Спасти Софию - Флёр Хичкок

нас со сноровкой и умением. Начав с меня, она проверила карманы моей толстовки, юбку, обувь и нашла несколько ломтиков чипсов и кучу резинок для волос. Она была слишком близко, и от неё пахло кремом после бритья. Кремом Пинхеда. Разделавшись со мной, она через спинку сиденья поползла к Софии, и я затаила дыхание, когда её рука ненадолго задержалась на зазоре между сиденьем и спинкой, но, должно быть, флешка провалилась глубоко, потому что Вессон не нашла её. София сложила губы так, словно хотела плюнуть в Вессон, но не сделала этого.

В окно я видела, как Пинхед положил бумаги на обочину дороги. Вынув из кармана зажигалку, он поджёг уголок первого листа, за ним следующий и так далее, пока все листы не превратились в пепел, который Пинхед затоптал в траву. Затем он снова сел в машину.

Тьфу.

– Ничего, пусто, – сказала Вессон, закрывая дверь рядом со мной и обходя машину спереди.

– Спасибо, дорогая. – Пинхед перегнулся и холодно чмокнул её в щёку.

Повернувшись, Вессон поцеловала его в ответ. Как следует. Я взглянула на Софию. Она отвернулась и внимательно смотрела в окно.

– Хорошо, – сказал он, запуская двигатель, и машина плавно съехала с площадки. – Поменяемся местами на станции? – спросил он Вессон.

– Да. – Посмотрев на свой мобильный телефон, она положила его в небольшой отсек рядом с радио. – Ты должен успеть на 9:15. Я отвезу груз на склад и встречусь с парнями. Ты уверен, что с тобой всё будет в порядке, Тревор?

Когда мы выехали из леса и открылся вид на море, Пинхед сидел за рулём, пристально глядя прямо перед собой. Море штормило, и вода меняла свой цвет с серебристого на тёмно-серый и обратно.

– Со мной всё будет в порядке, – сказал он. – Не волнуйся. Я разберусь с другими делами, и мы встретимся с тобой в среду.

– Как насчёт неё? – сказала Вессон.

Пинхед снова долго молчал. В конце концов, он сказал:

– Не беспокойся, нам не о чем волноваться. Всё улажено.

Лотти Грин – герой

Часть первая

Пинхед вышел у светофора в залитом дождём городе.

Взяв из багажника небольшую сумку, он на прощание махнул Вессон рукой, а потом направился на железнодорожную станцию. На нас с Софией он даже не посмотрел.

Вессон развернула машину, и мы, пожалуй, слишком быстро стали выезжать из города.

– Куда мы едем? – спросила София.

– Скоро узнаете.

Нам казалось, что мы едем на юг, но я не была уверена. Я больше не была уверена ни в чём. Я надеялась, что этого не проиcходит в действительности. Я надеялась, что это происходит с кем-то по имени Лотти Грин в книге, и эта выдуманная Лотти Грин должна найти выход из сложившейся ситуации.

Но двери были заперты, а мои руки привязаны к сиденью. Что могла сделать эта Лотти Грин?

Вессон выехала на автостраду, и мы опять повернули на юг.

Вероятно, Айрин чувствовала себя так же, когда летела в тумане: она представления не имела, где она находится и куда летит, но была готова к любой неожиданности. Может быть, она тоже искала вдохновения в книгах. Может быть, она тоже мысленно обращалась к истории Ричарда Стэндфаста из «Затишья перед бурей», ища в этой книге подсказку. Может быть, вспоминала, как его самолёт потерпел аварию в пустыне, среди песков, когда шагала по холмам Шотландии.

Мы обгоняли грузовики, фургоны, легковые автомобили. Вессон ехала так быстро, что это уже было вне всяких представлений о безопасности. А потом, на очередном съезде, она съехала с автострады. Машина подпрыгнула, когда она ударила по тормозам, затем сразу по акселератору. От этого меня отбросило назад.

Я напряглась, готовясь к следующему повороту, но всё произошло слишком быстро, рюкзак Неда подбросило на сиденье, и он оказался на полу.

Пёс заскулил и попытался встать.

Вессон ещё больше пригнулась к рулю, поскольку её бросало из стороны в сторону.

Это была очень большая и очень мощная машина, и то, как она тормозила и ускорялась на этой узкой дороге, производило впечатление. Меня не покидало ощущение, что машина живая, а Вессон всего лишь контролирует её.

Зазвонил телефон, и, оторвав руку от руля, Вессон ответила на звонок.

– Привет, любимый. Да. Я поняла, – сказала она.

Где-то под нами загрохотал поезд. Судя по всему, длинный междугородний поезд.

– Ты видишь нас? Мы сейчас пересекаем мост, – сказала Вессон. – Ты у окна? Я вижу тебя. – Выглянув в окно, она перегнулась над мостом, сосредоточив своё внимание больше на поезде, чем на дороге. – И ты будешь там? Как договорились?

Машину бросало туда-сюда, мы едва не сбили велосипедиста и сделали большую петлю, чтобы объехать его. Теперь поезд ехал параллельно нам, и я выглянула в окно, чтобы понять, можно ли увидеть Пинхеда. Я сомневалась, что он махал нам рукой, но Вессон могла бы помахать ему. Её державшая руль рука побелела, в другой она по-прежнему держала телефон, и я видела, что каждая мышца её спины напряжена.

– …Я упаковала свой купальный костюм. Уже скучаю по тебе.

Это было нехорошо.

Поезд, всё больше прячась между деревьев, удалялся от нас. Он ехал быстрее, чем мы.

– Я всё ещё вижу тебя, – сказала Вессон.

Подтянув колени к лицу, я сдвинулась ниже, свернувшись в клубок, и мне не было видно, что происходит за окном. Мне захотелось пригнуть голову и обхватить себя руками, но они были по-прежнему привязаны к спинке переднего сиденья.

– Люблю тебя, скучаю, не могу дождаться. – Вессон звучно поцеловала трубку. – Пока, – сказала она, глядя на телефон.

– София, – сказала я, но не успела продолжить, потому что колёса задрожали, и мы, судя по всему, перелетели с одной стороны дороги на другую.

Вжи-и-и-и-и-и-и-и-и-и-ик!

Меня отбросило к окну, и я ударилась скулой о стекло, но прежде чем я коснулась его, мир перевернулся вверх тормашками.

Вжи-и-и-и-и-и-и-и-и-и-ик!

Всё происходило, как в замедленной съёмке: по машине летали одежда, собачий поводок, шоколадный батончик. И слышался скрежет металла.

Вжи-и-и-и-и-и-и-и-и-и-ик!

Заскрипели покрышки, кто-то завизжал, возможно София. Ветровое стекло разбилось на мелкие осколки, которые посыпались