Чжуан-Цзы Бронислава Виногродского. Книга о знании и власти - Бронислав Виногродский

Опирающийся на Простоту постиг Путь и стал гулять хозяином Великих потоков.

Личность в Плечах постиг Путь и стал владыкой Великой горы.

Желтый Владыка постиг Путь и поднялся в заоблачное Небо.

Устремленно Ждущий постиг Путь и потому поселился в Темном дворце.

Сильный Частями постиг Путь и потому определил Северный полюс.

Мать Западного Правителя постигла Путь и потому возвышается над горой Расширения Малого.

Не знают, где он начинается, не знают, где он закончится.

Прародитель Изобильный постиг Путь и потому прожил со времен царя Усмирителя Вод до времен пяти владык.

Обучающий Радостью постиг Путь и стал главным чиновником у царя Доблестного Войной, который навел порядок во всем мире. Он стал правителем звезды Восточная Нить и восседает на созвездиях Плетенки и Хвоста, став равным среди правителей остальных небесных звезд.

Наставник Основ, начальник Южного предместья, спросил деву Премудрую:

– Вы прожили столь долго, а цвет лица у вас – как у юной девицы. Почему?

Ответила дева:

– Я слушаю Путь.

Наставник Основ спросил:

– А Путь можно постичь через учебу?

Ответила дева:

– Нет, нельзя. Вы, наставник, не подходите для этого. Вот Опирающийся на Балки Гадатель подходит по своим качествам, чтобы стать мудрым, но не постиг Путь мудрого человека. Я же, постигшая Путь мудрого человека, не имею подходящих качеств, чтобы стать человеком мудрости.

Я желала научить его, чтобы он воспринял Путь. Думала, что ему будет легко стать настоящим человеком мудрости. Но вышло не так.

Казалось, что будет легко мне, постигшей Путь человека мудрости, поведать его тому, кто имеет природные свойства, что подходят для постижения мудрости. Я долго старалась поведать ему этот Путь.

Учила его три дня, после чего он сумел отстраниться от мира.

Когда он уже отстранился от мира, я продолжала учить его постижению Пути.

Прошло семь дней, и он сумел отстраниться от вещей.

Когда он уже отстранился от вещей, я продолжала учить его постижению Пути.

Прошло девять дней, и он сумел отстраниться от жизни.

Уже отстранившись от жизни, сумел он проникнуть в утреннюю прозрачность.

Проникнув в утреннюю прозрачность, он сумел увидеть свое одиночество.

Увидев свое одиночество, он сумел отстраниться от времени прошлого и настоящего.

Освободившись от времени прошлого и настоящего, он сумел войти в ту область, где нет ни смерти, ни рождения. Уничтожаешь живое, а смерти нет. Порождаешь жизнь, а не происходит рождение.

Путь, проходя через все вещи, ничего не направляет, ничему не препятствует, ничего не разрушает, ничего не создает.

Это постижение называется «успокоением тревог». Успокоившись в тревогах, ты от тревог приходишь к совершенству.

Наставник Основ спросил:

– А откуда госпожа узнала об этом?

Та отвечала:

– Я узнала об этом от сына Помогающего Письменами. А сын Помогающего Письменами узнал об этом от внука Знающего на Память. А внук Знающего на Память узнал это от Ясного Взгляда. А Ясный Взгляд узнал это от Шепота в Ушах. Шепот в Ушах узнал это от Усердного в Работе. Усердный в Работе узнал это от Поющего Песни. Поющий Песни узнал это от Темного Мрака. Темный Мрак узнал это от Туманного Хаоса. Туманный Хаос узнал это от Подозрения Начала.

Наставник Обрядов, Наставник Колесничий, Наставник Пахарь и Наставник Приходящий вчетвером встретились и так говорили:

– Если можешь видеть, что небытие – это голова, жизнь – позвоночник, смерть – задница, если можешь понять, что жизнь и смерть, существование и исчезновение – это одно тело, тогда и будешь с нами дружить.

Поглядели все четверо друг на друга и засмеялись. Никому это не было поперек души. После этого общались как друзья.

Вот Наставник Колесничий заболел. Наставник Обрядов пришел проведать его. Тот и говорит:

– Насколько велик творец сущего, сделавший со мной это? Чтобы суметь вот так согнуть-перегнуть. Крутым горбом скривил спину. Пять дыр вверх глядят, а челюсти в пупке укрылись. Плечи выше макушки торчат, шея так искривилась, что в небо смотрит.

Разладилось в нем взаимодействие сил дыхания света и тьмы, а сохранил в душе покой и безмятежность. Ковыляет, чтобы взглянуть на свое отражение в колодце и говорит:

– Вот ведь что творец сущего со мной сделал, так согнул-перегнул.

Наставник Обрядов спросил:

– Не нравится тебе?

Тот ответил:

– Да нет. А что мне может не нравиться? Все будет постепенно меняться, и вдруг моя левая рука и станет петухом. Тогда буду отмечать ею время в ночи. А правая рука моя, постепенно меняясь, превратится в стрелу для арбалета. Тогда ею я буду перепелов на жаркое добывать. А если зад мой, постепенно меняясь, превратится в колесо, тогда дух превратится в коня. Смогу на них ездить. Больше мне повозка не понадобится.

Ведь я обретаю временем, а теряю следованием. Когда, спокойный во времени, пребываю в следовании, тогда ни радость, ни печаль в меня не проникнут.

В древности это называлось «разрезать путы». Сам-то их разрезать не можешь, потому что вещами узлов навязал. Вот только разве вещами справиться с вечностью Неба? Что же мне в этом может не нравиться?

Вдруг заболел и Наставник Приходящий. Дышит так тяжело, будто вот-вот умрет. Жена и дети собрались в круг, рыдают. Наставник Пахарь пришел проведать. Молвит:

– Уйдите отсюда. Не мешайте преображению.

Склонившись над телом, заговорил, обращаясь с речью:

– Как это здорово – созидание преображений. Что с тобой опять сотворится? К чему тебя приспособят? Сделают из тебя крысиную печень, а то, может, и насекомого лапку?

Наставник Приходящий в ответ:

– Отец с матерью детей могут послать на восток и на запад, на юг и на север. Они послушно исполнят наказ. А силы света и тьмы в человеке уж не меньше значат, чем мать и отец. Они двигают меня к смерти, а я буду спорить. Значит, строптив. Их-то в чем обвинять?