Оборотень по наследству - Наталья Солнцева

«Я ему почти поверил, – констатировал Антон. – Он довольно складно все изложил и связал воедино. Самое слабое звено – Ольга, которая может проболтаться под натиском капитана Бутенко…»

– Вы на моей стороне? – с надеждой осведомился Воронин. – Я не виноват в том, что случилось! – с жаром добавил он. – Я сам… жертва обстоятельств! Мне дико не повезло, но я не преступник!

– Я вам не судья, – отговорился доктор…

Илья стоял перед выбором, будить ему Полухина или повременить. То, что рассказал управляющий, не укладывалось у него в голове. Он чувствовал себя объектом розыгрыша, как на одноименном телешоу. Его ум отказывался принимать услышанное за чистую монету.

Вчерашний фокус с отпечатками звериных лап произвел на Илью двоякое впечатление. Картина выглядела правдоподобной, но, учитывая поведение Ворониных, не стоило спешить с выводами. Еще его грызло чувство вины. Как ни крути, а он не сдержал данное Полухину слово и не уследил за управляющим.

«Этот хмырь обвел меня вокруг пальца, – сокрушался Илья. – Стыд и позор! Я увлекся галереей мистических животных и упустил злоумышленника, который легко перехитрил меня. Прикинулся пьяным, сделал вид, что идет спать, а сам отправился… творить черные дела!»

Творческая мысль сценариста потекла дальше. Воронин! Вот кто хозяин болотного пса! А Мэри вынуждена ему подыгрывать. Супруг полностью подавил ее волю, подчинил себе и втянул в уголовно наказуемые действия.

Илья не жалел эту круглолицую простушку, которой заморочил голову и вселил в ее душу романтические мечтания. Пусть это будет для нее уроком. Жестоким, зато эффективным. Не жди любви от залетного молодца! Единственное, на что он способен – поматросить и бросить!

Кошмарное происшествие на Зеленой улице казалось Илье неким фантасмагорическим трюком, поставленным здешними умельцами наводить тень на плетень. Кто из них идейный вдохновитель и организатор? Савелий? Лютиков? Воронин? Назар? Капитан Бутенко, что вовсе не исключено? Кто-то из его полоумных сотрудников? Или сам доктор Завьялов?

Илья перебирал знакомые фамилии, будучи уверенным, что кто-то из этих скучающих провинциалов и есть мнимый или подлинный враг семейства Полухиных.

«Уж я-то не доставлю вам удовольствия, не куплюсь! – мысленно возражал он незримым оппонентам. – Ваша мякина не для такого стреляного воробья! Кем вы себя возомнили, мистификаторы хреновы?»

«А что, если все это правда? – робко вопрошало его второе Я. – Что, если ты имеешь дело с чем-то необъяснимым и опасным? Что, если твой рассудок не в состоянии постичь некую темную тайну?»

– Боюсь, на поверку все обернется пустышкой, – пробормотал Илья. – Коллективной галлюцинацией! А почему нет? Такие случаи описаны известными учеными…

Поскольку он не вспомнил ни одного имени авторитетного ученого, кроме королевского нотариуса Рош-Этьен Морена и докторов Людовика XV, внутри него зрели противоречия. Лучше не брать на себя ответственность, а сообщить обо всем Полухину, и пусть тот решает, как реагировать. Ехать на место происшествия и своими глазами увидеть растерзанный труп… или не поддаваться всеобщему психозу?

Перед тем как идти будить хозяина, Илье захотелось выпить чего-нибудь крепкого. Он отправился в кухню и застал там плачущую Мэри. Сквозь слезы та пожаловалась на мужа:

– Не понимаю, что с ним! Как он оказался ночью на окраине поселка? Судя по всему, он не ложился…

Илья молча взял со стола бутылку виски, плеснул в стакан и выпил одним глотком.

– Я с ума сойду! – причитала женщина. – Олег не хочет ничего объяснять! Накинулся на меня, накричал и убежал куда-то…

– Где он сейчас?

– Наверное, в душе. Электричества так и не дали, генератор пора выключать… Олег должен успеть помыться. Он весь в грязи! Как вы… как ты думаешь, он в порядке?

Илья в растерянности пожал плечами. Впервые в жизни он не знал, что ответить на простой, в сущности, вопрос.

– Ирина еще спит?

– Она выпила большую дозу снотворного…

– Пойду подниму Полухина, – зачем-то сказал Илья. – Позже выспится… если сон не пропадет.

В его голову закралась мысль, что Николай может знать о ночном происшествии и помалкивать. Его действия подчинены какой-то логике, известной только ему. Не исключено, что он намерен подловить Воронина, заставить того совершить ошибку.

Мэри тихо плакала, сидя на стуле у окна. Опять пошел дождь, по стеклу лилась вода. Сизые тучи плыли так низко, что задевали верхушки вязов. Илья колебался, оставаться ему в усадьбе или ехать на место, где развернулась кровавая сцена, достойная триллера. Доктор уже отправился туда, ему по долгу службы положено.

«Что я там увижу? – напряженно размышлял сценарист. – Кровь давно смыта ливнем, следы тоже. Показания «очевидцев» лучше не слушать, чтобы они не ввели в заблуждение. Тот, кто осуществил эту… аферу, сеет панику и страх! Либо спектакль рассчитан на приезжего лоха, то есть на меня!»

– Что с нами будет? – простонала Мэри, прижимая к лицу кухонное полотенце. – Чем все это кончится?

Илья встал, положил руку на ее теплое плечо и сочувственно вздохнул.

– Слезами горю не поможешь… Ненавижу избитые фразы!

Он вышел в коридор и зашагал к лестнице, ведущей на второй этаж. Интуиция подсказывала ему, что самое интересное ждет его не на Зеленой улице, а здесь, в усадьбе…

* * *

Илья остановился у двери в комнату и негромко постучал.

– Входите…

Он не ожидал такого скорого ответа. Похоже, Полухин не смог уснуть и сидел в кресле лицом к окну. Его макушка торчала из-за спинки, кровать была не тронута.

– Смелее, Илья, – не поворачиваясь, проговорил хозяин. – Что вы топчетесь на пороге? Ирину потревожите, а это сейчас ни к чему.

– Я… хотел кое-что сообщить…

– Неприятная новость? – сухо осведомился Полухин.

– Смотря как ее расценивать.

– Говорите прямо, с чем пришли! Да, и заприте за собой дверь. На ключ, пожалуйста!

Илья повиновался и в нескольких словах передал ему то, что случилось ночью в поселке. Без подробностей, без собственного мнения о ситуации, без догадок и домыслов. Кратко изложил факты в интерпретации Воронина.

Хозяин резко встал и начал ходить из угла в угол, не глядя на собеседника. Он не выразил ни удивления, ни озабоченности. Его лицо походило на застывшую маску. Шевелились только губы.

– Я пытался вздремнуть, но тщетно, – молвил он. – Уже несколько ночей сон бежит от меня. Мои нервы натянуты и напряжены. Теперь причина смерти дядюшки открылась мне с ужасающей ясностью… Боюсь, мне предстоит повторить его судьбу.

– Не торопитесь хоронить себя.