Бандитский путеводитель - Алексей Макеев

— А что эти? Что они расскажут? Как по предварительному сговору собирались совершить организованное убийство двух полицейских? Так пожалуйста! Я хоть сейчас показания запишу. Да вот, кстати… — Гуров поднес руку к уху и после некоторых усилий извлек оттуда глубоко запрятанный микрочип. — Вот и доказательства. Даже записывать не надо. Все уже записано.

— …таким образом, есть все основания полагать, что смерть Дмитрия Рябова произошла в результате убийства.

На следующий день на утренней планерке полковник Гуров отчитывался о результатах расследования по делу высокопоставленного чиновника Минобороны. Закрывать его, как самоубийство, не пришлось.

— Подозреваемые в причастности к этому преступлению Михаил Богданов и Николай Серов арестованы и дают показания. Кроме них, задержаны еще несколько лиц, связанных с этим делом, но совершивших менее тяжкие правонарушения.

Орлов слушал, нахмурившись, но не возражал. Из доклада полковника было понятно, что «неопровержимые доказательства», на которых он так настаивал, в деле имеются, и теперь, как бы ни давили на него «сверху», ему было чем «крыть».

Но и давления особого он уже не ощущал. По крайней мере сегодня. Обязательного утреннего звонка с вопросом: «Как дела?», от которого у генерала сразу начинался нервный тик, сегодня, как ни странно, не было.

— Хорошо, — произнес генерал, когда Гуров закончил свое «выступление». — Продолжайте расследование и держите меня в курсе. Кстати, если основной объем работы по этому делу завершен, можете снова подключаться к расследованию о банковских махинациях. Сейчас там работает только полковник Крячко, думаю, от помощи он не откажется.

— Слушаюсь!

По окончании совещания Гуров вышел из кабинета начальника и отправился к себе. В коридоре его нагнал Стас.

— Что, снова ко мне в компаньоны? — улыбаясь, проговорил он. — Наконец-то заставили тебя поработать, тунеядец!

— Да, действительно. Самому уже как-то неловко, все отдыхаю да отдыхаю, — в тон ему ответил Лев.

— Давай-ка я тебя с последними достижениями ознакомлю. Ты там пока со своими «небожителями» разбирался, мы тоже сложа руки не сидели. Накопали кое-чего.

Зайдя в кабинет, Крячко выложил перед Гуровым объемистую папку с документами и, нежно погладив ее, сообщил:

— Последняя. Как раз с того места начинается, на котором ты нас покинул. Читай! Наслаждайся!

— Спасибо, друг, — с тоской взглянул на фолиант Гуров. — Кто еще может так меня обрадовать.

Через час с небольшим, когда полковник сидел над папкой, с головой погрузившись в хитросплетенные финансовые выкладки запутанного и сложного дела по банкам, у него зазвонил телефон.

Недовольный, что его отрывают от дела, Гуров хотел сразу нажать на сброс, показывая непрошеному абоненту, что очень занят, но, взглянув на экран, увидел, что звонит Орлов.

— Алло, — с досадой проговорил он в трубку, давая понять, что его побеспокоили очень некстати.

— Лев Иванович? — чем-то очень возбужденный, произнес генерал. — Ты сейчас где?

— То есть как это, где? По банку работаю, изучаю документы. Ты же сам велел «подключиться».

— Бросай документы, Лев, Крячко изучит! У нас ЧП!

— Что там опять?

— Труп в частном секторе. Район Варшавского шоссе. Там недалеко частный дом крупного чина из Минобороны. Есть версия, что труп — его. Предположительно — самоубийство…