Бандитский путеводитель - Алексей Макеев

«Об этом ему наверняка придется «доложить», — подумал он. — И тот факт, что я собираю координаты сотрудников, вызовет у начальства ненужную нервозность. Ладно, обойдусь без телефона. Машину я знаю, если снова понадобится поговорить с этим парнем, и так его найду».

В своих утренних прогнозах полковник не ошибся — разговоры в министерстве действительно заняли почти весь день. И теперь он торопился, надеясь успеть в лабораторию до того, как закончит работу Влад, обещавший ему «пробить» пистолет, из которого был сделан выстрел в голову Рябова.

— Влад! Очень рад, что ты еще на месте, — произнес Гуров, входя в небольшую комнатку, где располагался «кабинет» его друга.

— Правда? А я вот что-то совсем не рад, — устало взглянув на него, ответил Сергеев. — Домой только ночевать прихожу. Того и гляди, придется на ПМЖ перебраться в родную лабораторию. Ты, конечно, по поводу пистолета, небескорыстный мой?

— Угадал. И рад бы просто так зайти, навестить, но, видишь, не получается.

— Ладно уж, не оправдывайся. Знаю я вас. Пробил я твой пистолетик, не волнуйся. Все с ним оказалось чисто. Приобретен неделю назад Рябовым Дмитрием Петровичем в оружейном магазине «Мишень». Правда, в полиции пока не зарегистрирован, но, видимо, долго пользоваться им владелец не собирался, так что и взысканий за пропущенные сроки мог не опасаться.

— Да они и не пропущены пока, в общем-то. Там ведь, кажется, две недели дается на регистрацию, — рассеянно проговорил Лев.

Он не ожидал, что с пистолетом окажется все «правильно», и теперь находился в недоумении.

Выходило, что Рябов действительно планировал суицид и заранее к нему готовился. Хотя, с другой стороны, для чего такие сложности? Если пистолет приобретен официально, значит, имеется оформленное разрешение. А это — немалые дополнительные хлопоты, даже с учетом того, что важному чиновнику Рябову «на блюдечке с голубой каемочкой» могли поднести лицензию.

— Как, ты говоришь, называется этот магазин? — спросил он Влада. — «Мишень»?

— Да. Это, кажется, где-то в Сокольниках.

— В Сокольниках? — приподнял бровь Гуров. — Надо же, как все логично.

— Логично? Что логично? — удивился Влад.

— У него квартира в Сокольниках, у этого Рябова.

— А, вон оно что. Да, действительно, логично. Что ж, по-моему, это только дополнительно подтверждает, что все с этим пистолетом чисто.

— Да? Возможно. А ты не знаешь, до какого времени они обычно работают, эти оружейные магазины?

— Понятия не имею. Я пока самоубийство не планирую, так что подобными вопросами не интересовался. Хотя еще пару месяцев такого рабочего графика, и, пожалуй, можно будет рассмотреть эту альтернативу.

— Не вздумай! Твоя жизнь нужна родине.

На часах было без четверти семь, и Лев решил рискнуть. Если магазин работал до восьми, он вполне мог успеть перемолвиться парой словечек с его сотрудниками.

Переписав в свой блокнот номер пистолета, он попрощался с Владом и поехал в Сокольники.

С помощью навигатора оружейный магазин «Мишень» отыскался без особого труда. В этот раз Гурову повезло, торговое предприятие действительно работало до восьми.

Окинув быстрым взглядом внушительную коллекцию охотничьих ружей и карабинов, он наклонился к застекленному прилавку, где лежали аксессуары меньших размеров, такие как пистолеты, электрошокеры и газовые баллончики, и с видом знатока произнес:

— Солидно!

— Вас интересует что-то конкретное? — вежливо поинтересовался мужчина средних лет, стоявший за прилавком. — Могу я чем-то помочь?

— Да, конечно, — улыбнулся Лев. — Пригласите, пожалуйста, хозяина, мне нужно задать несколько вопросов. — С этими словами он вытащил удостоверение и, развернув его, поднес к лицу вежливого продавца.

Лицо это сразу потеряло всякое выражение и будто окаменело.

— Одну минуту, — мертвым голосом произнес мужчина.

Не двинувшись с места, он нажал какую-то кнопку под прилавком. Через минуту в торговом зале возник низенький лысоватый дедок в клетчатой рубашке и овчинной безрукавке, которого меньше всего можно было бы принять за хозяина столь солидного заведения. Щуря глаза, будто плохо видел, он переводил взгляд с продавца на Гурова и обратно, суетливо роняя отрывистые фразы:

— Что тут, Гриша? А? Что-то случилось? У вас какие-то претензии? — обратившись к полковнику, проговорил он.

— Нет, пока только вопрос, — вновь улыбнувшись, ответил тот. — Мне нужно знать, кому продан травматический пистолет Макарова вот с этим номером. — Гуров раскрыл блокнот на странице с записанным в лаборатории номером и протянул лысоватому деду.

По тому, как изменилось выражение его лица, безошибочно можно было определить, что номер хозяину магазина знаком.

— А… а вы, собственно… почему, собственно, я вам должен… А вы, собственно, кто? — в замешательстве говорил он.

— Полковник Гуров, вот, пожалуйста, — показал развернутое удостоверение Лев.

— Гуров? Хм! Гуров… В самом деле полковник? Хм…

— Да, полковник. Гуров Лев Иванович. А теперь вы представьтесь, пожалуйста.

— Я? А почему я должен…

— Не должны, — оборвал его Лев, которому уже начал надоедать этот балаган. — Должны будете, когда я официально вызову вас на допрос к себе в кабинет. А сейчас не должны. Но можете посодействовать добровольно.

— Зачем же в кабинет, — засуетился мужчина в безрукавке. — Мы и так… Мы добровольно. Зачем же… всегда рады. С удовольствием посодействуем. Номер вам нужен? Пожалуйста. С удовольствием объясню. От пистолета номер. Пистолет Макарова, травматический. Продан в полном соответствии с законами. Согласно разрешению. Все как полагается. Все документы. В соответствии с законодательством.

— Представьтесь, пожалуйста, — снова повторил Гуров.

— Я? А почему… То есть я хотел сказать, Берестов. Берестов Ираклий Семенович.

— Магазин принадлежит вам?

— Да. Мой. Мой магазин. Все оформлено как полагается. В соответствии с законодательством. Все документы. И на оружие, и на все.

— Человек, который приобрел у вас этот пистолет, имел разрешение на оружие?

— Да! Разумеется. Без лицензии мы бы даже разговаривать не стали. Ни-ни! Ни в коем случае. Что вы! Как можно? Мы действуем только в рамках строгой законности.

— Когда была совершена эта покупка?

— Когда? — Глазки Ираклия Семеновича вновь беспокойно забегали. — Да вот, совсем недавно. Кажется, на прошлой неделе. Да, Гриша? Когда у нас купили Макаров? На прошлой неделе?

Но Гриша стоял недвижный и безгласный, как каменный идол.

— Хотя, что же это я, — вдруг как бы опомнился Берестов. — Можно ведь посмотреть в документах. У нас все документируется. Все покупки. Записи ведутся очень аккуратно, в рамках строгой законности. Одну минуту, я сейчас скажу вам все точно.