Джейн Остен расследует убийство - Джессика Булл

Джейн хочет продолжить расспросы, но боится снова расстроить девушку.

– Почему ты так говоришь?

– Чугунная грелка для постели… Она была вся покрыта запекшейся кровью, как будто тот, кто это сделал, довел себя до настоящего исступления. – Ханна смотрит в стоящую на коленях корзинку. Лица Джейн и Мэри искажаются от ужаса. – К тому же в чулане припрятано много чего. Если б это был вор, он бы унес гораздо больше. Все те медные чайники и сковородки стоили бы целое состояние. Не говоря уже о постельном белье.

Комната сотрясается, когда мисс Пламптри поднимается по узкой винтовой лестнице с переполненным подносом. Она хмуро смотрит на стол, словно желая, чтобы появилось больше места. Джейн переставляет чайник, чашки и блюдца, освобождая достаточно пространства, чтобы поставить три маленькие тарелки с булочками. Масленка ненадежно балансирует на молочнике, и Джейн приходится держать в руках чашку с блюдцем.

– Когда мы виделись в последний раз, ты призналась, что не любишь ходить в Дин-хаус. Не могла бы ты объяснить нам причину?

– Просто… – Ханна хмурится. – В Мэнидауне нас никто не стыдит, если, скажем, пропадает чайная ложка или кто-то роняет стакан. Мистер Бигг-Уитер всегда очень вежливый. Его дочери такие же. Даже юный господин Харрис – добросердечный мальчик. В Дин-хаусе все по-другому.

Мэри разламывает свою булочку пополам и намазывает ее маслом. Джейн наблюдает за ней. Она ничего не ела с завтрака и хочет сделать то же самое, но, поскольку Ханна не притронулась к еде, боится, что это будет выглядеть невежливо. Вместо этого Джейн отщипывает смородину с верхушки своей булочки.

– Например? Я обещаю, что никому не передам ни слова из твоего признания, – говорит она, осознавая, что совершила ошибку, пригласив самую великую сплетницу в округе принять участие в ее секретном расследовании.

– В том-то и дело. Никогда нельзя предсказать, как там будет. С таким же успехом можете попытаться угадать погоду на следующий день. Иногда, если сэр Джон дома, все тихо. Леди Харкорт дремлет в гостиной, а миссис Твистлтон занимается делами внизу. Но бывает, что леди Харкорт впадает в ярость, придираясь ко всему, что делают слуги, особенно к миссис Твистлтон.

– Леди Харкорт не доверяет своей экономке? – Джейн вспоминает, как сэр Джон украдкой добавил настойку опия в вино леди Харкорт на новогоднем балу. Накачивает ли он ее наркотиками дома, чтобы сохранить мир между женой и прислугой?

– Да. И это все очень усложняет для всех нас. Вот почему слуги постоянно бегут оттуда. Нет ничего хуже, чем иметь двух хозяек. Если миссис Твистлтон скажет вам развести огонь одним способом, леди Харкорт нагрянет через пять минут с заявлением, что вы сделали все неправильно, и прикажет немедленно переделать. Она даже не дает миссис Твистлтон ключи. А какая из нее экономка без ключей?

Джейн хорошо разбирается в политике отношений слуг и хозяев. В их доме горничные сменяются быстрее, чем куски сахара. Миссис Остен живет в постоянном страхе, что другая должность вскружит девушке голову. Процесс поиска заслуживающей доверия горничной и ее обучения утомителен. Вот почему Джейн так беспокоится о Салли. Она все еще не докопалась до сути того, что ее расстроило. У девушки явно что-то на уме. Салли больше не напевает себе под нос, хлопоча на кухне, и в последнее время даже не смотрит Джейн в глаза. Что бы это ни было, это наверняка что-то серьезное. Миссис Остен всегда просит Джейн не трогать горничных. Несмотря ни на что, Джейн решила снова поговорить с Салли, как только представится возможность. А вдруг проблему получится решить, если дать горничной выходной или помочь с приготовлением пищи в следующий раз, когда у них будут гости?

– Почему миссис Твистлтон не уходит? Или, если уж на то пошло, почему леди Харкорт не увольняет ее, если так недовольна ее работой?

На лунообразных щеках Ханны появляются пятна румянца.

– Не знаю, мисс.

– Из-за сэра Джона, не так ли? – Мэри наклоняется вперед, хватаясь за край заставленного посудой стола. – У него интрижка с миссис Твис…

Джейн пинает Мэри под столом.

– Ой! – Мэри хмурится, потирая голень.

– Не говори вместо Ханны.

– Я, пожалуй, ничего не могу сказать по этому поводу, мисс. Но я точно знаю, – Ханна настороженно смотрит на собеседниц, и все три девушки дружно склоняют головы друг к другу, – что до того, как стать экономкой в Дин-хаусе, миссис Твистлтон проводила много времени, развлекая клиентов в постоялом дворе «Ангел»…

Итак, Джейн была права: мистер Тоук действительно бурно отреагировал, когда она спросила, снимает ли сэр Джон комнату в его заведении. Он явно терпит в своих владениях больше порока, чем готов признать.

– Я же говорила тебе, – подключается Мэри. – Она не так проста.

– Постарайтесь не судить ее слишком строго. Дебора, то есть миссис Твистлтон, не всегда была такой. Мы были соседями, понимаете ли. Дебора рано вышла замуж, и у них с мужем родился ребенок. Болезненный ребенок. Он умер незадолго до своего четвертого дня рождения. А потом Дебора немного запуталась… или, скорее, нашла выход на дне пустого стакана из-под джина. Было время, когда ради выпивки она шла на все. Мистеру Твистлтону это не понравилось. Он ушел. Уехал в Лондон, чтобы, как говорят, начать жизнь сначала.

– Бедная миссис Твистлтон. Это очень печально, – бормочет Джейн. Она знает, что Остенам, постоянно сталкивающимся с трудностями, необычайно повезло в том, что все их отпрыски остались живы. Это почти неслыханно, чтобы мать дорастила всех восьмерых детей до совершеннолетия, как это сделала миссис Остен.

– Полагаю, они с сэром Джоном сошлись на почве общего горя. Это произошло сразу после трагедии со старшим сыном Харкортов. Баронет каждый день бывал в Бейзингстоке, выпивал и играл в азартные игры, пытаясь заглушить печаль. Вскоре все узнали, что они с Деборой сблизились. Дебора гордилась этим. Она сказала, что поступает правильно, утешая его, – леди Харкорт охладела к нему после смерти их сына. А такой человек, как он, не сможет долго терпеть, когда его отвергают.

– Видишь? Она наглая потаскушка! – Мэри откидывается на спинку стула, скрещивая руки на груди.

– Тише, Мэри. Продолжай, Ханна.

– Через некоторое время Дебора уволилась с работы на фабрике и переехала жить в комнату при постоялом дворе «Ангел». Все знали, что баронет платит за ее содержание. А потом она вообще уехала из Бейзингстока. В следующий раз, когда я увидела ее, она уже служила экономкой у сэра Джона. Отношения с ним, казалось, оттащили ее от края пропасти. Не думаю,