Мертвые львы - Мик Геррон

Маркус ушел на кухню.

– Они тебя бросили. Как по-твоему, за тобой вернутся?

– Сволочи, – сказал он, возможно, о своих отсутствующих приятелях.

– Куда они ушли?

– Вниз…

Из кухни донесся звон разбитого стекла, а потом появился Маркус с пожарным топором в руках.

Луиза повернулась к Кириллу.

– Вниз, – повторила она и внезапно сообразила, в чем дело. – «Рамбл»? Их новый мобильник? Так вы из-за этого все затеяли? Чтобы украсть прототип?

Маркус взмахнул топором, и дверь дрогнула.

Луиза еще раз приложила ладонь к ране Кирилла.

– Пока он выламывает дверь, ты мне расскажешь, почему погиб Мин.

В теплом весеннем воздухе витала пыльца. Рассерженный офицер наконец-то понял, что происходит нечто куда более важное, чем незаконное проникновение на территорию объекта Министерства обороны, и сам схватился за телефон – уточнить текущую ситуацию и уровень объявленной угрозы. Грифф Йейтс отошел куда-то смыть кровь с лица. Неподалеку у джипа вытянулся по стойке смирно один из патрульных, обнаруживших нарушителей.

Ривер снова показал ему служебное удостоверение:

– Мне надо кое-куда сгонять.

– Ага, так я и разбежался.

– А тебе после сегодняшних приключений нужен друг, – добавил Ривер.

«И мне тоже».

– Так что, если за две минуты подбросишь меня в деревню, друг тебе обеспечен.

– Ты Джеймс Бонд, что ли?

– Мы с ним ходим в один фитнес-клуб.

– Ха!

Над головой кружила какая-то хищная птица, пронзительно крича.

– Ладно. Давай, только по-быстрому.

Ривер уселся в джип и снова позвонил Кэтрин.

– «Харриеры» еще не отозвали?

– Не знаю, Ривер, – с непривычной дрожью в голосе сказала она. – Я позвонила в Контору, но… ты там не рядом с телевизором?

– Вообще-то, нет.

– В Сити черт знает что происходит. Офисные работники пытаются оттуда выбраться, а демонстранты хотят туда пройти. Боже мой, Ривер, это все из-за нас.

«Из-за меня», – подумал он и сказал:

– А мне говорили, что я никогда не устрою ничего хуже Кингс-Кросса.

Страх тугим узлом стянул его внутренности.

– Но теперь-то ты точно знаешь? – спросила Кэтрин. – Самолет не врежется в «Иглу»?

– Кэтрин, нас подставили. Меня, Лэма, всех. Для того чтобы создать хаос, совсем не обязательно направлять самолет в небоскреб. Достаточно и того, что мы вообразили, будто это произойдет.

– Кстати, есть еще кое-что. Этот русский, Пашкин… Он не настоящий.

– А кто?

– Не знаю. Телефоны Луизы и Маркуса не отвечают. Но сейчас в «Иглу» направляется Хо. И Ширли.

– Все это как-то связано между собой, – сказал Ривер. – Непонятно, как именно, но связано. Кэтрин, ни в коем случае нельзя допустить, чтобы самолет сбили. Пилота тоже подставили, как и нас.

– Я сделаю все возможное.

Ривер раздраженно ударил по потолку джипа.

– Вот… Вот.

«У церкви», – сказал Йейтс. Вот где был Томми Молт. У церкви, в конце главной улицы деревни.

Джип резко затормозил у церкви Святого Иоанна Крестного; Ривер выскочил и бегом бросился на кладбище.

Маркус замахнулся топором, и дверь затряслась от грохота.

– Что за хрень?! – вскрикнула Луиза. – Как это ты?

Он уставился на лезвие топора, наполовину застрявшее в дверной створке, выдернул топор и сказал:

– Пластит.

Пластичная взрывчатка. Луиза посмотрела на Кирилла:

– Это ваш план? Здание эвакуируют по тревоге, а вы с помощью пластита вламываетесь в «Рамбл»?

– Дело на миллионы, – просипел Кирилл сквозь зубы.

– Еще бы. Ради мелочи так не стараются.

Снизу прозвучал еще один глухой раскат. Очевидно, взрывчаткой выносили двери; времени все займет немного. А потом грабители спустятся в вестибюль и смешаются с толпой. Их никто не проверит и не остановит, потому что их прибытие нигде не отмечено. Наверняка где-то ждет машина, а долю одного из бандитов разделят между собой остальные.

Бум! Маркус жахнул топором, полетели щепки.

Луиза пнула Кирилла:

– Мин его заметил?

Русский застонал:

– Мне нужен врач… Нога…

– Мин увидел Пашкина, или кто он там на самом деле, этого фальшивого нефтяного олигарха, который должен был тусоваться в Москве. Вот только он был не в Москве, а в ночлежке на Эджвер-роуд, потому что в отеле «Амбассадор» слишком дорого, если ты не настоящий олигарх, а обычный вор. И поэтому Мин погиб.

– Мы не хотели… сидели выпивали, а потом… а-а-а-а! Нога!

Бум!

– Знаешь, Кирилл, я сначала разберусь с твоими сволочными приятелями, а потом вернусь и займусь твоей ногой. – Луиза склонилась к нему поближе. – Даром, что ли, у нас тут топор.

Выражение ее лица ясно говорило о том, что это не шутка.

Топор снова бумкнул по двери, и створка отозвалась глухим стуком.

– На выход, – сказал Маркус.

Луиза снова пнула Кирилла по ноге и бросилась к двери.

Она никогда еще не летала в радиомолчании, которое придавало утреннему полету новое, странное ощущение, как будто все происходило во сне, где привычное – панель управления, простор небес, Дэмиен в кресле штурмана – соприкасалось с необычным. Лондон обретал очертания, расползался сплошным массивом крыш и дорог; автобусы и автомобили сострачивали лоскутное одеяло районов.

За спиной громоздились пачки листовок с рисунком Келли, которые должны напомнить демонстрантам об их цели: остановить Сити, разгромить банки. Она смутно представляла себе остальные подробности, но этого поступка было достаточно, чтобы почувствовать себя причастной к общему делу. В мире царят алчность, корыстолюбие и коррупция; возможно, их не удастся полностью искоренить, но надо хотя бы попытаться.

– Включи радио, – сказал Дэмиен. – Полеты без радиосвязи запрещены. И к тому же опасны.

– Не волнуйся, – сказала она. – Мы летим низко, не занимаем чужого коридора.

– Я думал, что мы не будем…

– Ох, ради бога, прекрати! Что они с нами сделают? Собьют, что ли? Нет, ты скажи – собьют, да?

– Нет, конечно. Но…

– Через пару минут мы подлетим к самому центру города. Тогда они увидят, что мы собираемся сделать, направят к нам перехватчиков, вернут на аэродром, арестуют, оштрафуют и все такое. Мы же все это обсуждали. Не дрейфь, наберись смелости.