Мертвые львы - Мик Геррон

«В надгробиях, что ли?» – ошеломленно подумал Ривер.

Нет.

Катинский имел в виду деревню.

– Каждой цикаде приказано соорудить по большой бомбе. Пластита у всех достаточно. И каждому сказано, куда заложить свою бомбу. Они много лет ждали этих распоряжений, а теперь узнали, почему их отправили в Апшот. Для того, чтобы уничтожить врага.

– Вы сумасшедший. Они ничего не сделают.

– Я снабдил их всем необходимым для того, чтобы они начали новую жизнь, – сказал Катинский. – Создал их биографии. И больше двадцати лет они выжидали, Уокер. Ждали сигнала, который их разбудит. А получив сигнал, как и положено цикадам, они проснутся и запоют.

– Даже если они заложили бомбы, чего вы этим добьетесь?

– Я же объяснил. Восстановлю нарушенное равновесие. И докажу, что история ничего не забывает.

– Вы сумасшедший, – повторил Ривер.

– Ты все еще уверен, что они ничего не сделают? Или как?

Ривер собирал оставшиеся крупицы силы, заставлял себя черпать всю энергию, бурлящую в крови, искал внутренние ресурсы, чудом не истраченные за самую долгую ночь в его жизни, и казалось, вот-вот вскочит на ноги. Но, как ни странно, продолжал чувствовать себя изможденным и беспомощным.

– Зря надеешься, они уже не те, – сказал он. – Они здесь слишком долго прожили.

– Посмотрим. – Катинский взглянул на айфон. – Я сейчас сделаю звоночек.

– Отдашь им последний приказ?

Катинский засмеялся и сделал шаг назад.

– Нет, малыш, – сказал он. – Не им, а бомбам. А ты думал, что цикады будут поджигать фитили? Подрыв производится дистанционно. Вот так.

Он набрал номер.

Уэбб еще дышал. Луиза склонилась над ним, и у него затрепетали веки.

– Не умирай, – сказала она.

Он никак не отреагировал.

– Долбозвон, – добавила она.

На это он тоже не отреагировал.

Кирилла не было. К счастью, он оставил за собой кровавый след.

Запыхавшаяся Луиза пошла по следу. Кирилл дополз до лестничной клетки и дальше, но не вниз, а наверх. Судя по количеству крови, полз он медленно. Его путь завершился на два лестничных пролета выше: Кирилл с перекошенным от боли лицом обессиленно лежал под стеной.

– Что, не удался побег?

– Сссука, – еле слышно выдохнул он.

Вот и хорошо, криками никого предупреждать не станет.

– Он на крыше? Ждет вертолета?

Глаза Кирилла закатились, и больше он ничего не сказал.

Оружия у него не было. Если Пашкин на крыше, то Луиза будет для него легкой мишенью. Она осторожно двинулась к последней двери, но внезапный порыв ветра с грохотом распахнул дверную створку.

В трехстах метрах над лондонскими улицами ветер разгулялся не на шутку.

На дальней стороне крыши высилась мачта, тонким клинком нацеленная в синеву. По всей крыше, будто лачуги в трущобах, теснились кожухи кондиционеров, тарелки спутниковых антенн, громоотводы и бетонные коробки наподобие садовых сарайчиков, которые предоставляли доступ к лифтовым шахтам и пожарным лестницам. Их присутствие в суперсовременном небоскребе создавало жалкое впечатление, но у любого на первый взгляд преуспевающего предприятия часто обнаруживается сомнительная изнанка. Пока Луиза размышляла над этим, в дверь рядом с ней ударила пуля.

Луиза откатилась к жестяному колпаку, прикрывающему вентиляционное отверстие, и присела на корточки.

– Луиза?

Пашкин. Здесь, на крыше, на высоте птичьего полета, приходилось не говорить, а кричать.

– Тебе никуда не деться, Пашкин, – откликнулась Луиза. – Вот-вот прибудет подкрепление.

Судя по голосу, Пашкин прятался за одной из бетонных коробок на западной стороне крыши. На восточной стороне крыши была свободная площадка, куда мог приземлиться вертолет. Справа и слева простирался не городской пейзаж, а только небо, слегка затушеванное рассеивающимся дымом. Вдоль края крыши тянулось до смешного хлипкое ограждение; если оно здесь для того, чтобы предотвратить случайное падение в бездну, то Луиза очень надеялась, что ветер не усилится.

– Да-да, за мной сейчас прибудут, – крикнул Пашкин. – Луиза, а ты при оружии?

– Разумеется.

– А что, если я его у тебя отберу?

Тут выяснилось, что действие глушилки так далеко не распространяется, потому что мобильник Луизы зазвонил.

– Не очень вовремя, – сказала она в трубку. – Я занята.

– Я организовала вертолет «скорой помощи». Меня заверили, что он уже вылетел. Луиза…

– Да, я поняла.

Зачем заказывать вертолет, если его проще угнать?

Пашкин прятался за одной из бетонных коробок. Или не там. Может, он уже подбирается к Луизе с другой стороны жестяного колпака? Отчасти ей очень этого хотелось.

Она же не дура. Она прихватила с собой пожарный топор.

– Луиза? Вернись в здание и закрой дверь с той стороны. Через несколько минут меня здесь не будет. Знаешь, как у нас говорят? Нет вреда – не беда.

– А у нас так не говорят.

Она надеялась, что ее голос звучал твердо. Тонкие перья облаков так быстро скользили по небу, что у нее кружилась голова. Если закрыть глаза, того и гляди, скатишься к хлипкому ограждению, а то и ухнешь вниз.

– В противном случае мне придется тебя убить.

– Как Мина?

– Ну, тебя я застрелю. Но результат будет тот же.

«Охренеть, – подумала она. – Я на крыше самого высокого небоскреба в Сити, сижу, прижавшись к кожуху кондиционера, а со мной перешучивается гангстер в элегантном костюме. Прямо сцена из „Крепкого орешка“».

– Луиза?

Голос Пашкина вроде бы прозвучал ближе. Если бы вчера она применила газовый баллончик и пластиковые стяжки, сегодня всего этого не случилось бы. Но Маркус сдуру вмешался, и теперь Луиза сидит на крыше, высоко над городом, а у Пашкина есть пистолет.

«И о чем я только думала, когда полезла сюда без оружия?»

Ответ она знала не хуже воспоминаний о Мине, которого этот гад убил ради мешка брильянтов.

Луизе почудился далекий рокот вертолета.

Надо делать выбор. Можно послушаться совета Пашкина и уйти с крыши. Но это не означает, что он не выстрелит ей в спину, прежде чем угонит вертолет. На улицах Сити царит хаос. Пашкин наверняка посадит вертолет где-нибудь в Гайд-парке и растворится в толпе. «Соображай быстрее!» – подумала Луиза. Точнее, не подумала, а вскочила и бросилась к соседнему укрытию – бетонной коробке над безмолвной лифтовой шахтой.

Луиза прижалась к крыше, ожидая выстрела. Тишина. Пожарный топор, выскользнув из Луизиной руки, отлетел на пару шагов в сторону.