Когда боги смеются - Александра Маринина

- Величайло, - монотонно продолжал Михаил.

- Величайло... Нет таких.

- Слава тебе господи. Попович.

- Попович... Тоже мимо.

- Счастье-то какое. Виноградский.

- Не проживает.

- Ура! Иванов.

- Сволочь ты, Мишаня, - мрачным тоном сделал выводЗарубин.

- Я не виноват, я же не придумываю фамилии, я их изсписка беру, - начал оправдываться Доценко.

С Ивановыми, как ни странно, получилось еще хуже, чем сКузнецовыми, хотя статистика утверждает, что среди русских фамилий самойраспространенной является именно фамилия "Кузнецов". Семей Ивановых всоседних с домом Алены Гребневой домах оказалось целых восемнадцать и после операциипо сокращению их осталось тоже немало - четырнадцать.

- Гугнин.

- Не вижу такого.

- Очень хорошо. Микеладзе.

- Не-а... Мумладзе есть. Не сгодится?

- Ты поставь галочку на всякий случай, может, в салонеплохо расслышали и неправильно записали. Кучеренко.

- Сроду не было такого.

- Отлично. Орлов.

- Орлов есть, одна штука. Ставлю птичку. Дальшепоехали.

- Инджия.

- Инджия... Нетути, господин хороший.

- Петров.

- Петров, Петров... Петровы у нас живут в доме шесть,так... в доме пять не живут ни в одном корпусе, в доме четыре есть, в доме тритоже поселились.

- Викулов.

- Есть такой, в доме семь окопался.

- Александров.

- И этих навалом...

Хлопнула входная дверь, Ирочка привела с прогулкидвухлетнего племянника, сына Стасова и Татьяны Образцовой.

- Мальчики, вы голодные? - звонко прокричала она.

Доценко сорвался с места, едва не смахнув на пол разложенныена большом столе листы со списками. По наступившей внезапно тишине Зарубинпонял, что Михаил и Ирочка самозабвенно целуются в прихожей. Сергей крякнул исладко потянулся, радуясь перерыву. Сейчас, бог даст, Иришка покормит ихобедом, они быстренько закончат работать со списками и выйдут "вполе": поедут проводить поквартирный обход, выискивая среди многочисленныхИвановых, Петровых, Кузнецовых и Александровых того единственного, которыйстригся в Салоне красоты у Алены Гребневой. Того, который любит прогулятьсяперед сном. Того, который, вполне вероятно, виделл убийцу Алены. А если ненайдут, то возьмут в салопе другие списки клиентов, за более ранний период.Если же и это не поможет, пойдут за помощью к местному участковому.

Наконец Доценко вернулся и уткнулся в лежащую перед нимксерокопию журнала предварительной записи из салона. По его глазам Зарубинпонял, что Миша - не работник. По крайней мере на ближайшие десять минут.

- Слушай, чего ты дурака валяешь? - спросил Сергейвполголоса, чтобы не услышала хозяйка. - Почему ты на ней не женился до сихпор?

- Серега, ну ты же знаешь ситуацию с жильем...

- Да при чем тут жилье? Квартира квартирой, а свадьбасвадьбой. Одно другому не мешает. Распишитесь и ищите себе размен, никто незапрещает.

- А какой смысл? Что расписанные, что нерасписанные, мывсе равно не можем жить вместе, пока размен не найдем. Я сюда к ним на головусвалиться не могу, их тут и без меня четверо. Ирка ко мне переезжатьотказывается, ей кажется, что здесь все пойдет кувырком, как только онаперестанет следить за домом. Да и ребенок на ней. Если мы найдем квартиру вэтом же доме или рядом, она будет по утрам забирать малыша.

- А в ясли отдать?

- Ну да, в ясли, - усмехнулся Доценко. - Как же, отдастона в ясли свое сокровище. Ирка на сто процентов уверена, что его там испортят,искалечат, простудят и заразят всеми болезнями сразу. Про ясли и слышать нехочет. Короче, пока не найдем жилье поблизости, о совместной жизни не можетбыть и речи.

- Все равно, - упорствовал Зарубин, - я считаю, что вамнадо расписаться независимо от решения жилищной проблемы. Чтобы наверняка.

- Что - наверняка? - не понял Миша.

- Ну, чтобы Ирка не передумала. Чего ты так на менясмотришь? Красавица, умница, характер чудесный, хозяйка прекрасная. Ты что, непонимаешь, что ты чисто случайно успел сделать ей предложение раньше кого-тодругого? Ты думаешь, никто другой на ней жениться не захочет? Или ты думаешь,что ты такой необыкновенный и она ни за кого, кроме тебя, замуж не пойдет?Дурак ты, Мишаня. Послушай моего совета, шлепни штамп в паспорт, а то смотри,как бы локти кусать не пришлось.

- Ну чего ты завелся? Тебе-то не все ли равно? -огрызнулся Доценко. Тоже мне, вождь и учитель.

Зарубин понял, что зашел слишком далеко. Ему очень нравиласьИрочка Милованова, но, когда он впервые увидел ее почти год тому назад, за ней уженачинал ухаживать Доценко, а мешать личной жизни друзей было не в правилахСергея. И он сказал себе, что если у Миши с Ириной что-то не сложится, воттогда... Но у них все сложилось. Сергей Зарубин мечтал оказаться на местеДоценко и полагал, что эту мечту разделяют или могут разделять еще многие имногие мужчины. А коль так, то напрасно Мишка самонадеянно считает, что поймалзолотую рыбку раз и навсегда.

- Я, Мишаня, искренне люблю твою невесту Ирочку и хочу,чтобы у нее был хороший муж. Такой, как ты. А не какой-то там проходимец. Давайдальше работать.

Пока Ирочка кормила племянника и укладывала его спать, ониуспели закончить работу со списками, после чего с немалым аппетитом пообедали,не стали сильно упираться и отказываться, когда Ирочка протянула им пакет спирожками и бутербродами, назвав это "ужин сухим пайком", иблагополучно отбыли к месту жительства Алены Гребневой искать свидетеля,предварительно созвонившись с маклером и договорившись сегодня же посмотретьеще две квартиры. Зарубин легко согласился составить Михаилу компанию, еще разповторив:

- Поскольку я тебя, Иришка, искренне и нежно люблю, ядолжен лично убедиться, что ты будешь проживать в хороших условиях. Твоемуинтеллигентному жениху я не могу доверить тонкое дело осмотра канализационныхтруб.

- Сережа, ты такой чудесный, - тепло сказала Ира,дружески целуя его в щеку, - ты так много для нас делаешь, ездишь с Мишей поквартирам, время свое тратишь. Я даже не знаю, чем смогу тебя отблагодарить.

- А ты выходи замуж за меня, а не за него, - неожиданнопредложил Зарубин. - Работа у нас одинаковая, зарплата тоже, зато я намногопрактичнее. Конечно, Мишаня покрасивее меня будет, да и росточком повыше, нодля такой умной женщины, как ты, внешность не должна иметь значения.

- А что? - засмеялась Ира. - Интересная мысль, я надней подумаю.