Подарок наследного принца - Алексей Макеев

– Да, все это я помню, – кивнул Лев. – А еще я помню, что Березин и его друзья задержали двоих партнеров Гурьянова, которые признались, что бизнес покойного им мешал. Но позже задержанных пришлось отпустить. Вот, Березин задержал двоих, а у тебя в списке целых сорок человек. Откуда такая разница?

– Я же говорю – выполнял твою установку проверять всех, – объяснил Крячко. – Я заносил людей в список порой по самым пустячным поводам. Например, один человек попал туда, потому что систематически задерживал поставки комплектующих для фирмы Гурьянова, и тот в конце концов потребовал с поставщика неустойку. Сумма там ничтожная, ста тысяч не наберется, но все же конфликт. Другому Гурьянов мешал развивать бизнес по установке новых дорогих антенн. И этот человек, его фамилия Стрижак, посылал нанятых людей, чтобы они срывали с подъездов и столбов объявления Гурьянова. А пару раз его ребята избили промоутеров гурьяновской фирмы.

– Ну, я бы не назвал этот конфликт мелким, – заметил Гуров. – По-моему, это вполне полноценное столкновение. Как, говоришь, фамилия этого установщика антенн?

– Анатолий Стрижак его зовут.

– Надо запомнить. Вполне годится как кандидат в убийцы. А остальные? У них тоже были с покойным похожие конфликты?

– Нет, больше ничего такого серьезного не было. Человек десять из моего списка – это жильцы многоэтажных домов, которые возражали против того, чтобы Гурьянов устанавливал свои усилители сигнала на лестничных площадках. Дескать, они портят вид, и вообще, от них излучение идет. Против них он действовал исключительно убеждением, а если не получалось, отступал и переносил усилители ближе к дверям клиентов. Там были свои сложности, иногда возникали конфликты с управляющими компаниями, но в итоге все как-то разрешалось. Даже не знаю, правильно ли я сделал, что включил этих жалобщиков в список.

– Все правильно! – заверил его Гуров. – Я готов повторить еще раз: нам нужно раскинуть нашу сеть как можно шире, только тогда есть надежда, что мы не упустим нужную нам рыбу. Лишних ты всегда успеешь отсеять. В этом деле мы не можем надеяться на быстрый результат. Нам предстоит долгая, кропотливая работа. Ладно, расскажи, кто там еще у тебя в списке?

– Есть еще несколько человек, но все они не кажутся серьезными фигурантами, – ответил Крячко. – Например, был один застройщик, который хотел, чтобы Гурьянов продал ему участок земли, на котором наш специалист по Интернету расположил часть своего производства. Однако Гурьянов землю уступать не хотел – он вовремя ее купил, все оформил, и цех был расположен очень удобно. Застройщик некоторое время приставал к Гурьянову, потом понял, что ничего не добьется, и отстал.

– Не угрожал, не вел себя агрессивно?

– Нет, ничего такого не было.

– А как фамилия этого застройщика?

– Фамилия… – Крячко наморщил лоб. – Забыл, надо же! Хотя у меня все записано, сейчас посмотрю.

– Ладно, не нужно, – отмахнулся Лев. – Раз конфликта не было, человек этот не представляет особого интереса. Но ты его, конечно, проверь, как и остальных. А я буду проверять своих, кого выявил по Конягину. А еще завтра с утра заеду в Управление, узнаю, как идут дела у майора и его группы.

На этом друзья расстались, и Крячко поехал к себе, в ведомственную гостиницу.

Наутро Гуров, как и намечал, отправился в Управление. Майора Березина он застал на рабочем месте – тот уже приступил к работе.

– Ну как успехи? Много убийц занес в список? – спросил у него Лев.

– Да не очень много, – признался Березин. – Оказалось, что Касимов был человеком скорее нелюдимым. Они с женой вели замкнутый образ жизни. Общались в основном с родственниками. Друзей у него не было, свободное время проводил в кругу семьи. Так что в списке у меня всего восемь человек, да и то, я чувствую, все они – «пустышки». Зато у меня наметилось продвижение по другой линии.

– Это по какой же?

– Да вот вы тогда говорили насчет камер наблюдения, – стал объяснять Березин. – Что надо лучше проверить фирму, которая занимается камерами возле детского сада. И я подумал, что мы не прошерстили все без исключения камеры вокруг дома Касимовых. Их собственную камеру я сам внимательно смотрел, на ней ничего подозрительного не зафиксировано. Но ведь у кого-то из соседей наверняка тоже установлены камеры! Пусть не у всех, но хотя бы у некоторых. Я вчера отправился в тот район, стал ходить по домам и, представьте, нашел две камеры! Дом Касимовых в их поле зрения не попадает, но видны проулки, ведущие к этому дому.

– Так-так… И что же удалось увидеть на этих вновь открытых камерах?

– Я их вчера до часу ночи смотрел! – признался Березин. – И кое-что действительно увидел. А если точнее, увидел «Опель» с замазанными номерами. Это авто останавливалось то возле одного дома в том квартале, то возле другого. Но появлялось оно там регулярно в течение месяца до убийства Касимова. Вот оно, это авто, полюбуйтесь, я сделал распечатку. – И майор выложил перед сыщиком несколько снимков. Все они были несколько размытые, но «Опель» был виден отчетливо.

– Черная? – уточнил Гуров.

– Черная или темно-синяя, – ответил Березин, – точнее сказать не могу. Я, собственно, вас ждал, так и знал, что вы с утра заедете, хотел вам рассказать о новых обстоятельствах. А теперь возьму эти снимки и пойду в тот квартал, где живут Касимовы. Пройду по всем соседям, буду расспрашивать, не помнит ли кто это авто.

– Идея правильная, – согласился Гуров. – Вот только времени много прошло, люди могли и забыть.

– Да, я делаю на это поправку, – согласился Березин. – Но память у всех разная, кто-то может и помнить.

– Ладно, будем надеяться, – сказал напоследок Лев.

Березин собрался и, выйдя из кабинета, отправился в пригородный район, где жили Касимовы. А Гуров остался ждать еще двоих членов оперативной группы.

Ждать ему пришлось недолго. Буквально через десять минут дверь открылась, и в кабинет вошли капитан Куликов и лейтенант Соболев. Оперативники поприветствовали друг друга, после чего Гуров задал привычный вопрос о результатах вчерашних изысканий. Отвечать взялся Куликов, как старший.

– Мы старались выполнить ваше указание о максимально широком захвате возможных подозреваемых, – начал он. – И выяснили, что таких подозреваемых в случае с Угрюмовым – больше сотни. Мы вчера проделали только часть работы.

– А откуда брали сведения?

– Начали, конечно же, с публикаций Сергея в местной и центральной печати, – ответил капитан. – Просмотрели все статьи за последние три месяца перед его убийством. Еще полистали его записную книжку и телефон, но они мало что дали – у Сергея не было привычки пользоваться бумажным носителем, а на телефон он записывал только номера. Номера тоже, конечно, важны, мы кое-кого по ним вычислили, но ведь из номера не узнаешь, какие отношения были у владельца телефона с Угрюмовым. Так что после этого взялись за опрос друзей и коллег Сергея.