Страх никогда не стареет - Геннадий Сорокин

– Ладно, разберемся.

– Последнее. Мне нужно, чтобы была открыта дверь из подъезда во двор. Со стороны консьержки просматривается только парадный вход в подъезд, а выход во двор – нет. От Инны я планирую незаметно выйти с этой стороны дома, и мне совершенно не надо, чтобы дверь вдруг оказалась на замке. В прошлый раз, когда я был у нее, эта дверь была заперта.

– Сделаем. У тебя все?

Он вывел автомобиль на дорогу, и мы направились к центру города.

– Пока все. Где нам лучше остановиться? Я имею в виду, нет ли на примете гостиницы в тихом месте?

– Квартира не устроит? У меня до конца той недели будет стоять пустой транзитная квартира. Можете пока там остановиться. Место спокойное, соседи не любопытные. Пойдет? – Он назвал адрес. – Я тебя у площади Свердлова высажу, дальше сам, как зайчик, допрыгаешь.

– Как скажете! Квартира еще лучше.

– Скажу я тебе вот как: ты знаешь, кто такая «заочница»?

– Женщина, с которой из мест лишения свободы знакомятся по переписке?

– Угадал. Знакомятся как, знаешь? В каждом отряде есть человек, который умеет красиво письма писать. Не хуже, чем ваш «Арес» Фаине, лапши на уши навешает. Любой, как договорится: кто за деньги, кто за чай, за продукты, может попросить написать письмо «любимой». А может уже готовое, того же автора, переписать. Суть: несколько десятков мужиков посылают письма с одинаковым содержанием. Но ведь это не значит, что они все имеют отношение к тексту! Автор может быть один на всю зону, и кто он, по большому счету, никому не интересно. То же самое с вашей порнографией. Написал какой-то мужик под женским псевдонимом рассказы, а другие из них абзацами переписали и использовали для различных целей. Что-то Фаине в переписку тиснули, что-то Киселеву в «дневники» обратили. Зачем самим голову ломать, когда можно с готовых шаблонов сдуть? Так что, друг мой, ты глубоко не копай в дела давно минувших дней. Толку с этого, по-моему, немного. Все, приехали!

Я уже стал выходить из автомобиля, когда он остановил меня:

– Если почувствуешь, что что-то пошло не так, плюй на все и вызывай нас. Из себя героя не строй, а то я наслышан, как ты в Хабаровске чудил.

– Здесь не Хабаровск.

– И еще, – он погрозил пальцем, – девок в мою квартиру не таскайте. А то вас двое, сестер двое, разведете мне там бедлам! Ну, давай, с богом!

Сергея в номере не было, так что некоторое время я занимался сборами в одиночестве.

– Еще раз привет! – Довольный напарник появился, помахивая ключами от автомобиля.

– Собирайся, времени у нас не так уж много.

– Да я уже готов. Куда путь держим?

– Местный босс одолжил квартиру на неделю, – я назвал адрес. – Но поставил условие, чтобы ни в коем случае не приводили туда сестер. Так что если надумаем пригласить девушек, то надо будет паспорта проверить, чтобы, не дай бог, сестрами не оказались. Я готов. Все взяли? Поехали!

На практически новом «Рено», арендованном за умеренную цену на имя Сергея, мы въехали на ту же стоянку около дома Инны, где ранее я побывал с резидентом.

– Внимательно все осмотри, запомни. Автомобиль появится или справа, или слева, этого нам не вычислить. На расстоянии метров двести-триста, в начало и конец дороги, резидент расставит своих людей, но мало ли что может случиться! Мое основное прикрытие – это ты. Тебе, друг мой, я доверяю прикрывать центр. Если кто-то еще попытается обстрелять меня из этого района, то ты должен нейтрализовать его.

– Короче, мне сидеть с взведенным пистолетом? Понятно. Пространства здесь маловато. Предположим, стрелков будет двое. Если номер один не сможет тебя убить, то номеру два стрелять только из автомобиля. Подъехать примерно до будки охранников, и через окно, сквозь решетку забора…

– И через окно, и через капот или багажник ты не должен дать им выстрелить. Я буду вон там, между забором и домом, на пустыре. Сам видишь, тут даже кустов никаких нет, спрятаться негде. Я буду у них как на ладони. Вся надежда на тебя.

– Вон там, в сквере, где виднеется будка, тебя ничто не смущает?

– Резидент поставит там автомобиль с «влюбленной» парочкой, так что оттуда мне вроде бы ничего не угрожает.

– Понял, Геннадьевич! Сделаю все, что смогу, но стрелять по тебе не дам.

– Еще смотри: вдруг к будке с охранниками подъедет совершенно случайный автомобиль.

– Да я тоже об этом подумал. Подвезут кого-нибудь из жильцов не до подъезда, а только к проходной, и придется делать выбор, стрелять или ждать, когда они выхватят оружие. Автомобиль я поставлю вон в тот угол. По-моему, оттуда будет лучше обзор. Как ты думаешь?

– Решай сам. Меня тут не будет. Я буду в «открытом поле».

– Еще вопрос, принципиальный. У них дважды работает женщина или мужчина, переодетый женщиной. Сейчас, как ты думаешь, маскарада не будет? А то нарисуется белокурая красотка, я переключу все внимание на нее, а тут настоящий стрелок появится.

– Скорее всего, номеров с переодеванием не будет. Дважды они пытались нам намекнуть, мол, это Наталья убила Фаину и это она подбросила винтовку. Один раз мы их конкретно носом натыкали, что Наталья была дома, а не разгуливала по Новосибирску с «СВД». Теперь смысла подставлять ее еще меньше. Но ты учти, что в этой пьесе все игроки нам не известны. Я бы и саму Наталью, по большому счету, не стал исключать.

– Ну, ее-то я сразу же вычислю!

– Кстати, до сих пор не звонит.

– Может, похмеляется.

– До пяти вечера? Что-то ты о ней как об алкоголике думаешь.

– Да ничего я не думаю! Обиделась Наталья на тебя, что не отвечал на звонки, когда ее задержали, и все. Пока пьяная была, в горячке звонила, чтобы отношения выяснить, теперь вспоминает, что же такого могла тебе наговорить. После хорошей пьянки всегда так, проверяешь исходящие звонки и морщишь лоб: зачем звонил, что говорил? Кстати, а не проще того, кто станет тебя дожидаться с этой стороны забора, сразу же задержать? Оружие-то у него наверняка при себе будет.

– И что мы ему официально предъявим после задержания? Что некто стоял около забора с пистолетом? Ну и что такого? Мало ли кто любит по вечернему Новосибирску прогуляться со стволом в кармане. Сам посуди, что такое незаконное ношение оружия? Так, детская шалость. Шел человек по своим делам, нашел на обочине пистолет, стоял, раздумывал, что с ним делать, тут его и задержали. Любой следователь с таким клиентом и разбираться-то долго не станет, освободит под честное слово. А мы останемся у разбитого корыта и оборвем хорошую верную нить, ведущую к заказчику убийства.

– Согласен. Ношение оружия – статейка безобидная. Других доказательств, кроме пистолета, у нас не будет. Мерзкая история: киллер у ворот и предъявить ему нечего!

– Все запомнил? У нас есть полчаса, чтобы перекусить.