Невидимые женщины. Почему мы живем в мире, удобном только для мужчин. Неравноправие, основанное на данных - Кэролайн Криадо Перес

Сравните эти устройства с VR-шлемом, который опробовала Эди Робертсон – журналистка, пишущая о технике[759]. Устройство должно было отслеживать движения ее глаз, но ему это не удавалось – до тех пор, пока один из ассистентов не спросил, есть ли на ресницах женщины тушь. «Через несколько минут гарнитура была перенастроена, – пишет Эди Робертсон. – Я очень удивилась, но не тому, что эта штука наконец заработала, а тому, что никто и не подумал о возможном макияже». «Кстати, – добавляет она, – это был один из немногих стартапов, производящих VR-гарнитуры, о которых я писала, созданный женщиной».

•••

Однако большинство компаний, выпускающих VR-системы, основано не женщинами, поэтому их продукты часто выпускаются со встроенным «мужским перекосом». Как и большая часть онлайн-продуктов, VR-игры, судя по всему, благодатная почва для сексуальных домогательств, о чем программисты-мужчины постоянно забывают[760].

Когда писательница и геймерша Джордан Беламир опробовала VR-игру QuiVr в многопользовательском режиме, она столкнулась с сексуальным преследованием со стороны пользователя BigBro442[761]. Казалось бы, «виртуальная» реальность – не совсем реальность, но ощущения Джордан были вполне реальными. Ничего удивительного – VR-системы для того и предназначены, чтобы создавать ощущение реальности происходящего, и сегодня им удается настолько успешно обманывать наше сознание, что их используют для лечения посттравматического стресса, фобий и даже фантомных болей[762].

Надо отдать должное программистам-мужчинам, создавшим QuiVr: они мгновенно отреагировали на жалобы Джордан Беламир в ее блоге[763] и быстро изменили настройку «пространственный пузырь» (благодаря которой руки «насильника» исчезали из виду, когда он пытался коснуться лица другого игрока) так, что теперь при нарушении «личного пространства» «исчезало» все его тело, что делало какие-либо домогательства невозможными. Но, как отмечали сами разработчики, хотя «возможность того, что какой-нибудь злонамеренный геймер попытается руками загородить обзор другому геймеру и помешать игре» предусматривалась изначально, никто не подумал о том, чтобы сделать «исчезающим» все тело. И как же, вопрошали они, «мы могли не предусмотреть настолько очевидную возможность»?

Честно говоря, создатели игры, Генри Джексон и Джонатан Шенкер, просто оказались порядочными мужчинами, готовыми пойти навстречу женщинам. Но, как показывает история с Сергеем Брином и парковкой для беременных, даже самые лучшие мужчины не всегда понимают, каково это – жить в теле, на которое некоторые смотрят как на общедоступный зал игральных автоматов. Вряд ли Генри Джексон и Джонатан Шенкер регулярно сталкивались с этой проблемой, а потому неудивительно, что они «не предусмотрели настолько очевидную возможность».

Сексуальные домогательства – далеко не единственная проблема, мешающая женщинам наслаждаться виртуальной реальностью. Громоздкие шлемы; вызванное движением укачивание, от которого, как показывают результаты исследований, женщины в виртуальной реальности страдают намного чаще мужчин[764]; узкие дисплеи, ставящие мужчин в более выгодное по сравнению с женщинами положение в плане ориентации в пространстве[765], – все это делает VR еще одной технологией, не рассчитанной на женщин, что, конечно же, сокращает число пользовательниц.

Мы не знаем точно, почему в виртуальной реальности женщин укачивает чаще, чем мужчин, но, возможно, объяснение кроется в результатах исследования, проведенных Даной Бойд, научным сотрудником Microsoft[766]. Дело в том, что при зрительном восприятии объекта задействуются два механизма: параллакс движения и распознавание формы объекта по светотени. Первый механизм связан с изменением восприятия размеров объекта в зависимости от расстояния до него (чем вы ближе к нему, тем он кажется больше, и наоборот), а второй – с изменением освещенности при перемещении относительно объекта. В 3D-VR-системах первый механизм работает неплохо, а вот второй – «из рук вон плохо».

Этим недостатком обусловлены гендерные различия в восприятии виртуальной реальности, потому что, как обнаружила Дана Бойд, мужчины при восприятии объемного изображения «намного чаще» полагаются на параллакс движения, а женщины – на распознавание формы объекта по светотени. Соответственно, информационные сигналы, транслируемые трехмерной средой, воспринимаются мужчинами лучше, чем женщинами. А теперь вопрос: был бы второй механизм, обеспечивающий восприятие виртуальной реальности, настолько несовершенным, если бы 3D-системы с самого начала тестировались на равном числе мужчин и женщин?

У Тома Стоффреджена, профессора кинезиологии из Миннесотского университета, своя теория, объясняющая, почему женщин укачивает чаще, чем мужчин. Он считает, что «почти все» классические объяснения этого явления «упирают на несовпадение реакций органов чувств на раздражители». Речь идет о конфликте между сигналами, поступающими в центральную нервную систему из вестибулярного аппарата и органов зрения (внутреннее ухо слышит одно, а глаза видят другое). «Такое несовпадение действительно имеет место, – соглашается Том Стоффреджен, – но это еще не все. При традиционном объяснении упускается из виду одно важное обстоятельство: наш организм не успевает вовремя реагировать на изменение тела в пространстве».

В обычном режиме наш организм незаметно вносит коррективы в информацию, передаваемую органами чувств, чтобы тело не теряло равновесия. Это происходит и когда мы стоим, и когда сидим, и когда ходим. Но если среда, в которой вы находитесь, например автомобиль или корабль, движется, труднее сохранять равновесие, потому что тело, потерявшее твердую опору, должно реагировать по-другому. В таких случаях, говорит Том Стоффреджен, «вы в буквальном смысле вынуждены двигаться в направлении, противоположном движению объекта, но вы не сразу понимаете, в каком именно». В виртуальной реальности, считает ученый, тело тоже теряет «твердую опору» – как в автомобиле или на корабле, что и вызывает укачивание.

VR-индустрия пока не проявляет особого интереса к исследованиям Тома Стоффреджена. «Есть понимание того, что это серьезная проблема, – говорит он, – но представители отрасли идут к ее решению неправильным путем. Люди, создающие VR-системы, считают, что достаточно просто поместить перед глазами изображение, а мысль о том, что виртуальная реальность воспринимается не только глазами, просто не приходит им в голову». Но, продолжает ученый, разработчикам VR-систем пора понять, что они не просто «помещают перед глазами людей дисплеи; нравится им это или нет и понимают ли они это или нет, но они делают нечто большее».