Формула одиночества - Ирина Мельникова

– Марина! – выдохнул он на ходу.

Она резко повернулась.

И потрясенно вскрикнув: «Арсен!» – отстранила руку мужчины и шагнула ему навстречу.

Забыв о своих опасениях, Арсен бросился к ней. Ему было плевать, что рядом с Мариной стоит этот мужик и беззвучно шевелит губами. Возможно, он что-то говорил, даже кричал, но Арсен этого не слышал. Он видел только ее глаза! Глаза, из которых текли слезы, но они сияли! И это было дороже всего золота мира.

Он подхватил Марину на руки, прижал к себе, а она уронила голову ему на грудь и прошептала:

– Нашел? Ты меня нашел?

И тогда Арсен поставил Марину на землю и, задохнувшись от нежности, принялся целовать ее глаза, ее губы, а она, обхватив его за плечи, шептала в те редкие мгновения, когда он прерывался, чтобы перевести дыхание:

– Я думала, ты забыл меня!

– Как же, забыл! – проворчал он, когда немного пришел в себя. – Тебя забудешь! – И снова принялся целовать ее, приговаривая: – Теперь не уйдешь! Я тебя на цепь посажу, в колодки закую, пока не распишемся!

– Мама! – растерянно вскрикнула Маша.

– Отец! – удивленно пробасил Иван. – Что случилось?

Арсен и Марина разом оглянулись. Их дети стояли рядом и потрясенно на них взирали.

– Что поделаешь, любовь с первого взгляда. – Арсен весело подмигнул им.

– А как же?.. – Маша перевела взгляд на мужчину, который с угрюмым видом наблюдал за ними со стороны. – Как же Олег Дмитриевич?

– Прости, друг! – Арсен прижал руку к сердцу. – Но эта женщина еще два года назад согласилась выйти за меня замуж. И я ни в коем случае это обещание ей не верну.

– Ну ты даешь! – Иван покачал головой. – Покажут в кино, не поверишь!

– Олег, – Марина посмотрела на мужчину, – прости! Я ведь честно тебе говорила, что люблю другого. Как видишь, не стерпелось у нас с тобой, не слюбилось!

– Понял! – Лицо Олега посерело, но он держался молодцом. Он даже нашел в себе силы почти спокойно спросить: – Позволь только узнать, где твою любовь носило, когда тебе было тяжело?

– Арсен Александрович был в зарубежной командировке, – быстро сказала Маша, – и просто не знал о том, что случилось с мамой.

– Понял! – снова сказал Олег и скривился. – Я убираюсь, но учти, когда этот гастролер снова умчится в зарубежные дали, не зови меня на помощь!

– Олег! – Марина слегка отстранилась от Арсена. – Не стоит мне угрожать! Даже в том случае, если мы не поженимся с Арсеном, у нас с тобой все равно ничего не получится. Зря мы все затеяли! Поверь, зря!

– Ладно, чего там! – неожиданно мягко сказал Олег, но глаза его сделались тоскливыми, совсем как у бездомного пса. – Я уеду и не стану докучать тебе своим вниманием. Но если будешь в Питере... А! – Он махнул рукой. – Теперь ты везде будешь только с ним. Я ведь вижу, как он в тебя вцепился!

– Вцепился? – Арсен смерил Олега веселым взглядом и перевел его на Марину. – Точно вцепился! – И подвел ее к портрету.

Несколько секунд Арсен вглядывался в него, затем весело хмыкнул и прижал Марину к себе.

– Надо же, точно один в один! Я ведь говорил, что где-то тебя видел. И знаешь, определенно это судьба. Не зря я тогда влюбился в эту женщину.

– Но ты мне ничего не рассказывал о портрете, – посмотрела на него с недоумением Марина.

– Здрасьте, – рассмеялся Арсен, – выходит, ты проспала мои откровения? А я-то распинался... – Он озадаченно почесал затылок. – Получается, судьба так распорядилась, что мы должны были пройти через эти испытания... Испытания разлукой. – И скривился: – Фу, с чего меня потянуло на слезливые откровения?

– Батя, – Иван тронул его за плечо, – мне кажется, мы с Машей здесь лишние. Вы не против, если мы займемся разгрузкой машины?

– Абсолютно! – Арсен подмигнул сыну. – Я не против, если вы на некоторое время вообще забудете о нас. – И поцеловал Марину в лоб. – У меня накопилось много вопросов к твоей теще.

– А у меня к твоему свекру, Маша, – тоже улыбнулась Марина и обняла Арсена за талию. – Пошли разбираться, дорогой!

Обнявшись, они направились к флигелю. Дети проводили их взглядами и, не сговариваясь, уставились на Субботина.

– Олег Дмитриевич, – требовательно спросила Маша, – вы все знаете. Скажите, где они успели познакомиться?

– Два года назад в Абхазии, – вздохнул Субботин, – но я не подозревал, что это настолько серьезно. Думал, ни к чему не обязывающий курортный роман...

– Однако! – сказал Иван и обнял Машу. – Что мой батя, что теща – конспираторы каких поискать. Она рассказывала тебе о романе?

– Ты мою маму не знаешь? – покачала головой Маша. – Из нее признание клещами не вытянешь.

– Да и батя еще тот фрукт! – улыбнулся Иван. – Но теперь я знаю точно: все-таки я его переплюнул. Пока он резину тянул, я взял да женился на его будущей падчерице!

– Что ты имеешь в виду? – удивилась Маша. – Разве они из-за нас не смогут пожениться?

– Глупости, – вмешался Субботин. – Все они смогут. Будет у вас двойной семейный союз, только меня вот вынесли за скобки...

– Олег Дмитриевич, – протянула укоризненно Маша. – Вы такой славный! Не огорчайтесь. Все, что ни делается, делается к лучшему. Завтра тетя Лариса приезжает, мамина подруга! Я вам скажу – просто обалденная тетка. Давайте я вас познакомлю!

– Спасибо, Машенька, – невесело улыбнулся Субботин. – Я уж как-нибудь сам разберусь... Я, знаете ли, не как ваш отец, Иван, если полюблю женщину, не отступлюсь от нее. Даже если она выйдет замуж за другого.

Иван побледнел, и Маша, заметив это, схватила его за рукав куртки. Но Иван выдернул руку и сделал шаг навстречу Субботину. Тот не спускал с него глаз.

– Вы! – сквозь зубы произнес Иван. – Что вы знаете о моем отце? Я не в курсе, что произошло между ним и Мариной Аркадьевной. Но только стихийное бедствие могло заставить его отступить от своих правил. И если моя теща приняла его, значит, это действительно были чрезвычайные обстоятельства. И я не советую становиться у него на дороге. Если у вас есть мозги, оставьте отца и тещу в покое.

– Ваня, – тихо сказала Маша, – зачем ты так?

– Я никому не позволю говорить об отце гадости, – с расстановкой произнес Иван. – Он заслужил быть счастливым! Я знаю, как его ломали, выкручивали руки, но он никогда не сдавался. Ты видела, как он смотрел на твою мать? Это настоящее, или я ничего в этой жизни не понимаю!

Субботин молча смерил его взглядом и направился к выходу из зала.

– Вот видишь, – с довольным видом Иван посмотрел на Машу, – ему и крыть нечем!

– Он расстроился! – тихо сказала Маша. – Обидели хорошего человека!

– Машка! – Иван развернул ее к себе лицом. – Ты что-то имеешь против моего бати?