Иллюзия - Нора Робертс

Может даже, он займется серфингом.

Улыбаясь своим мыслям, он продолжал парить в полузабытьи, пока его выкатывали из шаттла. Внезапно он ощутил холод. Пронизывающий холод. Чтоб спрятаться от него, он закрыл глаза и представил себя на золотистом песке под горячими лучами солнца. Где-то поблизости рокотал прибой, а лицо овевал морской ветерок.

— Я тут, прямо за тобой, Чаз, — раздался рядом с ним голос Джима.

Парзарри на миг приоткрыл глаза и показал ему большой палец. В следующий миг бледное лицо его партнера озарилось улыбкой.

— Привет, дорогая!

Ковыляя на загипсованной ноге, партнер устремился в объятия супруги.

— Голубки снова вместе, — пробормотал Парзарри, чувствуя, как его закатывают в карету «Скорой помощи». Здесь снова стало тепло, и он блаженно вздохнул. Затем он услышал голоса. Приставленная к нему во время полета сиделка отчитывалась перед медиком. Рядом без умолку трещала жена Джима. Сам Джим довольно посмеивался.

Затем карета «Скорой помощи» слегка накренилась — это в нее сел сопровождающий медик и захлопнул двойные двери. Заурчал мотор, и они тронулись с места.

— Только не забудьте про обезболивающее, — улыбнулся Парзарри, глядя в потолок, и снова представил себе загорелых красоток в бикини у стойки бара. Представил капельки морской воды на их коже. Ему было тепло, но тело было тяжелым, как будто налитое свинцом. Он с трудом повернул голову, а затем почувствовал на запястьях ремни.

— Это еще зачем?

— Чтобы вы оставались там, где находитесь.

Озадаченный, Парзарри вновь повернул голову и посмотрел в знакомое лицо.

— Эй, что вы делаете? Или это вам тоже велел ваш босс?

— Он самый.

— Какая забота, однако.

— Он хочет знать, вы разговаривали с кем-нибудь или нет?

— То есть?

Человек потянулся и перекрыл клапан капельницы.

— Мистер Александер хочет знать, разговаривали вы с кем-нибудь по поводу аудита или нет?

— Господи, да я же половину времени провел в коме! Меня постоянно осматривали, щупали, засовывали в томограф. С кем я мог разговаривать? Мне нужны болеутоляющие, без них я не выдержу.

— Мистер Александер спрашивает, есть ли у вас при себе какие-то документы или файлы?

— Разумеется, есть. Я ведь бухгалтер. У меня есть все для того, чтобы закончить аудит. Я сделаю это прямо в больнице, как только меня положат в отдельную палату и я получу обратно свой ноутбук. Он может послать за ним Джейка. Он знает, что мне нужно.

— Мистер Александер спрашивает, если у вас какие-то документы, файлы или информация, касающиеся его бизнеса за пределами Нью-Йорка?

— В чем дело? Немедленно включите капельницу, слышите? Включите немедленно, кому говорят!

В следующую секунду по его заживающим ребрам прошелся тяжелый кулак, и Чазу показалось, что от боли он вот-вот потеряет сознание. Он втянул в себя воздух, чтобы закричать, но водитель включил сирену, и крик Чаза, если это был крик, утонул в ее вое.

— Отвечай на вопросы! У тебя есть какие-то документы, файлы или информация, касающиеся его бизнеса за пределами Нью-Йорка?

— Нет! О господи! С какой стати им у меня быть? Я лишь делаю то, что мне поручено, вот и все.

— Мистер Александер говорит, что больше в тебе не нуждается.

После этих слов на лицо Парзарри легла огромная ладонь, и чужие пальцы зажали ему нос. Сирена продолжала завывать, «мигалка» — отбрасывать сполохи света. Несчастное тело Парзарри напряглось от нехватки воздуха и безумной боли. Глаза, как у испуганной лошади, вылезли на лоб.

Затем в белках его глаз лопнули кровеносные сосуды — казалось, будто по щекам текут кровавые слезы. Его пальцы царапали каталку, и кожаные ремни больно врезались ему в запястья.

Мочевой пузырь не выдержал и опорожнился сам. Налитые кровью глаза закатились и застыли.

И тогда огромный мужчина убрал руку от его лица и стукнул кулаком по потолку салона. Водитель отключил сирену и «мигалку» и съехал с дороги. Затем оба вышли. Высокий громила взял «дипломат», который Парзарри брал с собой в Вегас, и, забросив его в багажник поджидавшей машины, сам сел на пассажирское сиденье.

Как приятно, подумал он, оказаться в просторном, шикарном авто, да еще и с водителем. Сразу ощущаешь себя человеком. Теперь, когда это было сделано — причем дважды, — он, похоже, вошел во вкус убийства.

* * *

Ева, как ей и было сказано, стояла рядом со входом, к которому подъезжали кареты «Скорой помощи». Согласно ее данным, Парзарри должны были доставить сюда врачи, тогда как Арнольда, как ходячего, привезет в больницу на личной машине жена.

— И как ты намерена с ним работать? — поинтересовалась Пибоди.

— Для начала просто хочу взглянуть на него своими глазами, посмотреть, в каком он состоянии. Пусть он сначала обоснуется в своей палате. Там мы с ним и поговорим. Прежде всего есть смысл зачитать ему его права, не столько, чтобы обезопасить нас, а чтобы припугнуть его самого. Ты же сделай серьезное лицо.

— «Хороший коп» не нужен?

— Думаю, что нет.

Пибоди слегка покачалась на каблуках своих розовых ковбойских сапожек.

— Жаль.

— Надо будет поговорить и с Арнольдом. Его можно будет отвести в сторонку, пока все будут суетиться вокруг Парзарри.

Ева умолкла, увидев рядом с собой Сильвестра Гиббонса.

— Лейтенант Даллас, детектив Пибоди. Вот уж не ожидал увидеть вас здесь так быстро.

— Нам нужно поговорить с двумя вашими оставшимися работниками.

— Разумеется. Какие могут быть вопросы? — Гиббонс шумно вздохнул и вытер ладонью лицо. — Вы разрешите мне провести пару минут с Чазом? Джим знает про Марту. Я просил его ничего не говорить Чазу. Бедняга, ему сейчас и без того не позавидуешь. Так что лишний раз его лучше не беспокоить. Ему даже запрещено пользоваться телефоном и информационными сетями. Я хочу сам сказать ему, что случилось. Нехорошо, если он узнает это от копов. Не обижайтесь на меня за такие слова. Просто будет лучше, если ему все честно расскажет друг.

— Первым делом мы побеседуем с мистером Арнольдом.

— Спасибо, буду искренне вам благодарен. Ага, кажется, это машина Джима. А вот и он сам. О господи, как же его покорежило!

Ева подождала, пока выкатят кресло-каталку и пересадят в нее Арнольда — бледного, с загипсованной ногой.

— Джим! — бросился к нему Гиббонс. — Как твои дела? Как ты себя чувствуешь?

— Уже лучше. — Арнольд ответил на рукопожатие Гиббонса. — Честное слово, еще пару дней назад мне было куда хуже. Черт, как же я рад, что вернулся домой!

— Это просто замечательно, что ты вернулся. Здесь о вас с Чазом позаботятся в лучшем виде. Можешь ни о чем не волноваться, а если что-то понадобится, сразу скажи.