Пуаро должен умереть - Ксения Любимова

– Вы ничего не поймали? – поинтересовался Эрик.

– Нет, – покачал головой Григорий. – Правда, пару раз у меня сорвалась рыбешка. Но непойманная рыба не считается.

– Как долго вы рыбачили?

– Дайте подумать… – Григорий нахмурил брови. – Во сколько мы встретились? – обратился он к Ладе. – Я полагаю, около десяти?

– Без десяти десять, – уточнила она. – Я посмотрела на часы, когда заметила вас.

– Ну, и как? Понравилась рыбалка? – полюбопытствовал Эрик.

– Вообще-то не очень, – призналась Лада. – Я думала, этот процесс гораздо увлекательнее, если мужчины так его любят.

– Просто нам не повезло с рыбой, – вставил Григорий.

– Вы все время были вместе? – уточнил Эрик.

– Все время, – кивнула Лада. – Правда, Григорий хотел дойти до номера и взять другую наживку, но я его не пустила. Мне было жутко оставаться одной.

– Вообще-то мы вас видели, – задумчиво сказал сыщик. – Вы были очень увлечены процессом. А вот Анну и Семена мы нигде не нашли, – и он перевел взгляд на семейную пару.

– Я же говорю, мы чистили картошку, – сказала Анна, недовольно посмотрев на сыщика.

– Ах, да! Вы помогали Марусе. Она, конечно, может это подтвердить?

– Конечно! – желчно ответила Анна. – Сложно не заметить двух людей, которые с самого утра толкутся на ее кухне.

– С вашим корпусом все понятно, – констатировал Эрик. – А где были вы, Тимур?

Врач недовольно зыркнул на сыщика и плотно сжал губы.

– Я обязан вам отвечать? – наконец спросил он.

– Не обязаны, но я не вижу причины, почему бы вам этого не сделать.

– Почему, почему… – с горечью произнес Тимур. – Потому! Я устал от всего, что здесь происходит. Я приехал отдохнуть и хоть немного забыться. Каждый день – тяжелые больные, смерть, катастрофы… Так хотелось от всего отвлечься! Но и здесь все то же самое. Кому это нужно, а? – и он окинул взглядом группу испуганных людей.

– Если бы мы знали, – развел руками сыщик, – я бы сейчас не задавал эти вопросы.

– Я был в своей комнате, – устало произнес Тимур.

– Мы стучали к вам, но никто не отозвался.

– Я слышал, – кивнул он. – Но мне не хотелось никого видеть.

– Во сколько это было? – прищурился сыщик.

– Не знаю, я не смотрел на часы. Но кажется, сразу после десяти.

– А почему вы заперлись в своем номере?

– А что я, по-вашему, должен был делать? – взорвался Тимур. – Гулять по острову и ждать, когда меня прикончат? Один уже погулял…

– Не волнуйтесь так. Вас пока никто ни в чем не обвиняет.

– Пока? Значит, я могу рассчитывать, что завтра стану главным обвиняемым? А почему вы не рассматриваете кандидатуру Константина Сергеевича? Он, между прочим, тоже не всегда бывает на своем рабочем месте. Я заходил к нему пару раз и не застал его в кабинете.

– Мы всех подвергаем тщательной проверке, – уверил его сыщик. – Если бы это было не так, то сейчас вы бы не сидели здесь.

– И где бы я был, интересно? – с издевкой спросил Тимур.

– Находились под замком в какой-нибудь комнате, – невозмутимо ответил Эрик.

– Тогда наш маньяк – директор этого пансионата, – не сдавался Тимур. – Я ни разу не видел его на улице, а когда заглянул к нему в кабинет, он посмотрел на меня так, словно я его враг номер один, а не отдыхающий. Он вообще нормальный, никто не знает?

Все переглянулись.

– Это не важно, – покачал головой Эрик. – Амрита в течение дня постоянно ходит в корпус администрации и всегда видит его на месте.

– И тем не менее он мог выбрать время и пробежаться по острову туда-сюда.

– Мы не оставляем без внимания ни одной версии, – уверил его Эрик.

Тимур выразительно фыркнул.

– Не оставляем без внимания… Только на острове уже три трупа. Кто следующий? – и он красноречиво окинул всех взглядом.

– У меня есть одна идея, – хладнокровно сказал сыщик. – Задержитесь, пожалуйста, я вам ее озвучу, – обратился он к Тимуру.

– А почему только ему? – возмутилась Лада. – Мы тоже хотим знать.

Эрик покачал головой.

– С вами разговор будет отдельный. А пока могу только посоветовать не ходить поодиночке. Хотя и этот совет может оказаться бесполезным. Человек, который совершает эти убийства, меньше всего вызывает подозрение у окружающих.

– Почему вы так решили? – с сомнением поинтересовалась Анна.

– Андрей подпустил его слишком близко. А должен был соблюдать дистанцию. Значит, даже следователь его не подозревал.

– Жуть, – передернул плечами Богдан и огляделся. – По-моему, получается какая-то чушь! Я сейчас смотрю на всех и понимаю, что никто из нас не мог совершить этих преступлений. Просто потому, что в них нет никакого смысла. Да и люди мы друг другу чужие, а на маньяка ни один из нас не похож. В то же время мне и обслуга не кажется виноватой. Им тем более нет смысла расправляться с гостями. Но тогда получается, что убийцей не может быть никто! И тем не менее он среди нас. Когда я об этом думаю, у меня начинается паника. Состояние, близкое к сумасшествию. А ведь я мужик, и далеко не паникер! Представляю, что творится с женщинами…

– Я стараюсь вообще об этом не думать, – хмуро заявила Лада. – А когда ложусь спать, рисую себе картины из прошлого.

– А я уже столько всего повидала, что меня вообще ничто не удивляет, – призналась Авдотья. – Наверное, с годами становишься равнодушной.

– Вряд ли, – ответил Григорий. – Я думаю, что нервная система подстраивается под наш образ жизни и становится менее восприимчивой. А натура – она все равно остается прежней – чувствительной и впечатлительной.

– Не знаю, не знаю… – задумчиво протянула Авдотья. – Иногда мне хочется, чтобы меня что-то растрогало, задело, но, как правило, ничего подобного не происходит.

– Это ваша визитка? – прервал Эрик возлияния бабули и сунул под нос Григорию синий прямоугольник.

– Э… моя, – кивнул тот, нацепив на нос очки.

– И много у вас таких визиток?

– Много. Я всегда вожу с собой пару десятков. А что?

– Ничего, пока просто интересуюсь.

– Я люблю заводить новые знакомства и часто поддерживаю их. Особенно если человек мне понравился. Например, всем жителям нашего корпуса я раздал свои визитки. Видите, здесь указаны электронная почта и адрес моей интернет-странички. Я надеюсь, мы будем переписываться.

– И Андрею тоже такую давали?

– Нет, мы с ним не нашли общего языка, и я не посчитал нужным внести его в число моих друзей.