Формула одиночества - Ирина Мельникова

Марина взяла протянутый им листок бумаги. Одного взгляда ей хватило, чтобы понять: интуиция не обманула Ивана. В этом списке были старинные книги из музейной библиотеки, шкатулка из слоновой кости, нефритовые четки одного из князей Волконских, китайская фарфоровая посуда... Словом, многое из того, что когда-то принадлежало ее предкам.

– И это все уплыло из музея? – Она не сводила потрясенного взгляда со списка. – Как папа этого не заметил? Это ж сколько времени мачеха его обманывала!

– Марина Аркадьевна. – Иван осторожно освободил листок из ее пальцев. – Я тоже не питаю теплых чувств к вашей мачехе. В принципе кражами могла заниматься обыкновенная служащая, которую никто не подозревал. Тихая, незаметная мышка! И все же... Все же... Меня гложут сомнения. Ольга Борисовна крайне расторопная и хваткая дама. Еще та проныра! В музее ее все боялись. Так что вряд ли кто-то из простых работников посмел бы обворовывать фонды. Но мы должны удостовериться, что кражами занималась именно ваша мачеха. Лучший вариант – взять ее с поличным. Но сначала нужно проверить ее компьютер. Вдруг она не стерла старые адреса.

– А если на встречу с тобой придет ее сообщник или посредник? Как ты узнаешь, что мачеха действует с ним заодно?

– Марина Аркадьевна, – скривился Иван, – что вы каркаете? Сообщник, посредник... Вы еще про киллеров вспомните, которые непременно меня прикончат. Он слишком много знал! – произнес он с пафосом и ткнул себя пальцем в грудь. – Не паникуйте раньше времени. Сейчас нам нужно придумать, как проникнуть ночью в комнату вашей мачехи и заглянуть в ее компьютер.

– А вот этого не надо! – рассердилась Марина. – Не хватало, чтобы тебя застали в комнате. Крику будет! Все только провалишь! Сегодня она выйдет из больницы. Надо же изобразить безутешную вдову. Я попрошусь у нее поработать на компьютере. Мне все равно нужно отправить Машке письмо. Вот попутно и изучу и адресную строку, и журнал соединений.

– А кто эта Машка? – быстро спросил Иван. – Ваша дочь?

– Дочь, – односложно ответила Марина. – Она не знает еще, что ее дедушка погиб. Когда это случилось, она ехала поездом из Владивостока. Только завтра утром будет в Тесинске.

– Она приедет сюда?

– Нет, не приедет, – вздохнула Марина. – У меня просто нет таких денег, чтобы купить ей билет на самолет. А ведь надо еще лететь обратно.

– Понятно, – улыбнулся Иван. – У вас уже взрослая дочь?

– Относительно. Скоро семнадцать, на следующий год нужно поступать в институт. Тоже вот мечтает стать журналистом. Но в нашем университете... – Марина махнула рукой. – А учить ее в Москве или в Питере у меня просто не хватит средств.

– А как же Иркутск? Это все-таки поближе. У меня друг закончил там журфак. Теперь журналюга каких поискать!

– Дело не в Иркутске, – тихо сказала Марина. – Мне кажется, она сама еще не определилась, чего ей хочется. Нельзя объять необъятное! А она хватается за все!

– Жаль, – огорченно вздохнул Иван, – я бы помог ей определиться. А пожить она могла бы у нас. Моя бабуля взяла бы над ней шефство. Она всю жизнь мечтала о внучке, но отец ей подарил лишь такого оболтуса, как я. Теперь ждет, когда я женюсь, чтобы успеть правнучку понянчить.

– Уже есть для этого предпосылки?

– Абсолютно никаких, и бабулю это безумно огорчает. Но какие мои годы? Можно еще и погулять. Я так считаю: нужно чего-то добиться в жизни, а потом уже жениться!

Марина язвительно хмыкнула:

– А я-то думала, что у тебя от девушек отбоя нет!

– Есть такое, но все в пределах нормы. Потусоваться – пожалуйста, но никаких долгих связей. А то, знаете, привязанность превращается в привычку... В дурную привычку. А у меня принцип – никаких дурных привычек. Вы заметили, я даже не курю... Хочу прожить долго и много чего достичь. По крайней мере, батю и бабулю переплюну обязательно!

– Просто ты еще ни разу по-настоящему не влюбился. Когда полюбишь, о принципах точно забудешь! – улыбнулась Марина и протянула ему руку. – Дай-ка мне на ночь этот список. Просмотрю еще раз внимательно, что украдено из фондов музея.

– Возьмите, у меня есть еще один экземпляр, – сказал Иван и ткнул пальцем в одну из строчек: – Здесь адрес сайта. Тройная дабл ю и прочая, прочая...

Марина с усмешкой посмотрела на него, но промолчала, разглядывая листок. Однако Иван понял ее усмешку по-своему и тотчас обиделся.

– Только за пацана меня не держите, ладно? Жулики, бывает, и не на таких пустяках проваливаются.

– С чего ты взял, что я держу тебя за пацана? По-моему, ты очень толковый и сообразительный молодой человек. – Марина сложила листочек вчетверо и сунула его в карман куртки. – Порой мне кажется, что ты не журналист, а сотрудник правоохранительных органов. – Но, заметив его округлившиеся от негодования глаза, выставила перед собой ладони: – Все-все, сдаюсь! Ты самый пронырливый и дотошный из тех журналистов, кого я знаю. Удачи тебе! Завтра встретимся, обсудим наши действия в деталях. Ты надолго здесь?

– Настолько, сколько потребуется! – сообщил Иван и с изрядной долей хвастовства добавил: – Редактор мне доверяет и поэтому позволил заниматься этой проблемой хоть до морковкиного заговения.

– Отлично. – Марина не скрывала, что обрадовалась. По неизвестной причине с Иваном ей было легко и спокойно, а вот с Олегом – сложновато. Его цепкий взгляд, глазки-буравчики, массивное телосложение, крупные руки с крепкими пальцами странным образом раздражали ее. Она ощущала себя дамой со стрелкой на колготках, ученицей, не выучившей урок, а то и ребенком, который только что залез в бабушкин буфет и съел все малиновое варенье. Возможно, это объяснялось разницей в возрасте. Она была старше Ивана лет на десять и поэтому не рассматривала его как потенциального воздыхателя. Олег же, наоборот, был старше ее, и она кожей чувствовала, что интересна ему как женщина. Отсюда, видно, и возникло желание дерзить и ехидничать. К тому же ей не понравилось его предложение по поводу консолидации сил с очень перспективным покупателем усадебных земель, с этим, как его, Заварзиным. Вернее, очень насторожило. Или Олег проверял ее на вшивость, или действительно решил сорвать куш в этой сделке? Кто знает, что на уме у этих гэбистов? К этой службе она относилась всегда с уважением, потому что в местном ФСБ ее курировали приличные люди. И если даже в этой организации завелись «оборотни в погонах», то на кого тогда рассчитывать? К кому обратиться за помощью, не рискуя и не опасаясь?

– Марина Аркадьевна, – ворвался в сознание голос Ивана, и журналист слегка толкнул ее ладонью в плечо. – Вы меня слышите?

– Прекрасно слышу, – бодро ответила она. – Что тебя интересует?

– Ваша дочь похожа на тот портрет? – Иван кивнул в сторону музея.

– Совершенно не похожа, – засмеялась Марина. – Она точная копия своего отца, но не лишена приятности. Ты это хотел услышать?

Иван пожал плечами: