Крест - Ингар Йонсруд

— Верно, — медленно проговорил Неме, положив указательный палец на ямку на подбородке. — Биологическое оружие. Что удалось узнать о его происхождении?

— Секта, а конкретно один из пасторов, Бёрре Дранге, вдохновился идеями группы ученых, работавших на нацистов до и во время войны. Они называли себя Венское братство. Личность Дранге осталась загадкой. По слухам, он работал в Обороне, ушел на задание в море, где пропал при странных обстоятельствах и был объявлен погибшим. Мы нашли даже его свидетельство о смерти. На кого он в действительности работал, чем занимался до приезда в Сульру, мы так до конца и не выяснили. Судя по всему, он испытал духовное пробуждение, вступил в секту и ушел в подполье.

Немного подумав, Фредрик продолжил.

— Бывшие сектанты, покинувшие общину, рассказывали, что после прихода в нее пастора Дранге все изменилось. Это он построил убежище судного дня и создал лабораторию. Бёрре считал, что судный день уже близко. Видимо свято верил, что совершал свои злодеяния по воле Бога. Мы предполагаем, что пастор планировал теракт с использованием биологического оружия.

— А потом напали на саму общину? — спросил Не-ме. — Почему?

— Вот тут официальная версия отличается от моей, — сказал Фредрик, покосившись на Косса с Неме. — Швед Стаффан Хейхе — снайпер и спецназовец, и нам с Кафой чудом удалось его задержать. Он едва не убил нас обоих, но сломал шею в пылу борьбы. Он настоящее чудовище. Его лицо обезображено до неузнаваемости. Предполагается, что Хейхе погиб в пожаре в больнице вскоре после задержания. С его смертью дело закрыли. Пастор Дранге просто исчез… и был сфабрикован тот вариант, который и рассказали общественности. Все объяснили тем, что у Хейхе был мотив — месть. Что он одинокий волк. Сейчас же ходят самые разные слухи. Что члены секты были сатанистами и приносили в жертву людей… такие истории возникают, когда у людей не хватает воображения понять, насколько ужасна действительность.

— Потому что вы не поверили, что он волк-одиночка? — спросил Неме.

— Я никогда не верил, что Стаффан Хейхе действовал самостоятельно. Я думаю, что его послали в Сульру убить Бёрре Дранге и уничтожить все следы биологического оружия. Мы так и не нашли пастора Дранге, и из официальной версии его просто убрали. То же самое касается и биологического оружия. Общественность не должна была узнать, что нация чуть не подверглась нападению террористов.

Неме посмотрел на Кафу.

— Вы согласны с этим?

— В основном да. Должна добавить, что мы с Фредриком… наши доводы и теории поднимали на смех. Особенно Фредрика, так как он из нас двоих более опытный.

Неме сжал губы так, что они побелели.

— К сожалению, мы тогда подчинились приказу. Решающим фактором для нас стали спокойствие и порядок в обществе, чтобы никто не узнал о планах террористов.

Инспектор Косс потирал кончиком большого пальца указательный, словно какая-то соринка попала между ними.

— Аннетте Ветре, — задумчиво произнес он. — Ее тоже убили. Ее сын Уильям теперь живет с бабушкой, министром финансов Ветре. Ты сказал, что его отец тоже был в секте?

Фредрик нахмурился. По правде говоря, он знал ответ на этот вопрос. Но пообещал себе никому эту тайну не раскрывать.

— Все верно, — кратко ответил он. — Аннетте рассказала матери об отце Уильяма… имени его я не помню, она говорила, что он умер задолго до бойни. От какой-то болезни.

Косс долго смотрел на Фредрика. Но тот отнюдь не солгал. Просто сказал не всю правду.

— Понимаю.

Фредрик положил ладони на стол.

— Могу я спросить вас, что мы сейчас делаем? Себастиан, ты сказал, что у вас что-то произошло.

Тронд Антон Неме кивнул инспектору, словно одобряя.

— Промышленные здания, которые ты нашла в лесу, — сказал Косс, обращаясь к Кафе, — они располагались рядом с тем местом, где Рикард Рейсс работал сторожем, верно?

— Верно. В долине. Это место использовали для уничтожения взрывчатки после войны. Его называют Чернобыль, потому что, по слухам, там были сожжены и захоронены радиоактивные животные после атомной катастрофы в СССР.

Неме с интересом посмотрел на Кафу.

— На проверку следов ДНК крест отдала ты?

— Да. Там была… странная комната, в подвале, я не очень поняла, для чего она. Похожа на тюремную камеру. На улице я нашла крест и заподозрила, что на нем кровь. — Она посмотрела на Косса. — А что?

— Мы приняли решение снова открыть дело Сульру, — сказал он. — Поэтому я и созвал вас. Кровь на кресте принадлежит Рикарду Рейссу. А держал крест, когда им наносили удар Рейссу, пастор Бёрре Дранге. Мы нашли отпечатки его пальцев в следах крови. Террорист вернулся.

Начальник управления встал и пожелал всем спокойной ночи. Остальные продолжали совещание.

— Мы опасаемся утечки информации, — сказал инспектор Косс. — Только присутствующие здесь будут работать над этим делом до дальнейших распоряжений. Кроме него, мы расследуем убийства Хенри Фалька, Бенедикте Штольц, Беаты Вагнер и Риты Нуре. И больше ничего.

Правильно, расследование нужно держать в тайне. Но Фредрик никак не мог избавиться от ощущения, что Косс что-то скрывает. Кому не нужно знать о расследовании? СМИ и общественности? Остальным отделам управления? Или кому-то еще?

Можно ли доверять Коссу? Начальнику Неме? Фредрик вспомнил слова редактора ТВ2. Бенедикте Штольц работала над делом против властей. Так кто же это, черт побери?

Фредрик и Кафа обменялись взглядами, и Фредрик приложил палец к губам. Пока стоит подождать с посвящением Косса во все, что они накопали. Что ключ к загадке — Беата Вагнер.

— Значит, улики на кресте показывают связь и Рикарда Рейсса, и пастора Дранге с теми строениями в долине. С Чернобылем, — рассуждала Кафа. — Управляющая стройкой, где в дневные часы работал Рейсс, сказала, что он иногда ночевал на работе. Может быть, Рейсс бывал ночью в Чернобыле? И работа сторожем на стройке — всего лишь прикрытие?

Косс достал из папки с бумагами сложенный в несколько раз лист и развернул его. Это оказалась карта.

— Ты проверила, кто владеет этим участком в долине? — спросил он Кафу.

— Жду ответа. Там, видимо, какая-то путаница.

— Вот карта области, предоставленная коммуной.

Кафа наклонилась вперед и, проведя пальцем, прищурилась.

— Он должен быть… где-то здесь. — Она показала на участок леса.

— По словам коммуны там ничего нет, — ответил Косс. — И никогда не было. Охраняемая зона. — Косс вытащил еще бумагу — лист с распечатанной фотографией. — Это спутниковый снимок из картографического управления. — Вот долина, на которую ты указала, — он посмотрел на Тересе, перевел взгляд на Фредрика и затем на Кафу. — Лес. Только лес.