39 ключей. Книга 10. Сквозь строй - Маргарет Петерсон Хэддикс

У Эми по лицу текли слезы. Она провела кончиками пальцев по краю стола, за которым царили мир и единодушие, пока зло не вселилось в них и не превратило их в предателей и братоубийц. Она вспомнила, как сильно расстраивалась их мама, когда они ссорились с маленьким Дэном.

Оливия Кэхилл была просто любящей мамой, и все ее мысли были только о детях и о том, чтобы они — и их потомки — жили в мире.

«„На этом острове семья разделилась. На этом острове семья должна объединиться“, — подумала Эми. Неужели все так просто — лишь сесть всем вместе за семейный стол».

Она вытерла слезы и посмотрела вокруг. Она была готова предложить это всем остальным. Но не смогла. Что-то внутри не давало ей сделать этот шаг. «В детстве больше всего мы с Дэном ссорились из-за игрушек, — думала Эми. — Мама заставлял нас потом просить прощения друг у друга так, словно мы совершили что-то гораздо более ужасное. И Оливия Кэхилл, и Мадригалы призывают нас забыть старые обиды. Но если эти обиды — убийства? Как их забыть?»

Слезы на ее глазах высохли, взгляд стал холоднее и рассудительней. Нет, ей, конечно, очень жалко Оливию Кэхилл, но маму с папой ей жалко еще сильнее.

«Это невозможно», — сказала она себе слова, которые снова и снова повторяла про себя, начиная с Ямайки.

Вдруг где-то вдалеке послышался гром. Пол под ее ногами мелко-мелко задрожал. С потолка градом посыпались камни.

Эми бросилась под стол Оливии Кэхилл.

— Дэн! Сюда! — закричала она. — Гамильтон!

Свет в комнате погас, наступила кромешная тьма, в которой раздавался грохот падающих камней.

Все усложнилось.

— Дэн! Дэн! Дэн! — кричала она.

Она слышала, как они тоже ее зовут, как Иан с Натали зовут друг друга.

— Прячьтесь все под столом! — кричала Эми. — Здесь безопасно!

Вдруг что-то тяжелое упало на стол. Ножка стола громко треснула.

А вдруг здесь нет ни одного безопасного места?

* * *

Дэн схватил Гамильтона за руку и потащил его на голос Эми.

— Сюда! — кричал он.

Вокруг них падали огромные тяжелые камни, булыжники, гигантские валуны. В воздухе стояла пыль, было трудно дышать. Но хуже всего было то, что ничего не было видно.

Дэн больше не мог сделать вдох.

— Иди без меня, — хотел он закричать, но лишь еле слышно прохрипел.

Гамильтон, не слушая его, бережно взял его на руки и побежал с ним вперед.

* * *

— Это она! Это она! — кричала Натали.

— Беги! — ответил ей брат.

Он услышал, как их зовет Эми. И побежал на ее голос.

* * *

Алистер споткнулся и уронил трость. Он присел, проверяя, не разбились ли ампулы, спрятанные в тайном отделении трости. Убедившись, что все в порядке, он поднялся и понял, что не знает, в каком направлении идти и куда прятаться. Вокруг все громыхало, земля вставала под ним дыбом и больно швыряла его. А потом снова и снова что-то падало на него со всех сторон.

«Наверное, это камнепад», — подумал он.

— Я не могу… — еле проговорил он. — Я не могу пошевелиться.

Он вспомнил, как притворился мертвым в подземной пещере, когда они с Эми и Дэном были в Корее. Он хотел обмануть их и своего дядю Бэя Оу. Значит, судьба решила посмеяться над ним. И теперь он действительно умрет — всего лишь в двух шагах от желанной победы.

— Я не могу… сейчас… умирать… — прошептал он.

— О нет, — услышал он над собой голос, и чьи-то руки потянули его за плечи. — Я не дам тебе умереть.

Шинед.

И он произнес только одно слово:

— За что?

За что кто-то должен спасать ему жизнь.

* * *

Йона был впереди всех.

Как только начался этот конец света, все вокруг стали кричать: «Дэн! Эми! Гамильтон! Иан!»

Только его никто не звал.

Вдруг ему в плечо попал большой тяжелый камень. Йона упал.

«Каждый вечер тысячи, сотни тысяч голосов кричат мое имя: Йона! Йона! Йона!» — горько думал он.

Он слышал, как под звуки падающих камней они продолжают скандировать: Йона! Йона!!!!

Еще один огромный валун упал прямо ему на ногу и пригвоздил его к земле.

«Я самая большая звезда в мире, — думал он. — И почему мне суждено умереть в одиночестве среди тех, кто меня не любит?»

Как только камнепад прекратился, Гамильтон достал и зажег фонарик, который ухитрился не потерять в панике.

Дэн задыхался в приступе астмы.

— Ему нужен… ему нужен… — Гамильтон пытался сообразить.

— Ингалятор, — подсказала Эми.

Она обыскала карманы Дэна. Пыль комом стояла у нее в горле, в носу, в глазах. Она и сама еле дышала. Или это от страха?

— Только не Дэн, — шептала она. — Пожалуйста, только не Дэн.

— Это он? — спросил Гамильтон, найдя ингалятор.

Он поднес его к губам Дэна.

— Дыши! — приказала ему Эми.

Дэн сделал слабый вдох. Эми откинулась на ножку стола. «И с каких пор Дэн стал сам носить свой ингалятор, вместо того чтобы отдавать его Нелли?» — думала она. Ей хотелось броситься на него, прижать к себе и закричать на весь мир: «Спасибо тебе! Спасибо, что ты стал такой ответственный!»

Но он возненавидит ее за это.

У Эми кружилась голова, но она заставила себя осмотреться вокруг. Стол Оливии послужил ей надежным укрытием. На его поверхности остались лишь трещины и следы от падающих камней. Но весь пол вокруг был усыпан огромными камнями.

Эми перевела дыхание и повернулась к Гамильтону.

— Ты спас ему жизнь, — сказала она. — Как и мою, тогда, в Австралии.

Она ожидала от него, чего угодно — вот он сейчас начнет воображать и хвастаться, что он вообще может удержать на плечах полтонны камней. Но вместо этого Гамильтон срывающимся от нехватки кислорода голосом сказал:

— Я ваш должник. Твой и его. Потому что моя семья все время норовила причинить вам вред в начале этой гонки. И… — Его лицо исказила гримаса. — Это они, наверное, пытались подорвать вход в лифт. Это была ударная волна.

Эми не сводила с него удивленных глаз.

Холты были способны на такое только в самом начале гонки за ключами. Но в них уже давно что-то переменилось, и они перестали быть такими жестокими.

«Значит, — думала Эми, — под влиянием Гамильтона они становятся добрее, а без него снова становятся злыми».