Оборотень по наследству - Наталья Солнцева

Антон придвинул к огню второе кресло и после нескольких минут тягостного молчания предложил:

– Послушай, давай поговорим…

– Опять? – неприязненно поморщился Илья. – Что на сей раз? Будешь допытываться, не застрелил ли я Полухина? Позавидовал его бизнесу, жене-красавице и решил воспользоваться моментом?.. Я уже все объяснил капитану Бутенко. За кого ты меня принимаешь? – возмутился он. – За идиота? Сколько можно повторять одно и то же? Я ничего не видел! Понятия не имею, куда подевался мой спутник! Растворился в тумане! Такой вариант устраивает?.. Может быть, он сбежал! Заранее все спланировал и подстроил, чтобы его посчитали мертвым и перестали искать.

Илья сердито сопел, пытаясь успокоиться и не нагрубить доктору. Версию с побегом Полухина он уже обдумал и отмел как несостоятельную. С какой стати тому бежать из собственного дома, от любимой женщины?

Но Антон неожиданно заявил:

– А что? Полухин – человек импульса, сильных эмоций! Насколько я изучил его за время нашего знакомства, он отважен, решителен и способен на неординарные поступки. Ради Ирины он мог пойти на любое преступление! Например, расправиться с богатым дядюшкой и завладеть наследством.

– Ты мне историю Баскервилей втюхиваешь? – вздохнул Илья, глядя на обложку книги в руках друга. – Ничего оригинальнее не придумал? Все, как там написано?

– Да, я заново перечитываю «Собаку», и кое-что видится мне по-новому. Разве не ты говорил, что когда велосипед уже существует, нет смысла изобретать его заново?

– Мало ли что я говорил? Мы все много чего говорили…

– Сам посуди, – с воодушевлением продолжал доктор. – Полухин привел тебя к логову зверя, потому что ему было известно, где прячется чудовище! Опираясь на литературный пример и легенды здешних мест, он составил дьявольский план: тайком привез собаку, поселил ее на болотах, дождался удобного случая и натравил на старика. Того хватил сердечный приступ, и путь к наследству был расчищен! Ненужный и брошенный на произвол судьбы пес выл от голода, пугая жителей поселка и близлежащих деревень, взбесился, сорвался с цепи и оказался на свободе, самостоятельно добывая себе пищу… Это испугало Полухина, и он решил с твоей помощью убить двух зайцев! Избавиться от опасного животного и сбежать.

– Идти на такой риск, чтобы, заполучив наследство, скрыться и все бросить?

– Должно быть, его совесть замучила, – неуверенно молвил Антон. – Иногда грех становится слишком тяжким грузом! К тому же Полухину легче умереть, чем быть разоблаченным… особенно перед женой. Ему гордыня не позволила бы так низко упасть в ее глазах!

– Почему же он сам не застрелил свою собаку, когда нужда в ней отпала? Ты задавал себе этот вопрос?

– Не знаю! Может, рука не поднималась… Все-таки собака была ему предана и выполнила свою задачу. Не всегда можно понять ход мыслей другого человека! Психика – штука весьма тонкая. Кстати, частые отлучки Полухина могут говорить о том, что он либо пытался найти и поймать собаку…

– Либо?

– Продолжал носить ей еду, чтобы она не слишком зверствовала.

– Противоречивые выводы, – усмехнулся Илья. – То собака сбежала, то хозяин продолжал ее кормить. То он ее искал, то ему было известно, где ее логово. Ты уж как-то определись.

– Эти мелочи рано или поздно прояснятся! – вспыхнул доктор и раздраженно добавил. – Что же это за гигантская порода собак? Помесь мастиффа с волкодавом?

– Между прочим, дядюшка мог отписать свою недвижимость и деньги кому угодно, в частности родному брату, то бишь отцу Николая. У племянника не было гарантии, что все достанется ему. По-твоему, тогда бы он и отца убил?

Антон пожал плечами. Родственные чувства порой отступают на второй план перед чувствами к женщине. Страсть толкает людей на чудовищные вещи. А Николай Полухин страстно любил свою очаровательную супругу.

– Жаль, что нельзя спросить у Ирины, было ли ее мужу известно о завещании дяди. Не хочу бередить ей душу.

– Да, лучше ее не трогать.

– Она тебе нравится! – выпалил доктор. – Давай начистоту, братишка. Когда речь идет о любви, законы человеческие и божеские легко переступить! Мораль, совесть, духовные ценности запросто приносятся в жертву страсти…

– Ты мне проповедь читаешь? – злобно перебил Илья. – Врачу, исцелися сам!

– Прости, – смущенно пробормотал друг.

Оба надолго замолчали, наблюдая за неутомимой пляской языков пламени, пожирающих сухое дерево. Разве охваченная любовным экстазом душа не так же сгорает в огне вожделения? Когда пламя отшумит, оставив после себя угли, искры и пепел, человек превращается в руину.

– Любовь разрушительна… Она беспощадна к отвергнутому, но даже желанная взаимность таит в себе невидимые до поры угрозы.

– Как поэтично! – презрительно заметил Илья. – Не будь у тебя алиби, я бы заподозрил в убийстве тебя!

– Слава богу, что я был на виду, когда вы с Полухиным бродили по болотам. Не обижайся, но… я хочу задать вопрос, который тебе уже задавали много раз. Ты четко помнишь, как стрелял в зверя? Болотный газ может вызывать галлюцинации…

– Думаешь, я не пытаюсь понять, что случилось на самом деле? Да, я стрелял… потом смотрел, как трясина засасывает чудовище… Могу ли я поклясться, что это не было бредовое видение под действием ядовитых газов?.. Нет. Проверить мои слова невозможно, вот что плохо! Я сам не прочь убедиться, что монстр, который выскочил на меня из тумана, – не вымысел, не причудливая игра воображения… и что мои пули попали в цель. Касательно Полухина… мне нечего добавить к уже сказанному. Просто нечего!..

Поленья в камине потрескивали, отблески пламени придавали окружающей обстановке некую зловещую ауру. Антон ощущал, что друг недоговаривает. Какие-то известные только ему факты остаются в тени.

– Ты мне не доверяешь? – спросил он, перекладывая книгу из руки в руку.

– Я и себе не доверяю! – отрезал Илья и язвительно добавил. – В твою теорию не укладываются две вещи: манок и пластиковые «лапы», с помощью которых Воронин в тот памятный нам всем вечер наставил следов на крыльце.

Доктор обомлел от неожиданности и переспросил:

– Лапы? В каком смысле…

– Перед нашей охотой на зверя Полухин рассказал мне о странном поведении управляющего. Дескать, тот обнаружил в дупле не один звуковой имитатор, но и «лапы», о которых почему-то умолчал. Эти штуки из пластика можно запросто использовать для устрашения. Например, оставлять следы на территории усадьбы: где угодно, – в саду, в аллее, на крыльце дома. Даже в комнатах! В общем, Воронин припрятал «лапы» в мастерской, а хозяин их нашел. Я сам невольно стал свидетелем этого…

Илья признался, что в ту ночь следил за Полухиным, спустился за ним в подвал и подслушал его разговор с призраком покойного дядюшки.