Убийца с пилой - Надин Мэтисон

— Я должна была действовать быстрее.

— Это не твоя вина. Расскажи мне, что тебе известно.

— Есть свидетели. Проблема в том, что все они говорят разные вещи, — продолжала Иствуд. — Двое говорят, что какой-то мужчина толкнул Блейна под поезд, а еще один и машинист утверждают, что он сам прыгнул.

Хенли слышала приглушенный голос Иствуд, которая в эту минуту разговаривала с кем-то еще, потом хлопнула дверь.

— Ты сейчас где? — спросила Хенли.

— Все еще здесь. В кабинете начальника станции, — ответила Иствуд. — Он ищет записи с камер видеонаблюдения на платформе. Дай мне несколько минут. Я тебе перезвоню.

Через несколько минут телефон Хенли запищал. Эмма тянула ее за сумку, ей хотелось пить.

— Найди папу, — сказала Хенли дочери, открывая сообщение от Иствуд в ВотсАп. На прикрепленном видео она увидела компьютерный монитор. Сообщение гласило: «Знаю, качество так себе, но это запись с платформы».

Хенли нажала на воспроизведение.

— Вот Чанс Блейн, — говорила Иствуд на записи. — Поставьте запись на паузу. Увеличьте изображение. Отлично. Энж, посмотри на мужчину перед ним.

Хенли почувствовала, что у нее отказывают ноги, и опустилась на траву, увидев, как Оливер сталкивает Чанса Блейна с платформы под колеса приближающегося поезда.

Глава 88

Утром в понедельник Хенли зашла в ОРСП с сильнейшей головной болью. Она планировала провести воскресенье с Робом и Эммой, сходить в парк и вместе пообедать, как делают нормальные семьи, — но все это было до того, как она увидела видеозапись, на которой Оливер убивал Блейна. Арест Баджарами тоже пришлось отложить — у той начался сепсис. Самое большее, что Хенли удалось сделать, — это уговорить начальство поставить полицейского дежурить перед палатой Баджарами. Все посещения были запрещены.

Хенли сняла куртку и повесила ее на спинку стула.

— Как прошел остаток выходных? — спросила Хенли у Рамоутера.

— Отлично. Съездил в Брэдфорд, — Рамоутер улыбнулся. — Мой малыш… Хорошо было. Хотя устал. Не успел на последний поезд… Черт побери! — Рамоутер пораженно уставился на Хенли. — Я не могу поверить, что Блейн мертв. Мы уверены, что он не прыгнул сам?

— А если бы он покончил жизнь самоубийством, какая была бы разница? — спросила Хенли. — Он мертв. — Больше она не стала ничего говорить Рамоутеру — в том числе о том, что винила в случившемся себя и что никому не пришлось бы оттирать Блейна от рельсов, если бы она повела себя более настойчиво с прокуратурой.

— Кстати, Лин звонила, — сообщил Рамоутер и потянулся за листочком для заметок, прикрепленным к компьютеру. — Сестра Лорин Вармы приедет в десять утра на опознание, а тело Кэрол Льюис привезли в шесть утра. Лин начала вскрытие и извлекла несколько волокон из раны на шее. Это оказалась кошачья шерсть, травинки и темно-зеленый материал — смесь полиэстера и хлопка. Форма фельдшеров обычно темно-зеленого цвета, в ней шестьдесят семь процентов полиэстера и тридцать три процента хлопка.

— Перекрестное загрязнение? — спросила Хенли.

— Маловероятно. Фельдшеры «Скорой» редко выезжают на место преступления. Наверное, это притянуто за уши, но, может, он не собирался убивать ее в парке. Если Пайн был в форме, то, может, он планировал ее там обездвижить, а убить в другом месте. Ведь кто обратит внимание на фельдшера, который кому-то оказывает помощь?

— Для нас это все равно без разницы. У нас нет доказательств, подтверждающих, что Пайн находился на месте ее убийства, или свидетельских показаний. А без них мы не подошли ближе к выяснению личности преступника, чем когда только нашли части тела Кеннеди у реки.

— Ну, у меня есть записи с камер видеонаблюдения из парка, где нашли тело Кэрол Льюис. Просмотрю их. Может, удастся что-то заметить.

Хенли подошла к окну. Вид с четвертого этажа был ограничен главной улицей Гринвича, но и ее было плохо видно из-за осеннего дождя. Стояла середина сентября. Всего несколько дней назад ей звонил Оливер — насмехался над ней, издевался. Она не понимала, что за игру он ведет и почему решил остаться в Лондоне. Она задумалась над тем, что говорил Марк. Неужели он был прав, считая, что Оливер и подражатель устроили какое-то нездоровое соревнование?

* * *

Хенли вышла от Лин, прошла в приемную, до которой было несколько шагов, и поздоровалась там с сестрой Лорин Вармы Катериной.

— Доброе утро. Я веду дело… — Хенли запнулась. Слова застряли у нее в горле, когда она увидела перед собой лицо Лорин Вармы. — Простите, — выдавила из себя Хенли.

— А-а, — произнесла женщина. — Вы не знали, что мы близнецы. Меня зовут Катерина Мастерс.

— Инспектор Хенли.

Катерина выглядела точно так же, как ее сестра, если не считать, что носила другую стрижку — волосы доходили только до подбородка. Она была одета в дорогой костюм, более подходящий для собеседования при приеме на работу, чем для опознания разрезанного на куски тела ее сестры-близнеца.

— Сколько времени это займет? У меня назначена встреча в городе.

— Недолго.

Когда Катерина пошла вслед за Хенли по коридору, она как будто сломалась: по тщательно выстроенному с помощью дорогого макияжа и дизайнерской одежды фасаду словно пошли трещины. Костяшки пальцев Катерины побелели, когда она сжимала металлическую цепочку, на которой висела сумочка.

— Вот сюда. — Хенли остановилась перед залом, в котором проводились опознания. Катерина тоже остановилась и посмотрела на дверную ручку.

— М-м-м… мне… мне придется…

Хенли мягко опустила ладонь на ее руку. Все члены семей умерших хотели это знать. Как близко потребуется подойти? Придется ли ее коснуться? Она выглядит так, как раньше?

— Вы будете за стеклом, а я буду рядом.

Зал, где проводились опознания, никто бы не назвал уютным. На небольшом столике стояла бутылка воды и пластиковые стаканчики. Хенли уже потеряла счет случаям, когда члены семей хватали ближайший предмет и запускали им в стекло, отделявшее их от стола. Она до сих пор могла провести по щеке и найти там теперь почти невидимый шрам от куска стекла. В тот раз отец, неспособный справиться со своим горем, разбил графин с водой.

— Вы готовы? — спросила Хенли.

— Нет, — пожала плечами Катерина. — Но это же надо сделать, поэтому давайте сделаем.

Хенли постучала по стеклу, за которым ждала Тереза, помощница Лин. Катерина не шевелилась, пока занавески отводили в сторону. С минуту она стояла неподвижно, затем ее голова задрожала и она очень тихо произнесла:

— Нет.

Тело Лорин Вармы казалось целым под простыней. Сейчас невозможно было догадаться, что ее разрезали на куски и устроили из частей тела жуткую инсталляцию.

Хенли чувствовала боль Катерины, когда та наконец подошла к перегородке и положила руку на