Любовница египетской мумии - Дарья Донцова

Я притаилась в укрытии, блондинка переключилась на мою сумочку. Вороватые руки заползли внутрь. Горничная радостно крякнула.

– Немедленно положи на место! – громко и отчетливо приказала я.

Блондинка вздрогнула, я, живо накинув халат, вошла в спальню, рассчитывая на то, что деморализованная воровка застынет от ужаса. Но не тут-то было. Девица быстрее таракана, застигнутого на кухне, ринулась к выходу. Я кинулась за ней, но преимущество было на ее стороне: она была обута в удобные ботиночки и полностью одета, а на мне – банный халат и махровые шлепки.

Тапочки я скинула на пороге номера, передвигаться босиком было намного легче, но от халата я не могла избавиться. Длинные полы путались между ногами, норовили распахнуться, я теряла драгоценные секунды на то, чтобы все время потуже затягивать пояс. К тому же блондинка великолепно знала планировку отеля, отлично ориентировалась в хитросплетениях коридоров, а я не понимала, куда мчусь, но не собиралась упускать добычу.

Сколько раз мы поворачивали направо-налево, какое количество лестниц преодолели, не спрашивайте. В конце концов девушка оторвалась от меня на значительное расстояние. Наверное, она регулярно занимается спортом, потому что бежала легко и вроде бы совсем не устала, а я запыхалась и ощущала резкую боль в правом боку.

Очередной коридор резко изогнулся, блондинка исчезла из виду. Не желая признавать свое поражение, я с прытью борзой, справившей двадцатилетие, пыталась идти по следу, завернула за угол и увидела перед носом большую белую дверь. Коридор закончился.

Я повернула позолоченную ручку, створка приоткрылась. Внутри помещения было темно, прямо перед лицом колыхалась бархатная занавеска. Я попыталась найти место, где драпировка разделяется, и услышала из-за нее тихий вопрос на французском:

– Вы та женщина?

– Да, – машинально вылетело из моего рта.

– Ну наконец-то! – выдохнул баритон. – Сколько можно вас ждать! Борис, она тут.

– Выпускай! – скомандовал издалека невидимый мужчина. – Алле ап!

Перед глазами вспыхнул яркий свет, от неожиданности я зажмурилась и тут же получила сильный тычок в бок.

– Работай, – строго приказал баритон, – потом поговорим!

Мои глаза открылись, я увидела короткую галерею и еще одну портьеру. Теперь, вспоминая произошедшее, я могу дать вам совет: если не понимаете, где находитесь, не совершайте активных телодвижений, лучше оставайтесь там, где стоите, рано или поздно кто-нибудь появится и объяснит, что происходит. Я, как все люди, обожаю раздавать советы типа «На твоем месте я бы поступила иначе» и крепка задним умом. Вместо того чтобы замереть, я рванула вперед, преодолела за секунду небольшое узкое пространство, отодвинула портьеру и очутилась в центре ярко освещенного круга. Под ногами запружинили опилки, пространство вокруг меня было обрамлено полуметровым бордюром, обтянутым красным бархатом.

– Очаровательная Кати! – заорал кто-то откуда-то из-под потолка.

Послышалась барабанная дробь, я постаралась удержаться на ногах и с силой ущипнула себя за ляжку. Спокойно, Дашенька, это дурной сон. Иногда человек во время забытья оказывается в параллельной реальности, прыгает через пропасть, удирает от монстров, карабкается по отвесной скале, а потом просыпается в собственной спальне и долго приходит в себя от обилия впечатлений. Вот и я сейчас сплю! Задремала в теплой воде и мирно похрапываю, вдыхая аромат роз. Не было ни вороватой блондинки, ни гонки по отелю, и уж тем более арены цирка, где в данный момент в свете софитов, под пристальными взглядами десятков зрителей, я стою в махровом халате.

– И месье Жиль! – проорал густой бас.

Вновь ожили барабаны, около меня встал высокий стройный мужчина и, навесив на лицо открытую лучезарную улыбку, прошипел сквозь зубы:

– Опять набухалась, падла!

– Нет, – пискнула я.

– Комплимент, – неожиданно сказал незнакомец, – комплимент!

Я растерялась, не понимая, чего он от меня хочет. Во сне, даже в столь реальном, как сегодняшний, постоянно происходят неувязки.

– Пьянь рваная, – все так же улыбаясь публике, процедил Жиль, схватил мою ладонь и резко поднял руку.

Я осталась стоять с задранной верхней конечностью.

Жиль хлопнул в ладоши, на арену вкатили большой, смахивающий на гроб ящик. Барабанную дробь сменила бравурная музыка.

Жиль незаметно пнул меня:

– Снимай халат! Сейчас же!

Даже в глупом сновидении я была не готова предстать перед массовым зрителем нагишом, поэтому, потуже затянув пояс, ответила:

– Не могу. Я голая.

Жиль, по-прежнему стоя ко мне боком, заорал:

– Господа! Кати боится! Подбодрите ее!

– А-а-а! – отозвался зал.

– Дура, – прошипел Жиль, – весь ум потеряла! Все! Лопнуло мое терпение. Этот номер отработаем, и вали к хреновой матери! Убогая. Анри! Будь другом, приволоки суке купальник и натяни на нее.

Распоряжения он отдавал свистящим шепотом, не забывая при этом кланяться и в перерыве между бранью в мой адрес выкрикивать во весь голос:

– Кати трусит! У Кати дрожат ноги!

– А-а-а-а! – визжала публика.

Меня опять сильно пнули, на сей раз слева, я ощутила в руке нечто мягкое, скосила глаза и поняла, что один из подростков, прикативших ящик, незаметно подал мне купальник.

Я сделала вид, что кланяюсь, быстро натянула ярко-синий эластик на тело. Все удалось проделать целомудренно, я ни на секунду не оказалась топлесс. Женщины моего возраста, проводившие лето на «диких» пляжах Крыма, умеют переодевать купальники под взорами толпы. Халат шлепнулся в опилки и был тут же убран.

– Вау! – обрадовался Жиль. – Кати готова. А теперь я ее распилю. Лезь в стендкофр, дура, пока жива!

Последняя реплика адресовалась исключительно мне. Абсолютно не понимая, что за зверь такой стендкофр, я замерла. Подростки открыли крышку «гроба», схватили меня за плечи, подняли, словно игрушку, засунули в ящик и захлопнули.

– Мама, – пискнула я.

– Нажралась! – тоненько прозвенело из противоположного конца «гроба». – Ну ты и падла! Жиль тебя выпорет, а я добавлю. Сучонка!

– Кто здесь? – испугалась я.

– Ваще, блин, – возмутился дискант, – гнать тебя надо!

Глаза привыкли к темноте, к тому же в ящике было пять больших отверстий. Через них внутрь беспрепятственно проникал свет, и я увидела девушку, сложенную в несколько раз. Она тоже разглядела меня и растерялась.

– Эй, ты не Кати?

– Здрассте, – представилась я. – Даша.

– Эльза, – ошарашенно сообщила незнакомка. – Ты как сюда попала?

– Мальчики засунули, – честно ответила я. – Жиль меня пнул, а они подхватили.