое действие против настоящего

Есть два возможных решения проблемы структуры флешбэков:

• либо создать действие внутри флешбэков. В таком случае важнее всего влияние истории прошлого на общую структуру флешбэков, описанную выше, например в «Мелочах жизни». Риск заключается в том, что настоящее действие дает драматический ответ с самого начала. Так происходит, например, в «Войне супругов Роуз», где адвокат (Дэнни ДеВито) раскрывает развязку;

• или сделать так, чтобы флешбэки, предоставляя нам информацию, продвигали настоящее действие вперед. Так происходит в «Царе Эдипе», даже если флешбэки ненастоящие (см. выше), или в фильме «Птаха» режиссера Алана Паркера, где протагонист (Николас Кейдж) стремится избавить своего друга Птаху (Мэттью Модайн) от посттравматического синдрома. Для этого он должен понять, что его травмировало. Флешбэки не просто оправдывают их дружбу, но и позволяют нам постепенно понять, что привело Птаху к немоте. Стоит также отметить, что флешбэки следуют в хронологическом порядке (в прошлом). Похожий принцип действует и в пьесе «Пожары». После смерти матери главная героиня начинает поиски отца. В то же время флешбэки – доказательство того, что этот процесс очень хорошо работает в театре, – позволяют нам понять жизненный путь матери и происхождение каждого из персонажей.

Другой пример того же типа – фильм «Девушки». После публикации автобиографии Сибил (Кей Кендалл) под названием «Девушки» о ее жизни в труппе Барри Николса (Джин Келли) с Анжель Дюкро (Тейна Элг) и Джой (Митци Гейнор) Анжель подает в суд за клевету. Используя показания различных персонажей, суд пытается установить истину. Он является главным героем настоящего (или внешнего) действия. Первой выступает Сибил: флешбэк, в котором Анжель – протагонист (цель – уладить свои сердечные дела). Затем Анжель дает показания: флешбэк, протагонистом которого является Сибил (цель – справиться с двумя проблемами, вызывающими зависимость: алкоголизмом и любовью). Наконец, поскольку два показания противоречат друг другу, на скамью подсудимых вызывается Барри Николс: флешбэк, в котором он – протагонист (цель – соблазнить Джой).

Три флешбэка следуют в общей хронологии, причем третий предлагает несколько интересных отступлений от первых двух. Остается только сожалеть, что прошлое (или внутреннее) действие не имеет одного и того же протагониста при переходе от одного флешбэка к другому.

Именно это делает «Гражданин Кейн», соответствуя двум вышеупомянутым условиям. Флешбэки служат настоящему действию (т. е. расследованию Томпсона (Уильям Олланд)) и в то же время сами содержат действие, в котором Кейн (Орсон Уэллс) является протагонистом. Здесь также флешбеки распределены в хронологическом порядке внутри каждой последовательности.

Знаменитый графический роман «Маус» построен так же, как и «Гражданин Кейн». Это, пожалуй, то произведение, где постоянные флешбэки наиболее оправданны. Комикс Арта Шпигельмана помимо прочего – работа с памятью. В самом начале автор расспрашивает своего отца Владека о Холокосте. Это приводит к разоблачительным сценам и, прежде всего, к флешбэкам, которые, конечно же, составляют основу действия: выживание Владека и его жены в Польше в 1935–1945 годах. Периодически мы переносимся в настоящее время, где следим за незначительными событиями, в которых протагонистом обычно выступает Арт. Одно из них – поиск дневников матери автора. Арт чувствует, что эти тетради станут важной частью его повествования. Узнав, что отец сжег их, он называет его убийцей. Позже Владек говорит: «Немцы не хотели оставлять ни единого следа от всего, что они сделали. <..> Я говорю не о слухах, а о том, что я действительно видел». Уже одно это предложение оправдывает форму, использованную Шпигельманом.

«Дневник моего отца» похож на «Мауса» как структурно, с использованием флешбэков, так и тематически, поскольку протагонист Танигути работает со своими воспоминаниями. Ёити возвращается в родной город на похороны отца, которого не видел 15 лет. Он сильно обижен на родителя, чья смерть заставляет его оглянуться на свое детство, что порождает ряд флешбэков в хронологическом порядке, чтобы лучше понять свою обиду и узнать, кем на самом деле был его отец. Таким образом, и здесь флешбэки оправданны и проливают свет на настоящее действие.

«Босоногую графиню» часто сравнивают с «Гражданином Кейном». Это не совсем корректно. Фильм снят по сценарию того же Джозефа Манкевича. Он начинается на кладбище, с похорон Марии Варгас (Ава Гарднер).

Один за другим трое из присутствующих вспоминают о Марии, что приводит к семи флешбэкам. Есть даже один флешбэк внутри другого! Но в «Босоногой графине» нет настоящего действия, и протагонист – единственный, как Томпсон в «Гражданине Кейне». Более того, флешбэки – это череда различных действий, которые трудно объединить. Одна из причин заключается в том, что не у всех этих действий общий протагонист. Например, главным героем первого из них является Кирк Эдвардс (Уоррен Стивенс), а не Мария Варгас. Никоим образом не желаю обидеть киноманов, но сценарий «Босоногой графини» кажется мне слабее сценария «Гражданина Кейна» или «Все о Еве», также написанных Манкевичем, где есть общий флешбэк с единственным протагонистом (Бетт Дэвис) и меняются только закадровые голоса.

Авторы и флешбэк

Повальное увлечение флешбэками, возможно, объясняется желанием некоторых режиссеров использовать инструмент, который, по их мнению, является специфическим для кино, отличает его от театра. На самом деле театр прекрасно умеет пользоваться флешбэками (см. «Амадей», «Женщина в белом», «Пожары», «Незнакомец из Арраса», «Грязными руками» или «Смерть коммивояжера»), а в художественной литературе этот прием существует уже давно и называется аналепс. Например, «Одиссея» полна флешбэков, самый известный из которых – эпизод с Троянским конем. В