Невидимые женщины. Почему мы живем в мире, удобном только для мужчин. Неравноправие, основанное на данных - Кэролайн Криадо Перес

Ида Тин, разработавшая приложение для отслеживания менструального цикла Clue, столкнулась с такой же проблемой, когда попыталась найти альтернативу традиционным методам контрацепции. «Менструация считается одной из важнейших функций организма, – говорит Ида, – она так же важна, как сердцебиение, дыхание и температура тела». Но до сих пор «в этой области сохраняется множество табу и заблуждений». Что касается планирования семьи, то, по мнению Иды Тин, «с тех пор, как в 1950-е гг. появились противозачаточные таблетки, инноваций в этой области практически не было. А ведь с точки зрения научно-технического прогресса это очень большой срок».

Ида Тин разработала Clue, потому что хотела «дать женщинам возможность контролировать свой организм и управлять своей жизнью», но у нее были и личные мотивы. В свое время она принимала противозачаточные таблетки, и, как и многие другие женщины, пострадала от их побочных эффектов. «У меня нет детей, – признается она. – Чудодейственное средство оказалось далеко не безопасным. Последние 15 лет я пользуюсь презервативами». От огорчения Ида Тин начала изучать патентные базы данных, и оказалось, «все методы контрацепции были гормональными». «И я поняла, что это совершенно безграмотный, не основанный на данных подход к проблеме. Это меня раззадорило. Почему, думала я, никто не занимается исследованиями в этой области, почему никто не старается решить проблему? Ведь контрацепция – фактически одна из главных человеческих потребностей», – рассказывает она.

Когда у нее родилась идея приложения для отслеживания менструального цикла, на рынке было всего несколько аналогичных продуктов. «Это были продукты первого поколения – в основном календари, по которым можно было рассчитывать 28-дневные циклы. О, если бы наша физиология была так проста!» – смеется Ида. Она говорит, что работает в этой области уже десять лет, но в ней все еще полно белых пятен. «Очень не хватает данных, – жалуется женщина. – Менструацию не просто не замечали – ее активно игнорировали. Я много работаю с научными институтами, потому что на академической карте много белых пятен. Например, никто не знает, какую интенсивность кровотечения следует считать нормальной для молодой женщины. Это один из вопросов, ответ на который я пыталась найти в сотрудничестве со Стэнфордским университетом. Наука пока не знает, что считать нормой».

Учитывая, что подавляющее большинство венчурных инвесторов – мужчины, нехватка данных становится особенно серьезной проблемой, когда речь идет о финансировании технологий, предназначенных для женщин. «Не имея надежных данных, – объясняет Ида Тин, – трудно убедить инвесторов в существовании проблемы, с которой они сами не сталкиваются». Ей вторит Таня Болер: «Мы говорили с несколькими венчурными инвесторами, но они не верили, что наш новый продукт, смарт-тренажер Elvie, может оказаться выгодной инвестицией».

Другая проблема, с которой сталкиваются женщины, добивающиеся инвестирования, – это проблема «распознавания образов»[732]. Призванное выявлять соответствие объекта определенным «культурным установкам» на основе данных, на практике распознавание образов лишь красивое название процесса, суть которого чаще всего сводится к простой формуле: «этот человек похож на того, который уже добился успеха», где «этот человек» – белый-мужчина-основатель-стартапа-окончивший-Гарвард-и-одетый-в-худи. Признаюсь: я встречалась с парнем, который пытался создать стартап, и он уверял, что эта одежда действительно имеет значение. Распознавание образов по худи – это реальность. При этом тенденция к восприятию именно мужского образа как образа успешного предпринимателя может усиливаться вследствие всеобщей убежденности в том, что технологии – область, где врожденная «гениальность» (которая, как мы видели выше, традиционно считается чисто мужским качеством)[733] важнее упорной работы (отсюда – фетишизация выпускников Гарварда).

Все это кажется неразрешимой проблемой, порочным кругом, «уловкой-22». В области, где женщины находятся в невыгодном положении только потому, что они женщины (и поэтому не соответствуют стереотипному мужскому образу), для женщин-предпринимателей данные приобретают ключевое значение. И тем не менее именно женщины-предприниматели с наименьшей вероятностью будут располагать ими, потому что именно они с наибольшей вероятностью будут пытаться делать продукты для женщин, данных о которых нам так не хватает.

Однако, несмотря ни на что, некоторым женщинам все-таки удается добиться финансирования. Ида Тин и Таня Болер в конце концов собрали деньги на свои стартапы (Таня получила часть средств от Дебби Воскоу). Теперь отдельные пробелы в данных начнут заполняться. Таня Болер говорит, что перед тем, как запустить смарт-тренажеры для мышц тазового дна Chiaro, она испытала их более чем на 150 женщинах, «и теперь у нас есть данные, полученные в ходе более миллиона тренировок, – много данных о состоянии мышц тазового дна, которых раньше не было совсем». По словам Тани, «носимые устройства – замечательная штука: люди получают больше информации о своем организме, и это помогает им принимать правильные решения».

•••

Продукты Тани Болер и Иды Тин позволяют женщинам больше узнать о собственном организме, но в целом носимые устройства к этому не приспособлены. В мире технологий правит бал аксиома, что человек – по умолчанию мужчина. В 2014 г. Apple с большой помпой запустила свою систему мониторинга здоровья, которую рекламировала как «полностью» отслеживающую состояние организма[734]. Приложение позволяло измерять кровяное давление, считать количество сделанных шагов, показывать содержание алкоголя в крови и даже определять потребление молибдена (нет, спасибо, мне это не нужно!) и меди. Но, как заметили многие женщины, компания забыла об одной очень важной функции: о наблюдении за менструальным циклом[735].

Это был не единственный случай, когда Apple полностью проигнорировала потребности большей части своих клиентов. Когда компания запустила созданную на основе технологий искусственного интеллекта голосовую систему Siri, та (как ни странно) могла подсказать, как найти проституток и поставщиков виагры, но терялась, если ее спрашивали о медицинских учреждениях, где можно сделать аборт[736]. Siri могла помочь человеку, у которого случился инфаркт, но если вы сообщали ей, что вас изнасиловали, она отвечала: «Я не знаю, что значит “изнасиловать”»[737]. Эти серьезные недочеты, безусловно, были бы вовремя замечены и исправлены, если бы в разрабатывавшую Siri команду входило достаточное количество женщин, – ведь в этом случае программисты не столкнулись бы с нехваткой гендерных данных.