Красный дом - Роз Уоткинс

class="p1">– Мы почти пришли. – Мужчина, которого я принимаю за своего отца, направляет вперед луч фонарика.

Вот оно, это здание. Фолли. Маленький замок с башенками, который погружается в болото.

Я с трудом иду вперед, к ботинкам прилипла грязь. Я ругаю себя за то, что не взяла фонарик. Я полностью полагаюсь на этого мужчину – на то, что он поможет мне вернуться назад в темноте.

Наконец мы оказываемся у фолли. Мы подходим к зданию сзади. Его фасад смотрит на усадьбу, когда-то между ними пролегала мощеная дорога, но ее поглотило болото.

Мы поднимаемся по каменным ступеням и заходим через богато украшенную дверь.

– Что ты хочешь мне показать? – спрашиваю я. – Мне нужно отсюда выбираться.

Мы находимся в пустой круглой комнате. Каменные ступени ведут на следующий уровень, в противоположной части комнаты несколько ступеней ведут вниз, к еще одной двери.

Я осторожно иду туда и смотрю вниз. Ступени уходят в темноту.

– Твоя подруга ответила на твое сообщение? – спрашивает мужчина.

Я достаю телефон из кармана.

Он хватает телефон и толкает меня. Я падаю лицом вперед.

Я лечу вниз по ступеням и оказываюсь в воде, она настолько ледяная, что я судорожно хватаю воздух широко раскрытым ртом. Я изо всех сил карабкаюсь вверх по ступеням. Невероятно холодно. Мои конечности не хотят двигаться, я дрожу так сильно, что мои зубы буквально клацают. Я не могу восстановить дыхание.

Я ползу к двери, поднимаюсь и пытаюсь найти ручку или какую-то точку опоры, чтобы ее открыть.

Но я уже знаю, что ручки нет. Дверь не откроется.

Он меня запер.

Глава 64

Эндрю

На следующий день

Я не спал, но, похоже, мое тело само впало в своего рода спячку, отказываясь принимать случившееся. Сейчас, должно быть, около шести утра, и кто-то колотит во входную дверь.

Я слышу голоса. Мама. Грегори.

Я тянусь за своим телефоном и вспоминаю, что оставил его в Красном доме. Я все там оставил, включая бумажник.

Грегори кричит.

– Ты слышала новости? Мама? Он их убил! О боже, он убил их всех!

– Кто? – спрашивает мама. – Что случилось? Успокойся, Грегори, и расскажи мне, что случилось.

– Эндрю мертв, – сообщает Грегори. – И Эсси, и Бенджи. Все мертвы. Их убил Джозеф. А затем он разбился на машине. Вероятно, он тоже умрет. Приходила полиция. Джозеф сошел с ума. Эндрю говорил, что с ним не все в порядке. Я думал, что он преувеличивает. О господи!

Мама молчит, я только слышу, как она громко вдохнула воздух. Мой мозг пытается разобраться со всем этим. Грегори говорит, что я мертв. И что меня убил Джозеф. Полиция приезжала к нему домой и сообщила ему, что я мертв.

Теперь мама издает такой нечеловеческий вой, от которого у меня все разрывается внутри.

Я сажусь на кровати. Это, должно быть, сон. Мой мозг так с этим справляется. Если я мертв, то мне не нужно беспокоиться о случившемся.

Я открываю глаза так широко, как только могу. Я обычно так делаю, если понимаю, что сплю и пытаюсь проснуться, но чувствую, что сейчас я не сплю. Я не могу еще больше проснуться! Я пытаюсь встать. Я совершенно точно не сплю. Я натягиваю старые спортивные штаны и футболку, которую мама так и не выбросила, и иду к двери. Я выхожу в коридор, оттуда иду в кухню.

Грегори кричит.

– Я мертв? – спрашиваю я.

Мама вскакивает и обнимает меня, продолжая всхлипывать.

– О, мой мальчик, – снова и снова повторяет она.

Грегори сидит за кухонным столом, моргает, потом спрашивает:

– Какого черта?..

Я усаживаюсь на стул.

– Я не знаю, что происходит, – заявляю я.

– Только что приезжала полиция и сообщила, что ты, Эсси и Бенджи мертвы, – сообщает Грегори. – Они сказали, что вас всех убил Джозеф и поджег дом.

– Селли в порядке?

Моя красавица Селли. Не могу поверить, что оставил ее в горящем доме. Я лишился рассудка.

– Да. Ее нашли со змеями. Она с Деллой.

– О, слава богу.

– Эндрю, почему они считают тебя мертвым?

Я слишком устал, чтобы врать.

– У Эсси был другой мужчина. Она собиралась сбежать вместе с ним. Он – отец Бенджи. Я не хотел. Я не собирался их убивать.

Мама смотрит на меня с ужасом.

– Это ты их убил? Бенджи мертв?

Она снова плачет, мне хочется ее обнять, но я не могу, потому что все случилось из-за меня.

Поэтому я просто киваю. У меня больше ни на что нет сил.

– Ты убил того мужика? – уточняет Грегори. – Это его машина стоит на дороге?

– Наверное. Джозеф забрал мою.

– О боже! – восклицает Грегори. – Как ты мог?

– Не знаю, черт побери! Я не собирался. Эсси пошла на меня. Я не собирался ее убивать, я не собирался убивать Бенджи. Как Бенджи может быть мертв?

– Они нашли Джозефа. Он врезался на машине в дерево. Он был весь в крови, в машине лежало ружье. Полиция думает, что это его рук дело.

– Они обвиняют Джозефа? – переспрашиваю я.

– Нам нужно позвонить в полицию, – говорит мама между всхлипываниями. – Сообщить им, что ты не умер.

Грегори берет маму за руку и накрывает ее ладонь своей.

– Подожди, не торопись. Не надо… спешить, а то наделаем глупостей. Где ключи от машины этого типа?

Я опускаю руку в карман, отдаю Грегори ключи. Он хватает их и уходит из кухни.

Мы сидим вместе с мамой. Я молчу, я в шоке, она то и дело сглатывает и утирает глаза.

Возвращается Грегори и снова усаживается за стол.

– Возможно, будет лучше, если ты какое-то время просто не станешь нигде показываться – пока мы не поймем, как тут все обернется, – предлагает он.

Я растерянно качаю головой. Если кто-то хочет сказать мне, что делать, я так и сделаю.

– Джозеф в отделении интенсивной терапии, – говорит Грегори. – Врачи практически уверены, что он не выживет. Простите, что я говорю так жестко, но почему бы не свалить вину на него? Какое это имеет значение? Ведь он все равно умрет.

– Я не понимаю, – признается мама, но до меня постепенно доходит.

– Этот тип собрал вещи, приготовился к побегу, – объясняет Грегори. – В машине лежит его паспорт, масса других документов и много денег. Три чемодана с одеждой. Он планировал исчезнуть.

– С Эсси? – спрашиваю я слабым голосом.

– Думаю, да.

– Они хотели сбежать с детьми. Моими детьми.

– Похоже на то, – пожимает плечами Грегори.

– Она никогда не говорила мне, что хочет уйти. – В моей жизни все не так, как я