Кодекс честного вора - Владимир Колычев

– Ну, ты же не отпустишь.

– Когда-то я думал, что Ромка – мой сын. Жаль, что я ошибался.

– Ромка – мой сын! – Саша расправил плечи.

Артем усмехнулся. Гоношится мужик, интересно, как он дальше себя поведет?

– Тут с тобой не поспоришь. А вот кому Дарина принадлежит, разбираться надо.

– За тобой сила, я с тобой тягаться не могу.

– А почему? Я смотрю, ты не трус. И не фуфло. За Дарину заступился, Бовика заломал. Уважаю… Я даже больше тебе скажу, ты Дарину заслужил.

– Но ты же не отдашь ее? – Учуяв подвох, Саша с опаской глянул на Артема.

– Нет, конечно. Дарина – моя женщина, и я ее никому не отдам. Но судьба сильнее меня, и если она скажет слово, Дарина будет твоей. Дадим судьбе слово, а?

– Слово? Судьбе? – Саша испуганно смотрел на него.

– Или тебе не нужна Дарина? Если не нужна, так и скажи.

– Ну, нужна.

– Ну, или нужна?

– Нужна!

– Ты сказал слово. Все, теперь от нас ничего не зависит.

Артем неторопливо достал короткоствольный револьвер, откинул барабан и протянул Темкину:

– Смотри, там нет патронов. Или я тебя обманываю?

– Н-нет, не обманываешь. – Голос у Саши задрожал. Понял он, что ствол в их разговор вплыл неспроста, страшно стало.

Артем вставил в гнездо патрон, задвинул барабан, крутнул его.

– Стреляемся до первого выстрела, – пристально глядя на Сашу, сказал он. – До первого и единственного.

– З-зачем?.. Д-дарина!

Саша первый заметил Дарину, которая шла к ним со стороны, приподнялся, потянулся к ней, как будто она собиралась бросить ему спасательный круг.

Возможно, Дарина станет для него добрым знаком на будущее. Если Артему сейчас не повезет, она достанется Саше.

Артем вздохнул, приставил ствол пистолета к виску, закрыл глаза и нажал на спусковой крючок.

– Ты что делаешь, дурак! – закричала Дарина, протягивая руку.

Но было уже поздно. Артем нажал на спусковой крючок. И с трудом сдержал вздох облегчения, когда прозвучал холостой щелчок.

Дарина попыталась забрать у него револьвер, но Артем не позволил ей этого сделать. Убрал пистолет и пристально посмотрел на нее, отталкивая от себя:

– Сейчас не твое слово. Ты сейчас ничего не решаешь.

– Решаю! И никто ничего не может решить за меня! И не надо тут! – Дарина смотрела на него с осуждением, но вместе с тем он видел восторг в ее глазах.

Женщинам нравится, когда мужчины дерутся из-за них и убивают друг друга. Женщина может убеждать себя в обратном, даже отговаривать своих поклонников от дуэли, но в душе она проклянет труса и преклонится перед тем, кто готов идти до конца. Женщина так устроена, и глупо ее в этом винить…

– Надо, – покачал головой Артем и повернулся к Саше: – Твоя очередь!

Темкин сказал свое слово, и Артем не готов был идти на уступки. Пока не бросил свои фишки, не готов был. Но сейчас первый раунд уже позади, победа за ним, и он получил право на великодушие. И если Саша откажется от Дарины, то пусть убирается. И без сына пусть убирается, и без жены. Еще и развод надо будет по-быстрому оформить, раз уж подвернулся такой случай…

Но Саша потянулся за револьвером. Он похож был на подъемный кран, работающий на ветру. Ветер клонит кран в одну сторону, а мотор заставляет поворачиваться в другую. Так и Саша – ветер страха тянул руку назад, а сила воли толкала ее вперед. Сила воли, мужская гордость и злость на Артема. Вид у него бледный, руки тряслись, ноги подкашивались, но пистолет он все-таки взял.

– Ты сумасшедший! – с замиранием сердца смотрела на него Дарина.

В ее взгляде прорезалось восхищение. Но еще рано восторгаться, Саша в любой момент мог отказаться.

Но нет, он приставил ствол к голове, но на спуск нажать не смог. Он и пытался, но рука ему не повиновалась.

– Саша, не надо! – воскликнула Дарина.

– Надо!

Саша все-таки смог справиться с собой – нажал на спусковой крючок. И со стоном опустился на пол, свесив голову на грудь. Боек ударил в пустое место, Саше повезло, но нервы не выдержали, произошел срыв. Но, надо было отдать ему должное, он очень быстро взял себя в руки. Поднялся, неистово посмотрел на Артема и протянул ему пистолет:

– Твоя очередь!

Но на этот раз пистолет оказался в руках у Дарины. Она вырвала его, отскочила в сторону, откинула барабан, вынула патрон, осмотрела его.

– Идиоты! – Выглядела она грозно, но восторга в ее голосе было больше, чем осуждения.

– Моя очередь. – Артем выразительно посмотрел на нее и протянул руку.

– Все, хватит! Не надо ничего доказывать! Я выбираю тебя! – глядя на него, проговорила Дарина.

Артем опустил руку. Судьба вывела его на ничью с Темкиным, но игра еще не закончена. Если Саша захочет продолжения, дуэль продолжится – до победного конца. Но Саша не рискнул пытать судьбу…

Статья триста тринадцатая уголовного кодекса – до четырех лет лишения свободы. Именно столько мог получить Артем за побег из мест лишения свободы. Вроде бы он и обговорил все с «хозяином», но если менты возьмут его по пути в зону, достанется всем.

Но даже если его осудят на все четыре года, Дарина будет его ждать. И еще возьмет под свой контроль вора, которого он оставит на хозяйстве. Она сильная женщина, и ей по плечу любое дело.

А Саша – сильный мужчина, и она убедилась в этом. Он очень изменился с тех пор, как спас ее от Бовика. А после дуэли с Артемом он и вовсе поверил в себя на все сто.

– Артем завтра уезжает, – сказала она, взяв его за руку. – И ты уедешь завтра. После загса.

– Все, ты мне больше не жена? – досадливо усмехнулся Саша.

– Нет.

– Ну да, ты выбрала Есаула.

– Выбрала. Но не сегодня. Я давно уже сделала свой выбор. Ты лишний. Извини.

– А как же Ромка?

– Он будет приезжать к тебе на каникулы.

Рома мог проводить время с отцом и на Дону, и на тропическом острове, где угодно. Артем оставлял дом на Сейшелах за Сашей, он мог распоряжаться им по своему усмотрению. Если захочет продать его и купить дом в России, возражать никто не будет. Саша заслужил такое к себе отношение.

– Можешь сам приезжать, – улыбнулась Дарина, – когда угодно.

Сейчас, как никогда, она была уверена в том, что удержится от искушения, если вдруг останется с Сашей наедине. Ей хватает и своего сильного мужчины, а к слабакам влечения больше нет. Хватит глупостей, пора становиться серьезной женщиной.