Уха из золотой рыбки - Дарья Донцова

Не успела она вымолвить фразу, как тут же прикусила язык… УНасти в тележке лежала пачка пельменей и стояла бутылка кефира, а у Светыгромоздилась всяческая вкуснятина: баночка красной икры, упаковка семги,несколько авокадо, пластиковая торбочка с креветками, аппетитный кусок вырезки.Девушке стало неудобно, хотя непонятно отчего. Ведь она не украла деньги, ей ихдал супруг-профессор. Но Света девушка чуткая, поэтому принялась извиняться.

– Ну, ужин не совсем обычный, придут гости, то есть негости, а приятели, вернее…

Настя неожиданно улыбнулась:

– Ничего, у меня скоро столько денег будет, что тебе и неснилось! Замуж выхожу, тоже за профессора.

Сказав эту фразу, Кусакина ушла, а Света, чувствуя себя гаженекуда, стала оплачивать продукты. Вот такая у них была последняя встреча.

– Значит, вы о Насте ничего не знаете?

Света покачала головой:

– Нет. Говорю же, мы редко общались, да и не нравилась онамне особо, врала много. Так, перезванивались одно время, а потом я замуж вышла,ребенок родился, не до подружек стало.

– А Инга Федоровна говорила, будто вы Настю на работупристроили?

Света кивнула:

– Это правда. Встретилась с ней случайно на улице, ведьпрактически в одном дворе живем, пригласила к себе, поболтали немного, то дасе, Настя сказала, что давно ищет место.

Света тут же воскликнула:

– Моему мужу нужна лаборантка, зарплата, правда, невелика!

– Все лучше, чем ничего, – оживилась Настя, – а менявозьмут?

– Почему бы нет? – улыбнулась Света. – Прямо сегодня попрошуПавла.

Вот так Настя оказалась в лаборатории.

– Ваш муж ничего не рассказывал о Насте?

Света пожала плечами:

– Нет. Один раз только спросил: «Вы что с ней, правдаблизкие подруги?» А я ответила: «Да нет, просто учились вместе, в одномклассе». Настя, когда вышла на работу, мне звонить перестала, да я особо негоревала.

– Ваш муж сейчас на службе?

– Да.

– Если подъеду к нему, он меня примет?

Света взяла трубку.

– Паша? У меня сидит женщина, майор милиции, онаследователь, занимается делом Насти. Как это какой? Насти Кусакиной, твоейлаборантки. Ну не знаю почему, сейчас решили расследованием заниматься. Тыможешь с ней поговорить? Прямо сейчас. Ага, хорошо.

Света положила телефон на стол.

– Вы езжайте в лабораторию, там у входа секьюрити стоит,попросите его вызвать Павла Николаевича Беляева, муж спустится и проведет вас вкабинет. Адрес такой…

Я села в «Пежо» и осторожно поехала по улицам, покрытымжидкой грязью. Того, кто задумал преступление, следует искать в окружении Настии Аси. Обе девицы были замешаны в деле, и обе погибли одинаковой смертью.Слишком много совпадений для того, чтобы считать их кончину банальнымдорожно-транспортным происшествием.

Когда Павел Николаевич спустился к охраннику, я постараласьне рассмеяться. Довольно длинные, мелко вьющиеся волосы профессора стоялидыбом, словно ученого шандарахнуло током. Сильно измятый, некогда белый халатбыл застегнут криво, одна из брючин оказалась вымазана чем-то красным.

– Это вы от Светочки? – растерянно спросил он.

Я кивнула.

– Пойдемте, – пробормотал Павел Николаевич и повел меня подлинному гулкому коридору, в который с двух сторон выходило невероятноеколичество дверей, совершенно одинаковых с виду, покрытых слегка облупившейсякраской. Оставалось удивляться, каким образом Павел Николаевич ориентируется вэтих створках-близнецах, но он вдруг остановился и, толкнув одну рукой,галантно сказал: – Прошу вас.

Я оказалась в комнате, забитой столами. Повсюду виднелисьштативы с пробирками, какие-то стеклянные банки, колбы, реторты. В углу тихогудел, моргая красными лампочками, непонятный прибор, около него виднеласьраскрытая дверь, ведущая в другую комнату.

– Вот, – кивнул Павел Николаевич, – зарплата лаборанткиневелика, но мы с Мариной Сергеевной доплачиваем сами.

Из второй комнаты высунулась дама неопределенных лет, тоже вбелом халате, но ее рабочее одеяние было аккуратно застегнуто и безукоризненноотглажено.

– Ну много добавить не можем, – бойко подхватила она, – набольшую сумму не рассчитывайте.

– Сложного ничего нет, – засуетился профессор.

– Я не наниматься на работу пришла, меня Света прислала,ваша жена.

– Ну да, – кивнул Павел Николаевич, – она звонила, просилавас встретить… О черт! Простите дурака! Вы из милиции!

– Да.

– Присаживайтесь, – захлопотал Павел Николаевич, – вот сюда,на табуреточку, слушаю вас внимательнейшим образом.

Марина Сергеевна, поняв, что я не хочу работать влаборатории, потеряла ко мне всякий интерес и скрылась в своей комнате.

– Вы хорошо знали Настю?

– Настю?

– Анастасию Кусакину.

– Ах да, конечно, совсем не знал.

– Как?! Света говорила, что она у вас служила.

– Да-да, – закивал Павел Николаевич, – точно, одно времяпомогала нам, но потом перешла к Льву Николаевичу.

– Почему?

Профессор пожал плечами:

– Наверное, у Воротникова предложили лучшую зарплату, тамсотрудников больше. В нашей только я и Марина Сергеевна, в лабораторияхскидываются на доплату техсоставу. У Льва Николаевича чуть ли не двадцатьчеловек, сумма доплаты сильно увеличивается. Ах, бедная девочка, такая ужаснаясмерть!

– Ну уж бедной ее никак назвать нельзя, – раздался из другойкомнаты ехидный голос Марины Сергеевны, – та еще штучка с ручкой.

– Марина Сергеевна! – с укоризной воскликнул ПавелНиколаевич. – О мертвых плохо не говорят.

– Молчу-молчу, – отозвалась женщина.

– Уважаемый господин профессор, – торжественно заявила я, –мне бы очень хотелось услышать ваше мнение о Насте. Что она была за человек?

– Так и сказать нечего, – промямлил он, – ходила, работала,потом ко Льву Николаевичу ушла.