Вся правда о небожителях - Лариса Соболева

– Помню, помню. В истории с Камелией, да и с чародеями ваши заслуги перед следствием неоценимы. Должен признать, у вас редкий дар, не совместимый с женской природой.

– Благодарю вас, Виссарион Фомич, – растрогалась Марго. – Ежели б вы знали, как важно для меня ваше мнение.

– Ай, бросьте. М-да… долгонько они. Я ведь тоже из мещан, с низших чинов начинал, а вот манеры не привились ко мне. Не люб я им, манерам-то.

– А! – вскочила Марго. – Идут!

Спрыгнув на землю, она еле сдержалась, чтоб не броситься навстречу Сурову. Нетерпеливостью отличился и Зыбин, разведчики еще не подошли, а он беспокойно крикнул:

– Как там, а?

– Никаких признаков, – разочаровал их Кирсанов. – Мы осмотрели цокольный этаж и подвалы, девиц там не держали и не убивали. На первом этаже кто-то ходил, потому туда мы не заглянули, но Адель заверила, что там тем более не могла старуха держать девиц – дворни много, а дело темное и тайное.

– Худо, – огорчился Зыбин.

Настала пауза, обозначающая полнейший тупик. Из улик имелись только два словесных описания, которые могли быть не точными: карета и господин, купивший Наталью у жены ее дяди, а также наблюдавший за Настасьей, о нем вспомнил Кирсанов:

– Мадемуазель Адель говорила, к Кущевой приезжал господин, которого я описал. Он похож на одного из докторов старухи, приметы довольно яркие…

Незаконченная фраза повисла в воздухе, но это не означало, что окончательный смысл остался загадкой для всех. Зыбин вспомнил о полицейских, велел им отправляться на покой, затем задумчиво повторил:

– Доктор… Доктор…

– А ведь все сходится, – сказала Марго. – Доктор подбирает молодых, пригожих и здоровых девиц, не исключено, что для старухи Кущевой, но кровь забирают у них не в ее доме, а в другом месте. Как думаете, господин Кирсанов?

– Да, ваше сиятельство, именно это я и хотел сказать. Мадемуазель Адель обещала узнать адрес доктора.

– Было б славно, – размечтался Зыбин. – Опознать его есть кому – Балагановой, мы б его… Что ж, господа, пора на отдых.

Марго села на Ласточку, велев Сурову и Степану ехать в ее дом, где были приготовлены для них комнаты…

На следующий день ор в участке стоял беспрецедентный, Зыбина было слышно на улице, даже Марго не решалась войти до тех пор, пока из кабинета не высыпали сыщики вместе с полицейскими.

Виссарион Фомич сидел спиной к двери, подперев голову рукой, так что она увидела сначала его затылок, перевела глаза на Кирсанова, мол, что случилось? Тот показал растопыренную пятерню и черканул по запястью пальцем. Марго поняла и ахнула, правда, негромко, но Зыбин повернулся на звук, а после, не говоря ни слова, принял прежнюю позу. Кирсанов решился покинуть кабинет, бесшумно двинулся на цыпочках к выходу, но его остановил трубный глас начальника:

– Куда! От мамзели Адели нет вестей?

– К сожалению, – развел руками Кирсанов.

– Ей не так-то просто выбраться, – сказала Марго. – Адель покидает дом, когда Кущева делает визиты. Хотите, я поеду туда и увижусь с нею?

– Поезжайте! – ожил Зыбин, живо выбежав из-за стола. – Ведь что происходит! Пятая!!! Это уже вызов. Это… это черт знает что!

Он заметался по кабинету, все больше удивляя Марго, тем временем Кирсанов внес дополнения для графини:

– К трем часам пополудни девицу доставили полицейские с теми же признаками насильственной смерти, что и ранее. Обнаружена она недалече от города – преступники не стараются надежно прятать тела, что само по себе странно, я бы сказал, нелепо. Охотничьи собаки наткнулись на труп, когда два господина возвращались с охоты. Девица была небрежно прикрыта ветками, которые преступники наломали прямо там же, на окраине леса.

Едва он закончил, взревел Виссарион Фомич:

– Как! Как они умудряются вывезти трупы из города?! На всех дорогах посты, полицейским приказано обыскивать кареты, телеги, брички, пролетки… А они вывозят! Не колдуны ли? И ведь никто не заявил о пропаже, никто! Все, игры ума окончены, нет на них времени-с. Придется запускать подсадную утку, а не хотел я.

– Мне подготовить Анфису? – спросила Марго.

– Нам неведомо, по какому принципу отбираются девицы, вдруг преступники на вашу горничную не польстятся? Вон сколь барышень, а выбор пал на этих. Нет, сударыня, они должны сразу польститься. Есть одна юная особа, да только согласится ли она?.. Поезжайте к Адели, сударыня, это наша последняя надежа, коль не получите адрес, поеду на поклон сам к купцу, что спрятал барышню.

– Прежде разрешите взглянуть на сегодняшнюю?..

– Кирсанов, проводи ее сиятельство, – разрешил Зыбин.

Чиркун был хмурым, что называется, не в ударе, так ведь и самый ярый оптимист, получая через день-два по свежему трупу, потеряет кураж. А тут не простые трупы – молодость загублена, притом всего лишь одну девицу забрали родные, остальных хоронят в безымянных могилах, будто они и не жили вовсе.

Он открыл девушку полностью, и две блестящие косы, словно живые, соскользнули с тела, упав на пол. Чиркун удрученно покачал головой, поднял косы и аккуратно уложил вдоль мертвого тела.

– Какие роскошные волосы, – сказала Марго.

– Да и сама недурна, – вздохнул Чиркун. – Весьма недурна-с.

Кирсанов следовал за Марго, которая торопливо шагала к выходу и рассуждала вслух:

– Не понимаю… Молодость, красота, здоровье… Какое же должно быть еще условие, привлекающее убийц?

– Покуда нам сие неизвестно. Ваше сиятельство, непременно добейтесь встречи с мадемуазель Аделью.

– Вы плохо меня знаете, господин Кирсанов. Ежели Адель добыла адрес доктора, он вскоре будет у вас.

Никогда животные не вызывали у нее страха, но она попятилась, когда стая маленьких шавок слетела с подушек и бросилась облаивать гостью. Мерзкие мордочки – узкие, длинные, широкие, плоские – показали все свои острые зубы, а рычали, как настоящие сторожевые псы.

– Не бойтесь, графиня, – царственно сказала Кущева, восседающая в кресле, наподобие трона. – Они безвредны.

М-да, безвредны, если не считать искусанные лодыжки Адели. Племянница находилась рядом с теткой, она же и позвала слуг, те принялись хватать разъяренных собачек и уносить. Марго вынуждена была стоять смирно, опасаясь нападения и злясь, между прочим! Но Адель, находясь за спиной старухи, несколько раз утвердительно кивнула, значит, она добыла адрес, осталось только получить его. Лай смолк – собак унесли, наступившая тишина показалась божественным даром, гостье предложили кресло и чай.

– Нет-нет, я спешу, – отказалась Марго, – а к вам заехала по делу. Хочу попросить вашу племянницу помочь нам, но прежде, разумеется, заручиться вашим согласием. Мы устраиваем домашний спектакль…

На всякий случай она расписала саму пьесу и те выгоды, которые принесет спектакль: собранные средства будут отданы в приюты и больницы.