Уха из золотой рыбки - Дарья Донцова

На следующий день после «изгнания» Насти у хозяев разгорелсядикий скандал. Малика Юсуповна потеряла кольцо, раритетную драгоценность,которую ей подарил муж. Художница велела обыскать комнаты. Перстень нашелся, ноне в спальне прислуги, как предполагала Малика Юсуповна, а под матрасом накровати Раиды. Тахир немедленно отправил жену к родителям, а сам уехал из доматети. Малика Юсуповна долго не могла успокоиться, приговаривая:

– Говорили ему, не женись на бедной, бери себе ровню, и что!

Инга Федоровна, естественно, рассказала об этом происшествииНасте. Та злорадно усмехнулась:

– Сама воровка, а других обвиняет во всех грехах. Ну зачеммне этот ее узбек, когда кругом русских полно?

– И вы опять ей поверили? – не выдержала я. – Были настолькодоверчивы и наивны?

Инга Федоровна судорожно вздохнула, помолчала, потоммедленно сказала:

– Верить я ей перестала очень давно, знала, что Настя словаправды не скажет, соврет с самым спокойным и честным видом. Ей следовало вактрисы пойти. Только я все оправдывала дочь. Сначала думала: маленькая,подрастет, исправится. Затем стала утешать себя, что Настеньке хочется удачновыйти замуж, за богатого, надоела ей нищая жизнь. Что же плохого в этомжелании? Вон Света Козак, Настина бывшая одноклассница, в соседнем доме живет,нашла себе пару: профессор, на двадцать лет старше, все имеет: дачу, машину.Теперь он молодую жену на руках носит, она ему ребеночка родила. Чем Настяхуже? Но только…

И она замолчала.

– Что – только? – нетерпеливо воскликнула я.

Инга Федоровна встала и подошла у окну.

– Только, сколько Настя ни пыталась завести отношения ссолидными людьми, ничего не получалось. Больше месяца ее романы не длились, ужне знаю, в чем причина.

Я с сомнением покосилась на экономку. Думается, она сейчаслукавит, ясно, отчего взрослые, состоявшиеся мужчины шарахались от красавицы,небось ловили ее на беспардонном вранье и убегали. Да, Настя была очень хорошасобой, вон там, на буфете, в рамочке стоит фотография: две девушки, обнявшись,сидят возле раскидистой ели. Одна черненькая, не слишком симпатичная, а другаябелокурая, очень похожая на Мэрилин Монро, только с косой. Но под ангельскойвнешностью скрывалась гнилая душа, и это мигом отпугивало женихов.

– И что, она так и не работала? – решила я продолжитьразговор.

– Спасибо, Света Козак помогла, пристроила ее.

– Куда?

– Супруг Светы, доктор наук, известный ученый, – тихопояснила Инга Федоровна, – он взял Настю к себе лаборанткой. Я не очень-торазбираюсь в том, чем профессор занимается, да и Настя не поняла. За мышами онаухаживала, какие-то эксперименты ученые проводят на грызунах, и их следуетхорошо содержать: кормить, клетки чистить. Сначала днем ходила, потом ночьюстала работать, больше денег за это платили…

Внезапно Инга Федоровна села на стул и заплакала.

– Так и думала, что она плохо кончит! Мы за день до смертиНасти сильно поругались.

– Из-за чего?

– Из-за денег, – ответила Инга Федоровна и замолчала.

Когда пауза затянулась, я решила подтолкнуть рассказчицу.

– Настя взяла у вас без спроса некую сумму?

– Нет, – покачала головой Инга Федоровна, – я стала убиратьу нее в комнате, нашла за батареей косметичку, вытащила, открыла…

Когда мать увидела, что в сумочке лежат зеленые бумажки, ейстало нехорошо. Инга Федоровна пересчитала деньги и ужаснулась: полторы тысячидолларов! Сумасшедшие деньги! Никаких сомнений, где Настя взяла их, у матери небыло. Ясное дело, не заработала честным трудом, в лаборатории ей платиликопейки, наверняка обманула кого-нибудь или украла.

Мать показала дочери находку. Та, как всегда, не смутилась.

– И что? – спросила она.

– Откуда деньги?

– Не кричи.

– Немедленно отвечай.

– Света попросила спрятать.

– Она что, не может дома свои средства держать? – неуспокоилась Инга Федоровна. – Зачем тебе отдала?

– Светка хочет матери купить шубу, – совершенно спокойноответила Настя, – ее муж не собирается делать теще таких подарков, вот Света иэкономит на хозяйстве, а чтобы Павел не обнаружил заначки, принесла ее ко мне.Зря ты, мамуля, шум поднимаешь!

Инга Федоровна, как всегда, сделала вид, что повериладочери, но на этот раз проверила рассказ. Просто позвонила Свете и велела:

– Забери свои деньги!

– Какие? – изумилась подруга дочери.

Вечером у Инги Федоровны с Настей состоялся очень тяжелыйразговор, после которого дочь заявила:

– Ладно, ты просто больше любишь Ксению, чем меня, вот ипридираешься!

Инга Федоровна обозлилась и стала орать на нее, та вскочилаи, заявив: «Приду завтра, когда истерика утихнет», выбежала из дома.

Инга Федоровна, переполненная горькой обидой, крикнуладочери вслед:

– Чтоб ты сдохла, дрянь! Всю кровь из меня выпила!

Больше она Настю живой не видела. Чьи-то уши на небесахуслышали злое пожелание, и оно мгновенно исполнилось.

– Дайте мне адрес Светы Козак, – попросила я.

Инга Федоровна указала рукой на кирпичную башню, виднеющуюсяиз окна:

– Вон ее дом, квартира на седьмом этаже.

– Номер не помните?

– Нет. Да и не надо. Павел очень обеспеченный человек,скупил все квартиры на лестничной клетке. В одной мать поселил, в другой тещу,а в третьей сам вместе с женой живет. Везет же некоторым! Дети у них хорошиевырастают, замуж удачно выходят, а тут…

И она сгорбилась на стуле.

– У вас есть фото дочери? – спросила я.

Инга Федоровна кивнула.

– Покажите, пожалуйста!

На свет появился альбом, я перелистнула пару страниц, ноникаких снимков молодой девушки не увидела, сплошь старики и старухи. Наконецна глаза попалась фотография.

– Света Козак красивая девушка? – решила я отвлечь ИнгуФедоровну от тяжелых мыслей.

– Ничего особенного, Настя куда интересней была.