Гарпия с пропеллером - Дарья Донцова

– Да не пил Колька! – воскликнула Вера. – Дураком был,неудачником, но не алкоголиком. Ни за что бы не пошел на стройку водку жрать.Зачем ему? Домой спокойно мог принести, великолепно знал, никто ругаться нестанет. И знаете что еще?

– Ну? – насторожилась я.

– Стройка, на которой Колю нашли, находится в двух шагах отдома, где живет Милена! – выкрикнула Вера. – Гриднев переулок, семь.

– А вы откуда знаете?

Вера всплеснула руками:

– Так ведь только что я рассказывала вам, как ходила к этойдряни, просила Кольке продукты носить.

– Но это же было много лет назад? – удивилась я. – Миленасто раз переехать могла.

– Там она, в сорок шестой квартире, – прошептала Вера, –сердцем чувствую, там!

Я села в «Пежо» и вытащила атлас. Ну-ка, где этот Гридневпереулок? Иногда люди, будучи уверены в чем-то, фатально ошибаются. Такпроизошло и с Верой. Во-первых, она полагала, что речь идет о полумиллионероссийских рублей, сумма огромная, фантастическая для женщины, котораязарабатывает меньше двух тысяч рублей в месяц. Да Вере надо трудиться болеедвадцати лет, не пить, не есть, не одеваться, не платить за квартиру, толькотогда она соберет такую сумму. Интересно, что бы она почувствовала, узнайправду про доллары? Во-вторых, Вера наивно полагала, что тридцать первоедекабря святой день, в который невозможно совершить преступление, но именно еговыбрали Милена и Николай, чтобы напасть на Олега. Скорей всего, Вера ошибаетсяи в третий раз: Милена наверняка уже давным-давно переехала из Гридневапереулка. Но проверить все же надо. Девица – единственная ниточка, потянув закоторую можно отыскать Олега. Неужели они убили Гладышева? Но кто же тогдаприслал Ленке деньги? И потом, как страшно все складывается! Федор Мыльниковвыпил фальшивой водки и отправился к праотцам. Проходит совсем немного времени,и под Николаем Маховым подламывается доска. Конечно, всякое происходит в жизни,но что-то мешало мне поверить в случайный ход событий.

Тягостные раздумья прервал телефонный звонок, я поднеслатрубку к уху.

– Дашка, – раздался высокий голос Кати Когтевой, – ну идела!

Я сжалась. Сейчас моя давняя подруга Катюха сделает из менякотлетку в сухарях. Впрочем, нет, учитывая некоторые особенности моей костлявойфигуры, это скорее будет шашлык на ребрах.

– Что у тебя случилось? – безнадежно спросила я.

– Нет, лучше ответь, что у тебя случилось!

Я быстро рассказала про Генку и добавила:

– Вот попросила Кирюшку, чтобы он придумал, как временноудалить Маньку из Ложкина. Не хочу лишних разговоров между ней и Генкой.

– Знаешь, что Кирка удумал? – закричала Катька. – Щенкапринес!

– Да ну! – фальшиво изумилась я. – Хорошенького?

– Симпатичненький, – сбавила тон Катюха, – крохотный совсем,ушки лопухами… Но он все время писает! Повсюду налил. Напрудит, влезет лапами ишагает дальше. Я уже восьмой раз полы мою.

– Извини, – пробормотала я, – с другой стороны, ты и так безконца паркет драишь, теперь хоть есть достойный повод.

– Знаешь ведь, – вздохнула она, – что я не способна на тебяразозлиться, вот и пользуешься этим. Ладно, пусть Маня у нас поживет, покаГенка не уедет. Но потом очень тебя прошу, пристрой несчастное животное вхорошие руки. Месяц я способна потерпеть, но не больше, уж извини!

– Конечно, – обрадованно закричала я, – естественно, подыщущеночку достойную семью, а если никого не найду, заберу себе.

– Ты сумасшедшая, – заключила подруга, – простонеисправимая. Куда тебе еще щеночка? И так свора по дому носится, как еще вашаИрка не сбежала, она небось и спит с тряпкой!

Я отложила телефон на сиденье и завела мотор. Ну-ну,посмотрим, что Катюха скажет через неделю! Есть у меня знакомая семьяФедуловых. Папа, мама и дочка на выданье. Девице стукнуло двадцать восемь, аженихов на горизонте не было. Родители, естественно, волновались. Кому охота,чтобы дочь в старых девах осталась? Отец особенно переживал, он даже пересталорать на девку, если та задерживалась где-нибудь до полуночи.

– И ты ее не ругай, – велел он матери, – может, найдеткавалера.

Одним словом, вопрос о замужестве Танечки стоял на повесткедня очень остро. Представьте себе радость отца, когда он где-то околоодиннадцати вечера услышал из прихожей веселый голос дочки:

– Мамочка, познакомься, это Эдик!

«Слава тебе, господи!» – подумал папенька и кинулся одеваться.Нацепил белую рубашку, галстук, парадный костюм, на всякий случай сбрил слегкаотросшую щетину электрической бритвой, облился одеколоном, схватил из барабутылочку коньяка и ринулся на кухню, знакомиться с женихом.

Когда он при полном параде, распространяя благоухание,ворвался в тесно заставленную десятиметровку, никаких мужчин за столом неоказалось. Жена и дочь мирно пили чай, на столе, возле сахарницы, отчего-толежала серая мохеровая шапка.

Удивленный глава семьи оглядел женщин и спросил:

– Жених-то где?

– Какой? – в свою очередь, изумилась Таня.

– Такой, – повысил голос папенька, – которого ты привела,Эдик!

Таня рассмеялась, схватила шапку и потрясла перед носомотца:

– Вот, знакомься, это Эдик, теперь с нами жить будет!

Папаша разинул рот. Никак не желавшая выходить замуж дочкадержала в руках… котенка.

Разразился дикий скандал, в процессе которого Эдика пять развышвыривали на лестничную клетку и столько же возвращали назад.

– Выбирайте, или я, или кот, – в конце концов заявилразъяренный папа.

Он-то полагал, что жена и дочь одумаются, но они, неожиданнопроявив единодушие, воскликнули:

– Жалко маленького, замерзнет!

Через неделю ситуация устаканилась, Эдик теперь спит у отцана подушке, а в шесть утра начинает недовольно мяукать, и мужик рысью несетсяна кухню, чтобы покормить вконец разбалованное животное. К слову сказать, Танявышла замуж, но зять тестю не пришелся по душе.

– Эдик намного лучше этого идиота, – сказал мне один раз он,потом со вздохом добавил: – Эх, жаль, в баню со мной пойти не может и пиво непьет, а во всем остальном золотой кот!