Фанера Милосская - Дарья Донцова

Я притормозила у тротуара и вытащила ключ иззажигания. Что ж, тогда многое можно объяснить. Светлана не хотела пугатьдомашних – несмотря на хамское к себе отношение, она любила и жалела близких –и нашла способ незаметно ездить к целителю. И… и вполне вероятно, что онапокончила с собой. Вот почему женщина уехала на старую дачу! Наверное, принялаяд, а пожар устроила специально – не хотела, чтобы родные страдали. Она же незнала, что любимый сыночек начал охоту на мамин миллион и придумал спектакль сБеатрисой! Или, наоборот, как раз была в курсе всего и надумала освободить мужаот себя.

Ну и семья! Каждый за себя! Павел нерассказывает о неудачной операции, прячет от всех мочеприемник, Светлана молчито проблемах со своим здоровьем… Зачем они жили вместе? Краминовы давно сталичужими друг другу! Что их объединяло? Штамп в паспорте? Общая жилплошадь? Но уПавла полно денег, мог купить жене дом и обрести свободу. Ладно, сейчас надовыбросить из головы проблемы с расследованием и заняться Олимпиадой ТимофеевнойБерезняк.

Не успел мой палец нажать на кнопку звонка,как дверь распахнулась, и я увидела симпатичную бабусю, облаченную в голубоеплатье. Бесстрашно открытую шею украшало жемчужное ожерелье, в ушахпокачивались бирюзовые серьги, а волосы прикрывала тонкая ажурная сетка. Моямама когда-то натягивала подобную перед сном, чтобы сохранить укладку.

– Ирина! – всплеснула рукамипенсионерка. – Ты откуда? Извини, дорогая, но я уезжаю!

– Здравствуйте, ОлимпиадаТимофеевна, – нежно сказала я, – меня зовут Евлампия, но лучше простоЛампа. Леонид попросил проводить вас.

– Я вспомнила, вы отвезете меня навокзал, – закивала Олимпиада. – У меня, кстати, потрясающая память!

– Совершенно точно, – подтвердила я.

– Очень мило! Меня зовут ОлимпиадаТимофеевна, – с достоинством произнесла бабушка, – а вы… э…

– Лампа, – напомнила я.

– Чудесное имя, – одобриластарушка, – запоминающееся. Не желаете чаю?

– Я думаю, нам лучше поторопиться, –улыбнулась я. – Когда отходит ваш поезд?

Олимпиада сдвинула насурьмленные брови.

– Точное время не назову, но ведь можнопосмотреть в билете.

– Замечательная идея. И где он?

– Лежит на рояле! – бойкоотрапортовала бабуля. – Деточка, пройдите в комнату и найдите его, а япока проверю краны, газ, захлопну форточки. Кстати, меня зовут ОлимпиадаТимофеевна.

– Очень приятно, Лампа, – кивнула я,скинула обувь и двинулась в глубь необъятной квартиры.

– Замечательное имя! – крикнула мневслед бабуля. – Легко запомнить! Лампа… Очень мило.

Обежав пять комнат и не обнаружив ни в однойхоть какой-либо намек на рояль, пианино, фисгармонию, клавесин или синтезатор,я пошла искать Олимпиаду Тимофеевну. Бабулю я нашла на кухне – пенсионеркастарательно кромсала морковь, а на плите закипала кастрюлька с водой.

– Что вы делаете? – изумилась я.

– Суп сварить надо, – поясниластарушка, – Алиса придет из школы, а обеда нет.

Кто такая Алиса, осталось загадкой, но я несобиралась ее решать. Я быстро выключила горелки.

– Олимпиада Тимофеевна, вы уезжаете. Гдебилет?

– На рояле, душечка.

– Простите, но в вашей квартире нетникаких музыкальных инструментов!

Бабуля дробно засмеялась.

– Ох уж мне нынешняя молодежь! Не увидетьпианино! Впрочем, может, вы просто не знаете, что это такое? Грубо говоря, ящикс клавишами, белыми и черными, нажимаешь на них, и раздается звук.

Упоминать о моем консерваторском дипломе мнепоказалось лишним.

– Олимпиада Тимофеевна, сделайтеодолжение, покажите, где стоит фортепияно, – попросила я.

– Так в спальне! – изумленновоскликнула хозяйка. – Сюда, налево.

В просторной комнате бабулю поджидал сюрприз.

– Тут одна кровать! – удивилась она.

– И шкаф, – не к месту добавила я.

– Может, дети рояль в шифоньерубрали? – выдвинула предположение старушка.

– Маловероятно, – усомниласья, – он просто не поместится в гардероб.

– Пианино маленькое, – настаивала насвоем Олимпиада Тимофеевна, – мы его на дачу легко возим. Сын берет инесет.

Понимая, что это глупо, я на секунду поверилахозяйке и пошла к трехстворчатому монстру. В свое оправдание могу сказать лишьодно: на свете существуют так называемые «будуарные» варианты музыкальныхинструментов, они отличаются от обычных малыми размерами и предназначены длядам, которые способны сыграть одну несложную пьеску. Но внутри шкафа,естественно, обнаружились только вешалки с одеждой.

– Ангел мой! – вдруг закричалаОлимпиада Тимофеевна. – Где мы находимся?

– В спальне, – напомнила я.

– Да! Но в чьей?

– Если учесть большое двуспальное ложе,скорее всего, вашего сына и невестки.

– Конечно, – счастливо засмеяласьОлимпиада. – А пианино у Алисы! Сюда, скорей!

Чуть не упав от возбуждения, старушка резкоповернулась и ринулась по коридору. Я полетела за ней и очутилась вбело-розовой детской, где, судя по игрушкам, жила девочка лет восьми.

– Пианино тут! – воскликнула бабуся.

Я окинула взглядом комнату и приуныла.Кровать, письменный стол, стул, кресло, мешок с куклами, полка с книгами, наподоконнике замок, собранный из конструктора, и никакого намека на, каквыразилась пенсионерка, «ящик с клавишами». Похоже, Олимпиада Тимофеевнаошибается, в апартаментах нет пианино. Куда же бабушка дела билет? Найтинебольшую бумажку в захламленной квартире практически нереально, но безпроездного документа Березняк не посадят в вагон, Кирюша не получит четки, ондо конца жизни будет меня попрекать, потому что я, как всегда, исполнила ролькурицы, попавшей в бульон.

– Душечка, – закричала ОлимпиадаТимофеевна, – берите билет!

– Где он? – вздрогнула я.

– На рояле.

– Его тут нет!

– Ох, молодежь… Не читаете книг и незнаете, как выглядит рояль, – вновь укорила меня бабуся. – Вот жеоно, на полу, у полки.