Нежный супруг олигарха - Дарья Донцова

Бекки вела себя и выглядела, как девушка. Впервые минуты знакомства она, правда, производила немного странное впечатление,но через четверть часа общения люди переставали замечать морщинки и крашеныеволосы, сущность Бекки затмевала внешность, а по сути этой женщине было небольше двадцати. Не надо думать, что Бекки была идиоткой, носившейся допреклонных лет по танцулькам и никогда не заботившейся о сыне. Наоборот, оначестно работала, считалась у начальства на хорошем счету, очень любила Олега ипомогала Тасе. У Бекки имелась куча связей в самых разных сферах, и когдасотрудникам больницы, где работала Таисия, начали давать квартиры, Беккиподсуетилась, сумев выбить для нее симпатичную однушку.

– Зачем мне переезжать? –засопротивлялась Тася.

– Тебе надо личную жизньустраивать, – решительно заявила сестра, – лучше свое жилье иметь.Понимаешь?

И Таисия перебралась на новое место. С личнойжизнью у нее и правда не ладилось, и виной тому было не отсутствие кавалеров –симпатичная медсестричка нравилась многим, ухаживать за ней пытались и больные,и врачи, – Тася сама не хотела серьезных отношений. Виной тому была Бекки.Та пошла по стопам Петра Семеновича, ее работа была связана с частымиотлучками, две недели в месяц сестра проводила вне Москвы, и Тася понимала: невсегда поездки имеют отношение к официальному месту ее службы. Бекки была«проводником». Кто и как руководил сестрой, Таисия не имела ни малейшегопонятия, но знала, что таинственные судьи, вершащие справедливость,поддерживают Бекки материально. Бекки ни в чем не нуждалась. Олег имел все, чтонеобходимо подростку, в доме не переводилась хорошая еда, а раз в году женщиныс мальчиком непременно ездили на Черное море. По идее Тася должна былачувствовать себя счастливой: живет в столице, работает в крупной больнице,имеет хорошую квартиру, сестра помогает ей материально, регулярно делаетподарки. Но мешало одно обстоятельство – Бекки порой давала Таисии задания.

Старшая сестра никогда не сообщалаподробностей, просто велела кое-что сделать. Один раз Тасе пришлось поехать сэкскурсией в Курск и бросить в почтовый ящик в одном из мрачных подъездовгазету; в другой – должна была гулять целую неделю в парке, кормить уток впруду, и все; в третий – она, изловчившись, положила небольшую коробочку всумку толстого мужика. Дело происходило в переполненном автобусе, и даже привсем желании никто не смог бы заметить манипуляций Таисии – пассажиры стоялиочень плотно, но все равно Сургановой было страшно почти до потери сознания.Раз от разу задания усложнялись, иногда они требовали переодевания, тогда Беккидавала сестре парики и одежду.

Был еще один момент, крайне напрягавший Тасю.После каждого эпизода сестра вручала ей некую сумму и говорила:

– Купи себе что-нибудь.

В советские годы это были рубли, причемнемалые, в конверте могло лежать три, четыре, пять сотен. (Напомним, чтозарплата медсестры никогда не поднималась высоко, больные, конечно, благодарилисредний медицинский персонал, но даже с чаевыми в месяц не набегало двухсотцелковых.) А после перестройки вместо деревянных в конвертах Бекки появилисьдоллары.

Тася пришла к неприятному выводу: ей платят запомощь. И понимание этого лишало ее душевного покоя. Если Бекки «проводник» ивосстанавливает справедливость, наказывает преступников, которым из-забюрократических крючков удается избежать суда, то при чем тут деньги?Благородную работу следует совершать по велению души, а не из сребролюбия.

Тася попыталась побеседовать с Бекки, но талишь фыркнула.

– Солнышко, – ласково сказала онамладшей сестре, – насчет принципов ты, конечно, права, но человеку надоесть, пить и прикрывать срам. Понимаешь? Не умничай, живи спокойно!

Все попытки Таси узнать подробности работы«проводника» разбивались о стойкое нежелание Бекки беседовать на эту тему.

– Лучше тебе не влезать куда ненужно! – один раз жестко отбрила ее Бекки. – Просто выполни небольшоезадание, и все. Что, кто, зачем, куда, по какой причине и так далее – не важно.

Тася примолкла, больше с Бекки ничего необсуждала. Но как заставить себя не думать? После выполнения каждого«небольшого задания» Тасю начинали терзать сомнения: чьей смерти онапоспособствовала? Виноват ли человек? Вдруг таинственные судьи ошиблись?

Тасе делалось все страшней и страшней, онабоялась знакомиться с людьми, не хотела выходить замуж. Если какой-нибудькавалер проявлял слишком большую активность и произносил столь ожидаемуюбольшинством женщиной фразу: «Давай распишемся», – Таисия моментальнорвала с ним отношения.

Ее пугала неопределенность собственной судьбы.Что, если она выйдет замуж, родит ребенка и… окажется в тюрьме? Каково будетмалышу жить со знанием, что родная мамочка на зоне? И чем больше Тася помогалаБекки, тем тяжелее становилось у нее на душе. А пару лет назад и вовсепоявилась уверенность: она всю жизнь занимается нехорошим делом.

Наверное, следовало сказать сестре решительное«нет» и прекратить выполнять ее задания. Но Тася, с одной стороны, не моглаослушаться Бекки, а с другой – боялась показаться предательницей. Онаодновременно очень любила и страстно ненавидела Бекки. Да, старшая сестра всюжизнь заботилась о ней, никогда не сказала грубого слова, баловала,поддерживала морально и материально, часто демонстрировала свою любовь, но ведьпринуждала ее заниматься преступными делами, давила на Тасю, полностьюподчинила ее себе. Она как бы выступала в роли дрессировщика: щелкала пальцами,и маленькая собачка должна была послушно кувыркаться.

Два года назад Бекки попросила совсем уж одикой услуге.

– У вас в больнице, – сказалаона, – умерла девушка, Полина Брызгалова. Смерть не криминальная, бедняжкаскончалась от рака. У тебя есть знакомые в морге?

– Да, – кивнула Тася, – санитарЕфимыч, мы с ним в одном доме живем.

– Думаю, он не откажется от денег, –протянула Бекки.

– Ефимыч на внуке свихнулся, –улыбнулась Таисия. – Ребенку еще годика нет, а дедушка ему на частныйколледж копит, рвется без выходных работать, твердит: «Я всю жизнь дуракомпрожил, карьеры не сделал, а вот Николаша выучится и большим начальникомстанет».

– Отлично! – обрадоваласьБекки. – С подобными людьми лучше всего дело иметь, заплатил, и дело сконцом. Значит, так, подойдешь к нему и…

Чем дольше говорила Бекки, тем сильнеепугалась Тася. Похоже, на этот раз сестра задумала что-то совсем плохое! Ноотказать она, как всегда, не сумела.

Ефимыч, правда, не занервничал, служба в моргелишила его способности удивляться.