Лёгкое Топливо - Anita Oni

вместе, — добавил он, почувствовав, как гостья напряглась. — Если, конечно, у тебя нет на этот счёт другого мнения.

[1] В Великобритании определённым зданиям, имеющим культурное/историческое/архитектурное значение, присваивают охранный статус. Их называют Listed Buildings. Такие здания делятся на три категории (grades): Grade I (первая категория: здания исключительной значимости), Grade II* (вторая категория со звёздочкой: особо важные здания) и Grade II (вторая категория: здания, представляющие особый интерес).

Сцена 37. Иррациональный человек

Позднее она сидела на кожаном диване в гостиной, закутавшись в плед, и пила вторую чашку горячего чая с перцем. Поскребла ложечкой по опустевшему фарфоровому стаканчику из-под яблочного суфле — пусто.

— Я не ожидал посетителей, — пояснил Блэк, — иначе попросил бы приготовить двойную порцию.

— Ах, стало быть, ты готовил не сам?

— Я похож на человека, согласного по доброй воле взбивать яблоки с яйцами в блендере? И потом: за что я плачу экономке?

— Иногда ты даже просто на человека не похож, — рассмеялась она. — Только не обижайся. Алан Блэк… Теперь я вспомнила, что напоминает мне твоё имя. Так звали одного персонажа из романа Мика Херрона «Slow Horses».

Алан отвлёкся от молчаливого созерцания экрана, на котором, словно в гигантском аквариуме, плавали океанские рыбки.

— Вот как. Приличный был герой?

— Не вполне. Ему отрубили голову, — пояснила девушка, не вкладывая в эти слова лишней экспрессии, не подчёркивая ни одно из них.

— А. Не стоило спойлерить: я, может, хотел почитать.

— Это не вполне спойлер. Он ведь даже не второстепенный персонаж.

Алан фыркнул. Ему была неприятна мысль, что герой с таким именем — его именем — посмел оказаться «даже не второстепенным». И что его могли цинично обезглавить.

— Ну хоть не кастрировали, — попытался он скрыть за саркастическим клише своё недовольство.

Нала поправила волосы, подсушенные феном, но остававшиеся влажными на затылке.

— Типично мужская позиция. Даже лишиться головы не так критично, как… другой части тела.

— Первое забирает жизнь — и только. Второе отбирает у самой жизни смысл.

— А смысл, разве он лишь в этом? — возразила девушка.

Алан взял в руки пульт, подбросил на ладони, сжал пальцами, не глядя на него.

— И да, и нет. Включи любой канал наугад и послушай, что скажут на этот счёт звёзды кинематографа.

— Ты так уверен, что они будут говорить об этом?

— Абсолютно. Не обязательно напрямую, но в конечном итоге всё будет упираться в основной инстинкт.

Он протянул пульт, и девушка, явно намеренная спорить, нажала на кнопку. Рыбы сменились начальными чёрно-белыми титрами фильма.

— А, Вуди Аллен… Ну что я говорил! Здесь тебе и секс, и амбивалентность взглядов. Дескать с презервативом — не измена, с глушителем — не убийство. И всё это в упаковке неожиданных съёмок, затянутых речей, артхаусных решений с уклоном в психологию и под весёлую музычку.

Нала устроилась поудобнее на диване.

— Ты уже смотрел этот фильм?

— Хм, «Иррациональный человек». Вышел в прошлом году. Нет, не смотрел. А ты?

— Ребята обсуждали его в кампусе, и я добавила кино в список к просмотру, но руки пока не дошли.

Они переглянулись как два человека, намеревающиеся сказать, что вот, время пришло — только не уверенные, что собеседник поддержит идею. Но вот их взгляды встретились — и оба достигли взаимопонимания.

Блэк подсел ближе, Нала прибавила громкость.

Кант говорил, что разум человека терзают сомнения, от которых он не может избавиться, но и не в состоянии разрешить. Хорошо, так о чём мы тогда говорим? Нравственность? Выбор? Хаотичность жизнь? Эстетика? Убийство?

В этот момент каждый по-своему понял, что сделал идеальный выбор. Что этот фильм отвечает их интересам.

Когда Джилл в самом начала дала своё краткое описание Эйба (Он был чертовски интересным. Отличался от других. Был хорошим рассказчиком. И всегда мог облечь суть в слова), Нала не выдержала и рассмеялась в голос:

— Кого-то мне это напоминает!

— Мисс, вы всегда комментируете фильмы вслух прямо во время просмотра? — нахмурился Блэк.

Девушка немного сконфузилась.

— Да. Вообще, да. Мне так привычнее: всегда есть что сказать в моменте. Но если тебе мешает, прости, я не буду.

— Вовсе нет. Продолжай.

Он говорил это не из вежливости. Алан и сам предпочитал оставлять комментарии, не дожидаясь финала. Но ещё больше ему нравилось наблюдать за реакциями окружающих — искренними и не отложенными до того времени, когда они будут уместны, но выветрится запал.

Профессор Лукас на экране начал свою первую лекцию, где продолжил цитировать Канта:

В истинно моральном мире совершенно нет места для лжи. Даже малейшая ложь разрушает столь любимый этим философом категорический императив…

— Ну да, ну да, — пробормотал Блэк. — В таком случае, Кант был бы рад узнать, что звучание его фамилии критически близко к одному из самых табуированных слов в английском языке. Безо всякой лжи.

— Алан, ты сейчас пытаешься неприлично пошутить, да?

— Тс-с, девочка, послушаем, что ещё умное изречёт этот профессор.

Шутить он пытался ещё не раз и не два — саркастически метко прошёлся по всем персонажам. Эйба невзлюбил сразу. На Джилл обратил внимание по касательной — как мужчина, оценивший привлекательную, но не слишком интригующую девчушку.

Нала всё это время стойко молчала. Он спросил, почему: неужели его призыв соблюдать тишину так подействовал?

— Нет, просто сам смотри: приезжает новый преподаватель. На философский, представь себе, факультет. Любопытный, харизматичный… И такой одинокий. Вот я и пытаюсь вообразить, что было бы, если бы ты, Алан, решил преподавать этику в Королевском колледже.

Теперь замолчал уже он.

— Как, даже нечего ответить?

— Расскажу после фильма, — усмехнулся тот. — Боюсь, это слишком надолго.

— А чем тебе так не нравится Эйб?

Надо же, он не высказывал это напрямую, но собеседница как-то сразу уловила неприязнь.

А чем он, собственно, мог нравиться? Человек менял один род деятельности на другой, участвовал в митингах, пробовал различные наркотики — и всё, чтобы ответить на вопрос, какого чёрта он забыл в этой жизни? Я вас умоляю, сказал бы Алан Блэк, какой же он жалкий! А желторотые студентки, подумать только, находят это привлекательным.

И женщины… те, что постарше, открыто предлагают себя — так, что от самого предложения угасает желание. Что помоложе — ждут, когда он сам возьмёт, да вот только брать там пока ещё нечего.

Или Джилл, которая сочетает в себе и то, и другое.

— Мрак, — вздохнул он и попросил не обращать внимания: так, вырвалось наобум.

Но когда в фильме наметился переломный момент, Блэк наконец проявил интерес к сюжету.

— Так-так-так, — потёр