Под тонким льдом чернеет дно - Владимир Колычев

— А потом вдруг стала вдовой?.. Что, если Герман и Лиза были в сговоре? Убрать Станислава Терентьева, поделить наследство, а потом объединить свои сердца и капиталы…

— Теоретически это, наверное, возможно, — в сомнении медленно проговорила Ася. — А практически — вряд ли… Я бы не сказала, что Герман и Лиза враждовали, но их отношения нельзя было назвать дружескими, разве что с большой натяжкой…

— Но старпом Крыжов показал, что Герман по ночам приходил к Лизе в каюту.

— Крыжов?! — возмущенно повела бровью Ася. — И вы ему верите?

— А что, ему нельзя верить?

— Можно… Если осторожно… У него с головой не все в порядке. Мерещится всякое… Интересно, кто ко мне по ночам приходил?

— Кто?

— Ну, Посейдон, конечно… Не надо обращать внимания на Крыжова, человек уже почти двадцать лет в море, а это уже диагноз… г — Не любишь ты его.

— Не люблю?.. Ну почему же, очень милый человек. Только иногда на него находит, тогда такую ахинею начинает нести…

— Какую?

— Не скажу, что уши вянут. Напротив, интересно послушать. Вечера в море долгие, заняться нечем. А Крыжов — мастер байки сочинять. И страшные истории. Только не всегда различишь, где правда, а где выдумка. Иногда такая жуть берет… Но в принципе совершенно безобидный человек.

— А он мог твоего отца отравить?

— Он?! Да он на отца молился! Он ему такие деньги платил!..

— Какие?

— Знаешь, в подробности не вдавалась. Не в моих правилах. Знаю только, что очень много.

— А кто мог твоего отца отравить?

— Не знаю… Все сходится на Лизе. Но я не уверена, что это она… Слишком хорошо я ее знаю…

— И Герман не мог?

— Вряд ли.

— Тогда почему они исчезли?

— Я не знаю… Когда я еще на яхте была, Крыжов меня достал. Отец в морге, Лиза и Герман черт знает где, а этот… Колдуны вуду, говорит, на Станислава ополчились. На него и на его близких… А ведь я его дочь…

— Страшно было?

— Жутко. Понимаю, что байки, а от страха колотит.

Честное слово, была мысль этого Крыжова за борт сбросить.

— А что, могла бы?

— Если бы могла, сбросила… Но я сюда улетела, отца хоронить. А он в Санкт-Петербург пошел.

— Через Тихий океан.

— Да, через Тихий. А что здесь такого? Отец хотел этим маршрутом пойти…

— Но твоего отца нет. А через Тихий океан — гораздо дальше, чем через Атлантику, почти в три раза…

— Да?.. Если честно, я как-то не подумала. Не до того было…

— А Крыжов не объяснил?

— Нет… Хотя, может, и говорил, да я слушать его не хотела. Двух матросов разрешила нанять — это я помню… Ты должен был бы меня понять, у меня тело отца на руках было, вылет в Москву. А тут какая-то яхта, черт бы ее побрал! — не на шутку разволновалась Ася.

— Ты успокойся, успокойся…

— Я-то успокоюсь. Но мне домой пора… Давай завтра встретимся.

— Завтра так завтра…

— Тогда я поехала?

— А где привет Максу? — панибратски улыбнулся Артем.

— Максу?! — Ася удивленно наморщила лоб. — Совсем о нем забыла…

— А он о тебе не забыл.

— Вот только не надо! — рассмеялась девушка. — Он же бабник. Думаешь, я не знаю, как он с Моникой по ночам развлекался.

— Он старался это не афишировать.

— Да, но Моника… э-э… плохо соблюдала режим тишины…

— А может, это я с ней был? — спросил Артем.

— Секс у тебя с Лизой был, — озадачила парня Ася.

Девушка инстинктивно приложила к губам пальцы. Но было поздно: слово не воробей, вылетит — не поймаешь.

— Ты это знала?

— Да… Лиза мне сама это рассказала…

Г Артем усомнился в искренности ее слов. Ему показалось, что это объяснение Ася выдумала на ходу.

— Сама?

— Да, перед свадьбой… То есть я ее к этому разговору подвела. Я же видела, как ты на нее смотрел…

— Как?

— Сам знаешь как… Я спросила, она ответила, что изменяла папе. Но сказала, что это в первый и последний раз…

— И ты это утаила от отца?

— Да.

— Лиза говорила, что тебе можно доверять.

— Я знаю. Мы друг другу старались доверять… Ты очень-очень ей нравился…

— Нравился? А что, сейчас уже не нравлюсь?

— Ну, я не знаю, — слегка стушевалась девушка. — После свадьбы я у нее не спрашивала… г — А потом она и вовсе исчезла…

— Да, сбежала…

— Значит, все-таки она твоего отца отравила?

— Я же говорю, все сходится на ней.

— Но ты в это не веришь?

— Уже не знаю, может, и верю… Ладно, пойду я.

Ася достала из сумочки кошелек, но Артем жестом показал, что ей не стоит себя утруждать. Он расплатился сам, проводил Асю до машины, вместе с Брэнсоном сел в свою.

— Вы говорили на русском, — сказал американец. — Я мало что понял.

— А что понял?

— У тебя был секс с Елизаветой.

— Это Ася так думает…

— А если все-таки был секс?

— Это противозаконно?

— Нет. Но это настораживает.

— А если секса не было, то не настораживает? В сговор можно вступить и без секса. Вам, американцам, этого не понять. Политика у вас такая. С Грузией, например. Сначала секс, а потом договор о вечной дружбе. Но с нюансами. Дружить ее будете только вы, во всех позах и когда захотите…

— При чем здесь политика? — надулся Брэнсон. — Я про тебя говорю.

— Да, я мог и без секса сговориться с Лизой. Но этого не было. Потому что быть не могло… Ты, Рэймонд, если в чем-то сомневаешься, можешь собирать улики против меня. Но в гордом одиночестве. И не надо меня дружить, я тебе не девка…

Рэймонд нахохлился и молчал всю дорогу. Артем подвез американца к гостинице, где он остановился, сухо попрощался с ним. Возможно, детектив имел кое-какие основания подозревать его в сговоре с Лизой, но лучше бы он не поднимал эту тему…

Утро вечера мудреней. Избитая истина, но ведь действует. Утром следующего дня Брэнсон предстал перед Артемом с таким видом, будто ничего не случилось. И он сам встретил его с дружеской улыбкой.

Они вместе отправились в Измайловский ОВД, куда Брэнсон обращался за содействием. Капитан Кривцов переадресовал американца в отдел специальных расследований, но запрос в базу данных МВД сделал сам.