Загадка фарфоровой балерины - Елена Тюрина

Анастасию это тяготило довольно долгое время. Потом как-то стало забываться. Родился сын, она получила должность в другом городе, и семья переехала. Муж успешно занялся предпринимательством. И вот судьба снова зовет ее на родину. А там, Анастасия была уверена, и воспоминания нахлынут.

Она уже давно не понимала, что на самом деле является реальностью – ее жизнь в двадцать первом веке или здесь. Иногда думала, что может быть, она не одна такая. Сколько людей вот так живут и молчат о том, что на самом деле они из прошлого, будущего или вообще с другой планеты? Нет, ну это совсем уж чепуха.

Скоро она встретит старых знакомых… От нетерпения и волнения свербело в груди за ребрами. Почему-то неожиданно всплыл в памяти момент, когда муж сообщил ей о гибели своего друга детства Миши. Как-то между прочим сказал, в машине, когда забирал с работы. Она тогда сама спросила – интересно, как там Михаил, c которым они спускались в подземелья купца Валетова, так и занимается сталкерством?

– Не хотел тебе говорить, но Миша погиб, – спокойно выдал Артем.

– Как? Что случилось?

– Они с другом нашли какой-то колодец, спустились, а там скопился газ. Оба задохнулись. Это давно было. Ты тогда в институте училась.

Наверное, грешно так говорить, но это было ожидаемо… Только Настя думала, что он скорее на своей Яве в беду угодит. Человек по краю ходил, постоянно рисковал. Такие редко долго живут.

Год, проведенный в хореографическом училище, Анастасия всегда вспоминала с трепетом. Сейчас не верилось, что она танцевала на пуантах. Как будто на самом деле кусок чужой жизни прожила…

Тот выпуск балетного училища стал последним. С распадом Советского Союза училище в Настином родном городе было переформировано в колледж культуры, а Театр оперы и балета вовсе перестал существовать. Но то, что когда-то здесь воспитывались профессиональные балетные артисты, навсегда осталось в истории и обязательно упоминалось во время празднования Дня города. В этот раз планировались какие-то торжества, и даже презентация книги о балете. Автором был один из бывших выпускников.

Анастасии безумно хотелось снова побывать там. Почувствовать ту атмосферу. Тот дух танца, то волнение, что сопутствовало ее первому и единственному спектаклю «Гаянэ». Они с мужем смотрели этот балет в Москве, в Большом театре. Роскошное, вызывающее бурный восторг зрелище. Но все же для Насти оно не могло сравниться с тем их скромным по столичным меркам спектаклем, который имел, увы, печальную судьбу.

Анастасии Андреевне, теперь уже зампрокурора и бабушке двух внуков, хотелось не только окунуться в прежнюю атмосферу, но и снова попасть в подземный ход под Дворцом культуры. Нужно было убедиться, что никаких останков там нет. Поэтому она очень надеялась, что директором Дворца по-прежнему является Тамара. К слову, какая-то ирония была в том, что именно она, по сути, посвятила всю свою жизнь этому месту.

Все праздники прошли в предвкушении поездки. Когда их самолет приземлился в аэропорту родного города, и супруги ехали на такси домой к матери Анастасии, начал срываться снег. Сейчас тут все кардинально преобразилось и мало отличалось от столицы. Так же ярко, празднично, многолюдно. Тоже много бутиков со светящимися витринами, кафешек, ресторанов. Любуясь городом из окна такси, Настя думала о том, что уже видела все это много лет назад, когда ей было всего семнадцать.

– Если бы ты завтра надела свою прокурорскую форму, все бы офонарели, – усмехнулся Артем.

За эти годы он тоже значительно изменился. Таким и стал – значительным во всех смыслах. Не полный, но крупный, широкоплечий. Его высокомерие никуда не делось. Даже еще больше укрепилось, благодаря успехам в бизнесе.

– Да ну, как ты себе это представляешь? И что, я зря новое платье покупала? – улыбнулась Анастасия.

Однако человек в форме на встрече все-таки был. В военной форме с эмблемой Вооруженных Сил Республики Армения.

– Ох, смотри, ничего себе. Полковник, – шепнул ей на ухо Артем.

Огромный, бородатый, в медалях. Странно смотрелся этот колоритный персонаж в большом актовом зале колледжа культуры и искусств. Кажется, он и сам это чувствовал. Этакий увалень в кукольном домике. Анастасия тихо усмехнулась.

– Не смейся, а то зарэжет! – с характерным акцентом заметил Мартовицкий.

А его жена вдруг перестала улыбаться.

– Слушай, а это не Тайгрян?

– Не похож.

– Паша! – позвала Анастасия.

Мужчина в форме повернул голову и широко улыбнулся.

– Вот это ты возмужал, брат! – воскликнул он.

– А сам! – Артем многозначительно кивнул на небольшое, но заметное брюшко Тайгряна.

Бывшие друзья обнялись.

– Привет, Настя, – кивнул Павел супруге друга.

– Я ж говорил, и тебе надо было формой шикануть, – подмигнул Мартовицкий жене. – Она у меня зампрокурора!

– Куда там! – засмеялся Тайгрян.

– А Паша – полковник спецназа, – раздался голос Тамары.

Анастасия еще раньше заметила ее среди гостей. Порхала с видом хозяйки, пестрая, источающая густой пудровый аромат духов. Такая же, какой она увидела ее впервые. Оранжево-красное одеяние превосходно сочеталось с рыжей шевелюрой.

При виде старых знакомых лучезарная улыбка, предназначенная скорее для репортеров и телекамер, улетучилась с ее лица. Тамара Николаевна стала деловито-серьезной.

– А я все думал, будет здесь хоть кто-то, кто это училище окончил, – пошутил Павел. – Мы-то с Настей дезертировали.

– Да, Паш, ты полгода не доучился. Тебя тогда все осуждали, – кивнула Тома.

Вряд ли человеку, прошедшему войну, было дело до того, что о нем говорили в хореографическом училище. Шрам, тянувшийся по щеке Тайгряна к виску, заметили все. Но тактично не задали вопросов. Скорее всего, борода была необходима, чтобы хоть частично скрыть увечье. К слову, эта аккуратная седая растительность на лице ему очень шла, добавляла значимости и надежности. Внешность Павла ассоциировалась с какой-то первобытной силой, которая одновременно пугает и притягивает.

– Мартовицкий, женой похвастался, а о своих делах молчит, – Тайгрян был настроен благодушно и явно искренне радовался встрече.

– Да, собственно, что рассказывать? Открыл небольшой мебельный цех еще в конце девяностых.

Артем хоть и делал вид, что скромничает, на самом деле гордился собой. Анастасия безошибочно узнавала это по тому, как он обычно приосанивался в такие моменты, и как на щеках его появлялся легкий румянец.

– Паш, а ты откуда о встрече узнал? Приглашение получил? – Тома тронула Тайгряна за рукав, небрежно смахивая какую-то ниточку.

– Ну да. Я тут с женой, – он указал на женщину, стоявшую к ним в полоборота и с кем-то беседующую.

Стройная, в длинном струящемся платье и со стильной короткой стрижкой. Сколько ей? Больше сорока не дашь. Но когда та повернулась, Анастасия, несмотря на возраст и чин, едва удержалась от радостного возгласа. Татьяна!