Смерть под ее кожей - Стивен Спотсвуд

— Да, я знаю, — сказала я. — Люди так поступают, когда им стыдно.

Может быть, что-то мелькнуло в моих глазах, но он явно понял, какой вопрос я сейчас задам, и собрался с духом.

— Это был твой героин, да? Пакетик, который мы нашли в трейлере Руби. Она забрала его у тебя.

Он не ответил, но в этом не было необходимости. Оказывается, Джо врет гораздо лучше, чем я думала, хотя и не слишком хорошо. Все было понятно по его лицу.

Несколько лет назад — по словам Фарадея — мафия начала пускать свои наркотические щупальца в маленькие города. Прямо посреди войны, когда домой стали прибывать раненые. В больницах страдающим от боли давали морфин, а потом отсылали их домой.

Фарадей упомянул военные базы — именно на это указала мисс П. в моем блокноте. Зачем продавать товар, на который нет покупателей?

Это привело нас к детали пазла, закрывшей пробел. Событие, которое произошло между приездом в город и ее смертью, то, что так расстроило Руби.

— Думаю, она увидела тебя, когда навещала дядю вечером накануне смерти, — сказала я. — Вероятно, так же, как и я. Заметила свет в амбаре. Вошла. Может, твои принадлежности были разложены. Может, ты как раз воткнул иглу.

Он не смог удержаться от взгляда в сторону амбара и вверх, на сеновал.

— Я не знаю только одного: она сама взяла наркотики или ты ей дал.

Он ничего не ответил, и я не смогла сдержать гнев.

— Эй! Когда Уиддл орал на меня за то, что я не рассказала про героин, ты взвалил всю вину на меня. Хотя ты знал больше, чем кто бы то ни было. Пора поговорить начистоту.

Это стоило Джо определенных усилий, но он все-таки посмотрел мне в глаза.

— Я сам отдал, — признался он. — Я редко употребляю. Я ей так и сказал. Только когда боль усиливается. Врач велел принимать аспирин, но он не знает, каково…

В его голосе прозвучала жалоба, но он сумел овладеть собой и задушить ее в зародыше.

— Она заставила меня пообещать, что я покончу с этим. И я пообещал. Отдал ей все, что у меня было при себе. Потом она ушла.

Он прикусил губу. Маленькая боль, чтобы отвлечься от большой.

— Она была так разочарована. И зла. Очень зла.

Я не хотела задавать следующий вопрос. Потому что ответ может мне не понравиться. Но на моих визитках написано «частный детектив», и я не хочу тратить деньги, заказывая новые.

— И что? Ты покончил с этим? — спросила я.

— Да.

Его лицо было как красочная рождественская витрина, где ложь лежала в центре композиции. Он понял, что я это заметила.

— Ну, то есть… Когда я узнал, что она мертва, это было… это было тяжело… Но я редко употребляю, — повторил он. — Только когда очень больно.

— Кстати, Джо. Ты был под кайфом во время нашего свидания?

— Нет! — воскликнул он. — Конечно нет!

Но больше не было никаких «конечно». Все нужно было подвергать сомнению. Я попыталась вспомнить тот вечер. Джо казался трезвым. Нельзя выбить восемь из десяти мишеней в тире, если ты под кайфом. Или можно? Не знаю, почему меня волновал ответ на этот вопрос. Это была не любовь. Просто обычный порыв страсти. Два одиночества, блуждающие в темноте. Однако этот вопрос по-прежнему лежал у меня под языком, как пилюля с ядом. Я выплюнула его. Сейчас у меня не было на это времени.

— Чего я не понимаю, так это спектакля с Лероем, — сказала я, возвращаясь к делу. — Только не говори, что ничего не понял. Руби забрала у тебя героин. Ее убили. Твой дилер имел на нее виды. Ты не хотел, чтобы он рассказал Уиддлу о твоей зависимости. А потом отвез меня в «Хрючечную», к Лерою. Зачем? Зачем рисковать? Или ты хотел таким тупым способом обратить на него внимание полиции?

— Я не знал, что Лерой продает наркотики.

По моему лицу он понял, что я ему не верю.

— Не знал. Клянусь! Я бы в жизни ничего не купил у этой швали.

— Тогда где ты брал наркотики?

— Я получал их легально. Ну, в основном.

Я собиралась сказать, что «в основном легально» — это как «почти девственница», когда услышала скрип открывающейся двери.

— Уиллоджин! — раздался голос мисс Пентикост. — Уиллоджин, милая, не могла бы ты подойти?

Мисс П. стояла в дверях на крыльце, держа трость в одной руке и другой маша мне.

Клянусь, если бы я не вела напряженный допрос, то уловила бы сигнал.

Уиллоджин? Милая? С тем же успехом мисс Пентикост могла размахивать красным флагом и взывать к небесам. Но вместо того, чтобы поступить разумно, например сбежать или вытащить револьвер, я сделала несколько шагов в ее сторону.

— В чем дело? — спросила я. — Я тут немного занята.

Мисс П. споткнулась на ступенях крыльца, но все-таки поставила трость и удержала равновесие. Карл последовал за ней.

Сначала я решила, что это он ее толкнул. Но он помог ей встать прямо и поднял руки.

До меня наконец дошло, и я потянулась к револьверу.

— Не двигаться! — прогремел голос с террасы. — Убери руки от оружия, или я ее застрелю. Клянусь, застрелю!

Сначала я увидела пистолет. А потом руку и плечо и одутловатое, ничего не выражающее лицо брата Берта Конроя. Он целился в затылок мисс Пентикост.

Глава 44

— Берт, какого черта ты вытворяешь? — твердо спросил Джо, шагнув к кузену.

Карл предупреждающе поднял руку.

— Не надо, сынок. Что-то не так. С ним что-то не так. Кажется, он сошел с ума.

— Вали отсюда! — рявкнул Берт. — А ты… брось оружие. Очень медленно.

Я сделала как он велел, а мисс П. и пастор подошли к нам. Мне не нравилось, что приходится отдавать свое единственное оружие, но нацеленный на моего босса пистолет мне нравился еще меньше. С Бертом и впрямь что-то было не так. Его рука дрожала, и он вспотел гораздо сильнее, чем предполагал летний вечер. В другой его руке была тяжелая холщовая сумка, и в ней что-то звякало при каждом шаге.

— Так. Хорошо. Где твой пистолет, Джо?

Я почувствовала, как напрягся стоящий рядом Джо.

— Не вздумай пошевелиться! — рявкнул Берт. — Итак, где твой пистолет?

— В машине.

Я посмотрела на Джо, надеясь увидеть по его лицу, что это еще одна ложь. Но нет.

— Вы нашли Лероя? — спросил Берт.

— Нашли признаки, что они были в хижине, но ушли.

Берт кивнул.

— Хорошо. Отлично.

Я наклонила голову к Джо