Хождение по звукам 2.0. 33 истории о популярной музыке: от The Beatles до Билли Айлиш - Лев Ганкин

Что же до «I Feel Love», то песня, в которой, таким образом, удалось нащупать вечно ускользающий баланс между монструозным, нечеловеческим танцевальным грувом и, наоборот, тёплым, человечным, эмоциональным вокалом стала, во-первых, мегахитом многочисленных дискотек, а во-вторых, фактически шаблоном для великого множества «музык» будущего, как и предполагал Брайан Ино – вспомните хотя бы чикагский хаус. И то, и другое изрядно удивило авторов: Мородер и Беллотт не ходили на дискотеки, они работали в студии как профессионалы с 10:00 до 18:00, а вечером не поздно ложились спать, поэтому не вполне понимали, что происходит. Кроме того, им казалось, что композиция имеет смысл только в контексте пластинки «I Remember Yesterday», где она подытоживает пресловутый парад десятилетий, поэтому давайте снова отдадим должное чутью Нила Богарта: как и в случае с «Love to Love You Baby», это он уговорил всех заинтересованных лиц выпустить её на сингле.

С тех пор имя Джорджо Мородера стало ассоциироваться именно с таким звуком – аналогово-электронным; единственный живой инструмент в «I Feel Love» – это бочка, большой барабан, остальное сплошь машинерия. С целью освежить звучание Мородера, например, позвала для записи альбома «No. 1 in Heaven» умнейшая американо-британская поп- и рок-группа Sparks. Алан Паркер пригласил его писать саундтрек к драматическому триллеру «Полуночный экспресс» – продюсер и композитор взял за него «Оскара». В 2013 году Daft Punk взяли с музыкантом большое интервью и использовали отрывки из него в композиции-трибьюте «Giorgio By Moroder» – высочайший знак благодарной преемственности.

А что же Донна Саммер? Она была звездой и королевой и до «I Feel Love» и осталась таковой после – как минимум ещё лет на пять. Но парадоксальным образом это футуристическое звучание в её творчестве было востребовано ещё всего лишь несколько раз (например, в треке «Sunset People») – всё-таки диско-оркестровки ей, похоже, были более понятны и созвучны. Впрочем, когда стиль диско вышел из моды, Саммер нашла в себе силы опробовать некоторые кроссовер-формы: и электропоп, и R&B, и софт-рок, – да и в дуэте с Барброй Стрейзанд «No More Tears» именно она всегда казалась мне сильным звеном.

Остаётся понять, была ли Донна Саммер лишь послушной исполнительницей продюсерской воли (как миллионы поющих девушек и юношей до и после неё) или самостоятельной творческой единицей? Что ж, конечно, саунд и концепция её пластинок во многом определялись посторонними людьми – но Донна всегда присваивала себе песни, которые пела. Она вживалась в них, слегка меняла их под себя, – короче, никогда не отбывала номер. Чем дальше, тем чаще её имя возникало в скобках после названия трека на задних обложках альбомов – её не устраивала роль говорящей, а точнее поющей головы. Для меня-то, признаться, это и вовсе не слишком важно – в популярной музыке нет непременного условия авторства, тут можно «быть дельным человеком» и не писать своих песен; спросите, в конце концов, у Элвиса Пресли, как так бывает. Но это явно было важно для самой Донны, поэтому я чувствую необходимость об этом сказать.

И в конце концов, хиты у неё были и вне эры Мородера – Беллотта, пусть и реже – и, пожалуй, не такого крупного калибра. Расставшись с верной командой, уже в 1980-е годы она исполнила и записала, например, трек «She Works Hard for the Money», довольно неожиданную из уст Саммер и оттого ещё более убедительную оду простой официантке, которой приходится пахать за троих, чтобы свести концы с концами.

Как тебе такое, Брюс Спрингстин?

SIOUXSIE & THE BANSHEES

ТРЕК-ЛИСТ:

1. FACE TO FACE

2. HONG KONG GARDEN

3. METAL POSTCARD

4. CHRISTINE

5. HAPPY HOUSE

6. SPELLBOUND

7. ARABIAN NIGHTS

8. CITIES IN DUST

9. PEAK-A-BOO

10. KISS THEM FOR ME

11. DEAR PRUDENCE

В начале 1990-х, на позднем этапе существования группы Siouxsie & the Banshees, ансамбль получил неожиданный заказ – сочинить и записать песню для «Бэтмена» Тима Бёртона. Список авторов композиции «Face to Face» в итоге выглядит довольно необычно: Siouxsie & the Banshees – и известный кинокомпозитор Дэнни Элфман, автор множества саундтреков; всю остальную звуковую дорожку к картине сочинял именно он, поэтому пришлось и тут скоординировать с Элфманом звучание, тональность и аранжировку, чтобы трек не казался в фильме вставным зубом. Идея пригласить группу для записи песни принадлежала самому Бёртону – выяснилось, что он большой поклонник Siouxsie and the Banshees. «Сьюзи [Сью, фронтвумен ансамбля], – сказал знаменитый режиссёр, – одна из совсем немногих женщин, которые могут убедительно воспроизвести первобытный кошачий вопль».

Пожалуй, в конечном счёте в «Face to Face» от неё ничего подобного не потребовалось, но вообще-то в правоте Бёртона здесь нет никакого сомнения. Сьюзи – потрясающе разнообразная, уверенная певица, возможно, главный женский голос панк-рока. Положим, с первобытным кошачьем воплем, по выражению режиссёра, вполне могла бы справиться и, например, Патти Смит, бабушка всех панк-певиц мира – но у неё, при всём гигантском уважении, порой возникали проблемы там, где требовалось собственно пение, традиционного свойства: Патти, подобно её заочному учителю Леонарду Коэну, была поэтом, взявшим в руки микрофон, а не представительницей певческой профессии. Сьюзи же – сначала именно вокалистка и только потом поэт (не случайно половину текстов в Siouxsie & the Banshees писала вообще не она, а бас-гитарист Стивен Северин). В её арсенале – лужёная глотка, мощные связки и ещё, конечно, бесстрашие, полное отсутствие комплексов: «то как зверь она завоет, то заплачет как дитя» – и не испытает никакого смущения ни в том, ни в другом случае.

Первый сингл Siouxsie & the Banshees, «Hong Kong Garden», вышел в 1978 году, но к тому моменту в жизни Сьюзи Сью (урождённой Сьюзен Джанет Баллион) и её проекта уже многое успело произойти. Это люди из самой что ни на есть колыбели британского панк-рока – и Сьюзи, и Стивен Северин принадлежали к так называемому «контингенту из Бромли»: журналисты называли так поклонников группы Sex Pistols, колесивших за своими любимцами по всей стране, которых отчего-то особенно много развелось именно в лондонском городе-спутнике Бромли. Музыка Sex Pistols, а равно и сопровождающая её панк-эстетика – вызывающая мода, протест против унылого старомодного этикета – были для Сьюзи, как и для многих её соратников и соратниц, способом бегства от депрессивной рутины стандартной жизни в скучном, холодном, дождливом британском пригороде: её отец умер от алкоголизма, в юности она пережила сексуальное насилие, к чему её родственники отнеслись равнодушно, короче говоря, у нашей героини были не самые счастливые годы становления. Знакомство и дружба с Sex Pistols вдохнули смысл в её существование, а ещё подарили Сьюзи первый вкус скандальной славы. Сначала она участвовала в легендарном телешоу BBC с участием британских панков как часть их группы поддержки – и это именно к ней подкатил ведущий Билл Гранди, мол, можем сходить куда-нибудь после съёмки, что спровоцировало гитариста Sex Pistols Стива Джонса прямо в эфире обозвать его похотливым старикашкой, да ещё и с использованием ненормативной лексики; на следующий день группа проснулась знаменитой. Следующий случай был менее приятным – во Франции, куда Сьюзи поехала с Sex Pistols, её поколотили за повязку со свастикой; да, панк-рокеры, как и представители многих других неформальных молодёжных субкультур, порой заигрывали с нацистской символикой. Впрочем, певица настаивала, что не имела в виду ничего такого – и один из треков с первого альбома Siouxsie & the Banshees «Scream» группа в итоге посвятила британскому художнику немецкого происхождения, убеждённому антифашисту Джону Хартфилду; композиция называлась «Mittageisen» в германоязычной версии и «Metal Postcard» в англоязычном варианте.