Перебиты, поломаны крылья - Владимир Колычев

– Что ж, могу отвезти тебя к одной такой женщине.

– Это ты о ком?

– О Кате.

– Это интересно.

– Тогда прошу.

Андрей сел в машину, пальцами провел по пластику передней панели.

– Хорошая у тебя лошадка.

– Не жалуюсь.

– Что ты мне про Катю хотела рассказать?

– Сначала ты мне скажи, что там у вас сегодня случилось. Маньяка, говорят, поймали.

– Маньяка. Он Илью чуть не задушил.

– Слышала… Маниакально-депрессивный психоз?

– Может быть… А может, здесь что-то другое… Матюшин сейчас в реанимации, если очнется, его допросят, все выяснят…

– С Ильей что?

– Галлюцинации у него, – снисходительно усмехнулся Андрей. – Клиническая смерть у него была, на небесах побывал. Бога, говорит, не видел, зато с Эльвирой пообщался… Знаешь, так убедительно говорил, что я даже поверил…

– Во что поверил – в то, что он с Эльвирой общался?

– В то, что Эльвира мужу своему изменяла, и не с Ильей.

– А с кем?

– Вот и я спросил, с кем. Повелся, так сказать… Галлюцинации у него были, все что угодно могло померещиться. И она что угодно могла сказать. Например, что с Брэдом Питом ему изменяла…

– Почему именно с Брэдом Питом?

– Потому что все женщины им «брэдят».

– Не знаю, мне он не нравится, не мой тип… Хотя ты чем-то на него похож. Фактура такая же, такой же заводной и резкий, временами… И вообще…

– Что вообще?

Андрей глянул на Вику. Лицо ее обрело чувственную мягкость, устремленный на дорогу взгляд подернулся томительной поволокой.

– Нравишься ты…

Именно это он и ожидал услышать. Он давно догадывался, что нравится ей.

– Ты мне тоже очень нравишься, – в ответ признался он.

– Ты не понял, – покачала она головой. – Ты нравишься Кате.

– При чем здесь она? – расстроился Андрей.

– Ты ей нравишься, она бы хотела к тебе вернуться.

– Ну и что?

– Она красивая…

– Да не нужна она мне… И вообще, кто тебе такое сказал? Она?

– Ну вот видишь, уже разволновался. Значит, она тебя волнует… Ничего она не говорила. Сама догадалась…

– Ты ясновидящая?

– Нет, я следователь… Я разговаривала с ней, нащупала слабую струнку, каюсь, сыграла на ней. Зато получила показания. Как в прошлый раз… Она красивая, но глупая…

– Что за показания?

– По делу об убийстве Эльвиры Окуловой.

– По делу, которое ты ведешь… У меня тоже есть дела. Может, не будем сегодня о них?

– Что, боишься проиграть мне?

– Проиграть? Тебе? Мы что, с тобой в какие-то игры играем?

– Ты за Теплицына, я против него…

– Это не игра, это какое-то бедствие… – эмоционально махнул рукой Андрей. – Ты нравишься мне, я нравлюсь тебе, мы должны говорить о возвышенном, а у нас дела, дела… Дела, которые нас разлучают…

– Я не говорила тебе, что ты мне нравишься, – не глядя на него, покачала головой Вика.

– Ну так могла бы сказать.

– Не дождешься… К какой женщине тебя отвезти? Ты же по женщинам собрался?

– Ты что, поверила?

– Мне все равно, чтобы верить или нет.

– Тогда поехали.

– Куда?

– К женщине.

– Далеко?

– Она за городом живет, у озера.

– Хорошее место.

– У нее свой дом. Хороший дом.

– А это что, так важно? – спросила Вика и презрительно оттопырила нижнюю губку.

– Хороший дом – всегда важно.

– Ну и женись на ней!

– Жениться? На своей тете?

– На тете?!.. Так мы к ней едем?

Андрею показалось, что из ее груди тихонько вышел облегченный вздох.

– Должен же я рассказать ей, что случилось с Ильей. Она переживает.

– Симпатичный парень, ничего не скажешь. В такого можно влюбиться, – ошарашила его Вика.

– Чего? – не в силах сдержать удивление, протянул он.

– Влюбиться, говорю, можно.

– И что?

– Вот я и влюбилась…

– А-а, зачем? – Андрей понял, что никогда и никому не задавал более глупого вопроса.

И она это поняла. И глянула на него с обескураживающей насмешкой.

– Илья еще молодой, у него вся жизнь впереди, – продолжала она. – Зачем, думаю, портить ему жизнь?

– И что? – пытаясь унять трясучку в коленках, спросил Андрей.

– Есть версия, что Эльвиру утопили в аквариуме с водой.

– Допустим.

– Сам же развил эту версию, а теперь – допустим.

– Что у тебя с Ильей?

Андрей осознавал, что ведет себя недопустимо нервно, но поделать с собой ничего не мог… Как же так могло случиться, что Вика влюбилась в Илью? Это не должно было произойти.

– Как что? У нас с ним отношения. А тебе-то что? – с игривым изумлением спросила Вика.

– Ты не должна с ним, – в подавленных чувствах сквозь зубы сказал он.

– Как же не должна, если мы состоим с ним в отношениях, – добивала его Вика. – Я – следователь, он – подследственный, у нас много точек соприкосновения…

– Останови машину, – сам от себя того не ожидая, потребовал он. – Дальше я сам.

Вика остановилась не сразу. Сначала съехала с дороги, остановила машину на обочине.

– Ты чем-то расстроен? – выключая скорость, удивленно спросила она.

– Нет.

– А мне кажется, что да… Не было у нас ничего с Теплицыным. И быть не могло…

– Мне все равно.

– Не все равно. Я же вижу, что не все равно…

– Ты сказала, что влюбилась.

– Да, но не в него.

– А в кого?

– В тебя… – ничуть не смущаясь, сказала она и нежно улыбнулась, обнимая его жарким взглядом. – Неужели ты не понял?..

– А-а… Это правда?

Вика закрыла глаза, но продолжала обнимать Андрея уже не взглядом, а руками. Легкие нежные руки на плечах, легкое нежное объятие. Но Андрею этого было мало. Он сгреб Вику в охапку, накрыл ее губы поцелуем… В какой-то момент его рука полезла к ней под юбку. И это все испортило. С неожиданной для женщины силой она оттолкнулась от него.