Не оставляйте ведьму после уроков! - Кейти Бирчалл

Несколько секунд я молча пялилась на неё, пока зубная паста стекала по моему подбородку.

– Всё нормально, – ответила я наконец, отвернулась и продолжила чистить зубы.

Она кивнула и ушла. Мне тут же стало стыдно за такую холодную реакцию. По правде сказать, единственная причина, по которой я не делюсь с ней тоской по поводу отсутствия Оуэна в моей жизни, это то, что он никуда из неё и не делся.

Я стараюсь не думать о том, что она сказала о кулоне. Когда эти мысли всё же приходят мне в голову, я чувствую себя очень странно, как будто я одновременно обрадована чем-то и очень испугана. Часть меня – основная, надо сказать, – надеется, что этот камень склонен всё очень сильно драматизировать и стал чёрным просто из-за того, что я подружилась с колдуном.

Но есть другая моя половинка, скорее не половинка, а одна сто тысячная меня, которая считает, что кулон не так уж сильно заблуждается.

Если задуматься, то мы с Оуэном правда очень много времени проводим вместе. Да, он ужасно бесит меня разговорами о превосходстве колдунов над ведьмами. Но мне всегда спокойно рядом с ним, мы много смеёмся, и мне важно его мнение. Он всегда старается сделать так, чтобы мне было комфортно в школе, а когда я попадаю в неприятности, тут же бросается мне на выручку, чего делать совсем не обязан.

А когда он мне улыбается, в животе начинают порхать бабочки.

Но это ничего не значит. Я уверена.

– Рада, что увидишься с отцом? – вдруг спрашивает мама, вырывая меня из мыслей об Оуэне. Когда я сказала, что папа хочет встретиться после уроков, она предложила меня отвезти. Я ответила, что могу доехать и на автобусе, но она настояла.

Я вдруг понимаю, что неосознанно потянулась к кулону, спрятанному под свитером, и быстро опускаю руку на колени. Надеюсь, мама не заметила. К счастью, она ведёт машину, так что смотрит прямо перед собой.

– Да, я рада, – отвечаю я и глажу Мерлина, который в образе крысы сидит у меня на коленях. – Он хочет рассказать о зелье, над которым сейчас работает. С его помощью можно читать мысли.

Мамины брови взлетают:

– Я помню, он работал над ним много лет назад. Видимо, так и не бросил попытки. Хотя его предупреждали.

– В каком это смысле?

– Думаешь, будет хорошо, если колдуны смогут читать мысли других? – просто спрашивает она. – Тебе бы такое понравилось?

Я тут же краснею. Мама бы узнала, что мы с Оуэном до сих пор дружим. А он бы смог выяснить правду о моём кулоне.

– Нет! – кричу я гораздо горячее, чем хотелось бы. Я прочищаю горло и продолжаю спокойнее: – Вряд ли это было бы приятно.

– Такое зелье могло бы пригодиться для завоевания мира, – радостно вворачивает Мерлин. – Представляешь, сколько секретов можно было бы узнать!

– Это можно приравнять к насилию, – говорит мама, пропуская его слова мимо ушей. – Главный чародей говорил это Маверику давным-давно, предупреждал, что это крайне опасно, но, судя по всему, убедить его так и не смог.

Она останавливается на парковке рядом с лесным массивом и выключает двигатель. Мы приехали раньше времени, ведь я рассчитывала, что поеду на автобусе, когда договаривалась с Мавериком о встрече. Пока я отстёгиваю ремень безопасности, мама тянется к сумке и достаёт из неё коробку, перевязанную ленточкой. Она протягивает её мне.

– Что это? – спрашиваю я, поворачиваясь к ней лицом.

– Я заметила, как усердно ты в последние недели готовишься к викторине, и решила, что это может пригодиться, – объясняет она. – Открой.

Я беру коробку и развязываю бант. Подняв крышку, я вижу блестящий серебряный звонок, точно такой же, как мы используем во время соревнования.

– Так ты можешь потренироваться как можно быстрее бить по звонку, отвечая на вопросы, – быстро говорит она, на случай если я не пойму.

– Мама, это невероятно! – Я гляжу на неё и улыбаюсь. – Спасибо.

– Не за что, – отвечает она, возвращая улыбку. – Я знаю, как важна для тебя викторина. Надеюсь, звонок пригодится. С нетерпением жду финала! Что бы ни случилось, я очень горжусь тем, как ты стараешься.

– Спасибо, мама.

Она кивает с улыбкой, но тут же хмурится, глядя в окно. Маверик уже появился, он нетерпеливо постукивает по своим наручным часам.

– Твой отец уже здесь. Пора идти.

Я закрываю коробку крышкой и осторожно убираю её в рюкзак.

– Ещё раз спасибо. До встречи!

– Скоро увидимся, – отвечает она, стараясь выглядеть как можно более спокойной.

Я закрываю дверь и иду к Маверику.

– Времени у нас немного, – говорит он, жестом зовя меня за собой. – Мне нужно возвращаться к работе. Всё никак не найду несколько последних ингредиентов.

– Хорошо, – говорю я, стараясь поспевать за его размашистым шагом. – Спасибо, что нашёл время повидаться, когда так занят.

– Просто не может быть такого, что коровий волос сработает, – бормочет он себе под нос, настолько увлечённый своими мыслями, что не слышит меня. – Нет, это я уже пробовал. Может, выжимка из стеблей нарцисса? Или лапа мёртвого жука? А если пепел прудовой ряски? Да, ряска может подойти. Нужно это записать.

– Что сегодня будем делать? – спрашиваю я, когда мы подходим к поляне, от души надеясь, что ни в одном зелье, что он мне давал, не было лап мёртвых жуков или ряски.

Он останавливается и что-то записывает в блокнот. Потом убирает его в карман и хлопает в ладоши.

– Итак, – говорит он, делая шаг ко мне, – прости за это. Если что-то приходит в голову, я стараюсь это записывать, иначе забуду. Ты принесла книгу?

Я удивлённо моргаю:

– Какую книгу?

– Мою книгу! – отвечает он, упирая руки в боки. – Иначе как мы будем варить зелье?

– Я её с собой не брала, – признаюсь я виновато. – Прости, я не подумала, что должна.

– Ясно. Ну ладно, это не так важно, – отвечает он раздражённо. – Тогда просто расскажи, как твои успехи. Какие зелья тебе понравились больше всего, а что ещё важнее, которые ты успела попробовать? Очень мило, что Ирвин одолжил тебе свой котёл для начинающих, но я позже пришлю тебе кое-что получше.

– Оуэн, – поправляю я, снимая рюкзак. – Я ещё не успела разобраться с книгой.

Он как-то странно на меня смотрит, его лоб нахмурен.

– Но я думал, мы решили, что это важнее всего.

– Точно, – быстро отвечаю я, – но мне нужно было готовиться к викторине, не говоря уже о домашке. Времени совсем не было.

– Не надо тебе готовиться к викторине, Морган, – говорит он сердито. – Ты же обладаешь магией!

– На самом деле мы с Сэнди договорились, что не будем использовать магию в финальном туре. Мы обе согласны, что это слишком рискованно. Поэтому мне пришлось заниматься. Не хочу подвести команду.