Серийный любовник - Алексей Макеев

И опять они собрались в кабинете генерала Орлова в половине первого ночи. Петр Николаевич просидел на экстренном совещании у заместителя министра до начала первого, потом пришел в кабинет и еще несколько минут звонил по межгороду. Только в половине первого Гуров и Крячко вошли к нему, когда в крыле здания, которое занимал Главк уголовного розыска, почти никого из сотрудников уже не было.

– Что, пропесочили? – спросил Гуров.

– У нас в последнее время проблема на проблеме в регионах, – махнул Орлов рукой и перешел из-за своего рабочего стола к окну, где стоял мягкий уголок с двумя креслами и журнальным столиком.

– Человеческий фактор?

– Именно, – зло бросил генерал. – Такое ощущение, что люди разучились думать или не хотят работать. Порой просто в голове не укладывается, как можно доводить дело до таких нарушений в подразделениях. Чем там руководители на местах заняты? Ладно бы это только одного ведомства касалось. К нам как раз меньше всего претензий было, а вот у других…

Крячко принялся наливать в бокалы чай, приговаривая:

– А вот мы сейчас по чайку на троих. Мы сейчас сосудики в норму приведем, нервишки подлечим. Начальника родного всякими успехами в службе порадуем, он и успокоится.

– Чего это ты, Станислав? – усмехнулся Орлов, подозрительно поглядывая на Крячко.

– А это я тебя готовлю к тому, что каждый новый успех, каждый шаг в продвижении нашего дела о пенсионерах открывают вещи, которые все больше и больше заводят нас в тупик.

– Ну, ты меня успокоил, – покачал Орлов головой.

– Да развлекается он, – буркнул Гуров. – Настроение тебе поднять хочет, отвлечь от твоих проблем. Лучше послушай, что у нас получается. Пока ориентировки работают, пока запросы туда-сюда ходят, мы со Стасом проверили этот случай, который произошел на дороге. И тут, Петр Николаевич, занятный пенсионер оказался. Не заместитель министра, не генерал в прошлом, но занятный. И возраст у него тоже за восемьдесят лет. Хотя со здоровьем было немного получше, чем у других.

– Ну-ка, ну-ка, расскажите. – Орлов взял бокал и отхлебнул заваренный чай.

– Ты помнишь, в 90-е годы модно было увлекаться всякими дворянскими штучками? – вставил Крячко, с наслаждением откинувшись в кресле. – Как только капитализм в стране грянул, так «новые русские» и начали покупать себе патенты на графские, княжеские и баронские титулы и права на имения в разных захолустных и не очень уголках страны.

– Да, помню, – проворчал Орлов. – Тогда было модно князем или графом быть, сейчас – кандидатом или доктором наук. Без докторской степени уже и чиновник не чиновник. И что? Этот ваш пенсионер графом оказался?

– Нет, он сам не претендовал. Он был крупным в те годы специалистом по геральдике и старинным наградам при Обществе сохранения дворянских традиций. Проще говоря, при Дворянском собрании, учрежденном в Москве каким-то великим князем или княгиней. Или особой, к ним приближенной. Не это главное.

– Значит, он знал многих настоящих и поддельных дворян в нашей столице?

– Видимо, да, – кивнул Лев. – Если захочешь спросить, то я тебе сразу отвечу, что ни Колотов, ни генерал Бурунов дворянами даже и близко не были. И даже не пытались.

– То есть тут совпадения нет?

– Нет, – ответил Крячко. – И в другом нет совпадений. За стариком никто не ухаживал. Никаких мальчиков или девочек возле него не крутилось. Никто ему в «молочку» или в аптеку не бегал. И по дому не помогал.

– Ясно, – вздохнул Орлов. – Тянули «пустышку». Ну что же, версия была бы красивой, если бы подтвердилась. И что вы…

– Э-э, не спеши, – усмехнулся Стас, прихлебывая чай. – Самое интересное впереди. Одно совпадение все же есть. Похоже, нашего фалериста все же убили. Видишь ли, он был в ту ночь на улице не один. Видели его с мужчиной. Причем мужчина его ждал возле аптеки на улице, он старательно, как нам показалось, не попадался на глаза даже случайным прохожим. А потом старик пулей вылетел из-за столба на проезжую часть именно в тот момент, когда там проезжала машина.

– А может, и не было его? – предположил Орлов. – Может, это ваши фантазии и домыслы?

– Был! – уверенно заявил Крячко и дотянулся до своей папки, лежащей на подоконнике. – Еще как был. Даже словесное описание есть. И характерные особенности, которые могут идентифицировать его, выделить как-то среди других. Все не очень точно, но главное, что он был. Вот… – Стас достал из папки лист бумаги и протянул генералу. Орлов нацепил на нос очки и стал читать, то хмыкая, то одобрительно покачивая головой. Наконец он отложил листок и посмотрел на сыщиков:

– Слушайте, а ведь дело-то хреново оборачивается. Там было два случая, когда естественная смерть слабенько имитировалась, здесь имитировали несчастный случай. Что у нас в городе творится, можете сказать?

– Ну, сказать нам должен ты, теоретик, – пожал плечами Гуров и взял, наконец, свою чашку. – Ты подсуропил нам это дело, значит, у тебя в голове что-то было, какая формулировка сложилась. Мы тебе таскаем данные. Делай выводы, накладывай эти данные на свои идеи…

– Нанизывай, так сказать, мясо наших данных, – засмеялся Крячко, – на шампур своих мыслей.

– Все, кончили глумиться над старым другом? – Орлов осуждающе посмотрел на сыщиков. – И не стыдно?

Они немного посмеялись, прихлебывая чай, потом замолчали. Каждый чувствовал, что давно уже не сидели вот так, втроем, не проводили вместе выходные с семьями, не выезжали вместе на природу или к кому-то на дачу. Гуров посмотрел на часы и вспомнил, что не позвонил Маше, не предупредил, что задерживается. Звонить или теперь уже поздно? Вроде хочешь как лучше, а сам разбудишь уснувшую женщину. Тихо пискнул мобильный телефон. Лев взглянул на экран и улыбнулся.

– Маша? – спросил Орлов. – Напиши, что выезжаешь. Надо закругляться на сегодня, ребята.

Лев набрал текст и отправил жене. Интересно, подумал он, а как бы сложилась его служба, его жизнь, если бы он не встретил на своем пути Марию Строеву? Может, так бы и остался холостяком? Или женился на другой женщине? Она сначала показалась бы красивой и теплой, а потом оказалась бы глупой, сварливой и недоброй бабой. Ну, что уж так о себе. Неужели не разобрался бы в женщине? Оп, тогда стоит признать, что мог встретить и другую хорошую, мог бы жениться на ней и прожить всю жизнь счастливо? Тьфу, тьфу!

– Ты чего расплевался? – удивился Орлов.

– Не скажу, – улыбнулся Лев. – Бывают в голове такие дурацкие мысли, что в них даже лучшим друзьям не признаешься.

Чисто выбритый Осипов вошел в кабинет на Петровке и вежливо кивнул головой полковникам, потом капитану Григорьеву – оперативнику МУРа. Гуров осмотрел бывшего участкового с ног до головы и усмехнулся:

– Ну, вот таким ты мне больше нравишься. А то лежал там, помирал и весь белый свет ненавидел. Дел у нас с тобой по горло, поэтому проходи, болезный, присаживайся.