Невидимые женщины. Почему мы живем в мире, удобном только для мужчин. Неравноправие, основанное на данных - Кэролайн Криадо Перес

Если женщине повезет и у нее верно диагностируют сердечное заболевание, ей придется пройти через еще одно испытание – курс лечения, который тоже, скорее всего, будет страдать «мужским перекосом», ведь половые различия, как правило, не укладываются в «традиционные представления медиков» и не учитываются в клинических руководствах[960]. Приведем пример. Допустим, у мужчины и женщины диагностировали аневризму аорты (аорта – главный кровеносный сосуд, по которому кровь поступает от сердца вниз в грудь и живот). Хотя утолщение аорты у обоих пациентов одинаковое, они подвергаются разному риску: у женщины риск разрыва аорты (который в 65 % случаев приводит к летальному исходу) выше, чем у мужчины[961]. Однако в нидерландских клинических руководствах показания к хирургическому вмешательству одинаковы для обоих полов[962].

Обследования, рассчитанные на мужской организм, создают проблемы и при диагностике других заболеваний, в том числе чреватых большим риском для женщин. Так, вероятность развития правостороннего рака толстой кишки у женщин выше, чем у мужчин, и он часто протекает более агрессивно[963], однако анализ фекальной крови, обычно используемый для постановки диагноза, менее показателен для женщин, чем для мужчин[964]. Кроме того, поскольку у женщин толстая кишка длиннее и уже, чем у мужчин, колоноскопия тоже не всегда помогает поставить правильный диагноз[965]. Наконец, играет свою роль и то, что ВОЗ называет «распространенной диагностической ошибкой», а именно недооценка важности симптомов, характерных для представителей конкретного пола, – например, вагинального кровотечения при лихорадке денге[966]. Если симптомы заболевания перечисляются в порядке частоты встречаемости у больных обоего пола, а не только одного, специфические женские симптомы воспринимаются как менее значимые, чем в реальности.

Проблемы, вызываемые этими информационными пробелами, растут как снежный ком. Взять, к примеру, туберкулез. Игнорирование социальных факторов, повышающих риск развития заболевания у женщин, в сочетании с отсутствием данных в разбивке по половому признаку может привести к фатальным последствиям[967]. Если у мужчин заболевание часто протекает в латентной форме, то у женщин – в виде активного процесса[968]. Исследования показывают, что в развивающихся странах у женщин, готовящих еду на очагах в плохо проветриваемых помещениях и использующих биотопливо (а, как мы знаем, таких женщин миллионы), нарушается работа иммунной системы, снижается сопротивляемость организма и повышается восприимчивость к инфекции[969]. В результате в мире туберкулез убивает больше женщин, чем любое другое инфекционное заболевание. Каждый год от него умирает больше рожениц, чем от всех других причин материнской смертности, вместе взятых[970]. И тем не менее это заболевание все еще часто считается «мужским», из-за чего женщин реже направляют на диагностические обследования.

Впрочем, скрининг не всегда позволяет выявить заболевание у женщин[971]. Женский иммунный ответ может отличаться от мужского, как и симптомы заболевания[972]. Исследование, выявляющее причины неправильной диагностики туберкулеза у женщин, показало, что очаговые поражения легких у них не так заметны, как у мужчин[973]. Имеются также свидетельства разной чувствительности мужчин и женщин к наиболее распространенным тестам[974]. Так, в бедных странах, где не хватает средств на проведение дорогих тестов, пациентов обычно просят покашлять, а полученную мокроту изучают под микроскопом[975]. Но женщины при туберкулезе реже страдают от мокрого кашля, чем мужчины, а если и страдают, то анализ мокроты реже дает положительный результат[976]. Кроме того, этот тест не очень эффективен и по социальным причинам. Исследование, проведенное в Пакистане, показало, что женщины стесняются выкашливать необходимые для анализа сгустки слизи, тем более что медицинские работники не объясняют, зачем это нужно. В результате женщины кашляют «всухую»[977].

Практика здравоохранения, не учитывающая социальных условий, в которых живут женщины, сводит на нет многие усилия в области профилактики заболеваний. Традиционная рекомендация использовать презервативы для предотвращения заражения ВИЧ вряд ли будет соблюдаться многими женщинами, чье приниженное положение в обществе не позволяет настаивать на использовании средств защиты во время полового акта. Это относится и к профилактике лихорадки Эбола, возбудители которой могут сохраняться в семенной жидкости до полугода. Для решения этой проблемы разработан специальный гель[978], но его применению препятствуют традиции «сухого секса», распространенные в ряде регионов Африки, расположенных к югу от Сахары[979]. Гель, который также играет роль лубриканта, не находит применения там, где женщины перед половым актом специально осушают вагину травами, чтобы продемонстрировать свою невинность.