Хождение по звукам 2.0. 33 истории о популярной музыке: от The Beatles до Билли Айлиш - Лев Ганкин

Слово «ATLiens» – очередной каламбур: это aliens, «инопланетяне», «пришельцы», но в первом слоге слышится намёк на название города Атланта; как и подобает рэперам, Outkast остаются прежде всего певцами и глашатаями родного «нейбахуда» – помните, «югу есть что вам сказать». А звук в этой записи формально совсем другой – более минималистский, интровертный, основанный на сей раз скорее на электронном продакшене, чем на живом груве. Зато «космическая» концепция пластинки – в чистом виде оммаж Funkadelic, Parliament и вообще психоделической космологии великого фанк-революционера 1970-х Джорджа Клинтона, о которой можно было подробно узнать в первом томе книги «Хождение по звукам». Если вы когда-либо держали в руках физический диск «ATLiens», то наверняка видели комиксы в буклете и читали сопроводительную историю: в ней остроумно обыгрывается созвучие топонимов Атланта и Атлантида.

Примерно на этом этапе окончательно кристаллизовалась разница в творческих подходах двух участников Outkast: Биг Бой здесь и далее продолжал прокачивать себя в техническом плане, превращаясь буквально в машину по производству талантливых куплетов и изобретательных рифм, что же до Андре 3000, то тот дал волю собственной эксцентричности. Намёки на это его свойство вообще-то можно было разглядеть и раньше: даже в первой пластинке ансамбля был, например, трек «Git Up Git Out», в котором говорилось, что целыми днями курить дурь – это вообще-то не очень круто. И слова с делами у Андре не разошлись: после выхода альбома он прекратил пить алкоголь и употреблять наркотики, а ещё стал практиковать сексуальное воздержание, почти как Стивен Патрик Моррисси. Далее, на обложке диска «ATLiens» Андре появился в тюрбане – несколько колониалистское с виду, но, видимо, искреннее свидетельство его увлечения восточной философией. Словом, свист на премии журнала Source, – по-видимому, следствие не только столичного шовинизма, но и типичной для любого закрытого сообщества подозрительности к чужакам. А чуждость Outkast, как видим, манифестировалась не только в заголовке проекта, но и во внешнем виде участников – а ещё и в звучании, а также тематике их треков. Не случайно порой их музыку называют «рэпом для тех, кто не любит рэп».

Возьмите, к примеру, трек «Rosa Parks», один из самых ярких отрывков третьего и, возможно, лучшего у Outkast альбома «Aquemini». Он назван в честь легендарной гражданской активистки – той самой, которая отказалась пересаживаться на специальные «места для чёрных» в автобусе в далёких 1950-х. Увы, это оказалось довольно опрометчивым решением: в 1998 году, когда песня вышла в свет, Роза Паркс была ещё жива, но уже впала в деменцию, и это позволило жадным адвокатам и душеприказчикам от её лица выкатить дуэту из Атланты иск за использование честного имени их клиентки в коммерческих целях. К счастью, шестилетняя тяжба закончилась тем, что лейблу, на котором вышла запись, было сказано всего лишь навсего спонсировать документалку о Розе и несколько образовательных программ на тему расового равенства.

Это, однако, не более чем информационный шум, а вот саунд трека весьма примечателен. Outkast здесь подчёркивают свои южные корни самым явным и при этом самым невероятным для рэп-группы способом: они кладут патентованные хлёсткие речитативы на минусовку фактически в стиле кантри! Вслушайтесь – и обратите внимание на звонкую гитарную партию, пронизывающую всю композицию, а ещё на соло губной гармошки в её середине. Кстати, исполняет его не какой-то случайный человек, а Роберт Ходо, пастор протестантской церкви Нового Утреннего Света города Конли, штат Джорджия, и по совместительству отчим Андре 3000.

Перед нами, таким образом, ещё один пример стилистической непредсказуемости Outkast, кульминацией которой как раз и станет знаменитый трек «Hey Ya». Помимо этого, в альбоме «Aquemini» есть выход Джорджа Клинтона – встреча с кумиром! – а ещё камео рэпера Рэйквона из группировки Wu-Tang Clan, первое свидетельство того, что к нашим героям начали всерьёз, с интересом и уважением относиться коллеги по цеху. Завершается же дело девятиминутной балладой с участием давнего приятеля Outkast, массивного чернокожего человека по имени Си-Ло Грин (в будущем половины кассового дуэта Gnarls Barkley), а также соул-дивы Эрики Баду, которая в то время встречалась с Андре 3000. Да, его сексуальное воздержание продлилось едва ли календарный год, но, в общем, ради кого ещё прерывать целибат, как не ради Эрики Баду? Короче говоря, альбом «Aquemini» утвердил героев этой главы в статусе самых изобретательных рэперов в США. А его звучание – да и вообще творческие практики дуэта – проистекало из неординарной внутренней динамики между Андре и Биг Боем, принципиально разными артистами, с разными представлениями о прекрасном, дружба между которыми, тем не менее, до поры до времени оказывалась намного сильнее любых творческих разногласий.

Следующая пластинка – и очередная взятая высота: композиция «Ms Jackson» с альбома «Stankonia» 2000 года стала первым хитом Outkast, достигшем верхней строчки американского чарта. Хотите верьте, хотите нет, с сюжетной точки зрения она представляла собой произведение в жанре «диалог с тёщей». Адресат «Ms Jackson» – это мать Эрики Баду, с которой Андре 3000 к этому моменту успел расстаться; впрочем, у них есть общий ребёнок, сын по имени Севен. Кстати, пожилая дама оценила жест, сказала, что не держит на Андре зла за то, что тот разошёлся с её дочерью, и пошутила, что ждёт чека по почте, поскольку без неё песня не была бы написана. Сумма в чеке, к слову, по идее должна была быть очень весомой, ибо трек принёс Outkast популярность далеко за пределами Атланты и хип-хоп-коммьюнити. То есть наши герои вновь добились успеха оригинальным путём – кто бы мог подумать, что в мейнстрим их введёт трек с подобным содержанием?

Именно в этот момент участились пресловутые сравнения между Андре и Биг Боем, с одной стороны, и Ленноном и Маккартни – с другой. Прежде чем в «рокистском» возмущении отбросить их прочь – дескать, как можно уравнивать каких-то рэперов с величайшими сочинителями современности, – примите во внимание следующее. Стилистический размах записей Outkast огромен – альбом «Stankonia» для хип-хопа оказывается таким же манифестом всеядности и стирания жанровых границ, каким «Белый альбом» был для гитарной поп-музыки. Тематический разброс композиций, опять-таки, очень велик – социальные и даже политические высказывания (обратите внимание на трек «Bombs Over Baghdad», или просто «B.O.B.», в котором речь идет о вторжении американской армии в Ирак – Outkast положили эту композицию на воинственные звуки брейкбита и драм-н-бейса) здесь соседствуют с психоделическими стихотворными картинами, но есть, конечно, место и для более простой лирики на сексуально-романтические темы. Далее, в дуэте явно негласно распределены роли: один из его участников, Биг Бой, явно больше озабочен формой подачи, техникой и вообще вопросами исполнительства, а другой, Андре, делает упор на содержание, именно его перу принадлежат самые поэтичные строчки и самые неожиданные высказывания. Видимо, чтобы сделать сходство совсем пугающим, Андре в какой-то момент заявит о том, что устал от концертов и не хочет больше гастролировать – большой привет Леннону, – тогда как Биг Бой именно от обмена энергией с аудиторией всегда ловил максимальный кайф, как Маккартни, и в итоге решение Андре стало фактически концом проекта.