Братство волчьей стаи - Владимир Колычев

— Это в залог.

Мужчина мотнул головой, как будто отказывался от обмена, но ключи взял и от «Газели» отошел. Пахомов хлопнул его по плечу и занял место за рулем. И первым делом глянул на датчик топлива — стрелка стояла на половине.

— А если погоня? — спросила Татьяна, когда машина тронулась с места. — Не уйдем.

Пахомов сунул руку в рюкзак, вынул оттуда «ПБ» с одним только несъемным глушителем, протянул ей.

— Ты мне доверяешь? — спросила она, с сомнением глянув на него.

— Да.

— Ну, хорошо. — Руку к пистолету она тянула медленно, но взяла его быстро, решительно.

Вынула обойму, пересчитала патроны, вернула ее на место, но затворную раму передергивать не стала.

— Если «Хаммер» на спутнике, не уйдем, а так хоть какой-то шанс, — сказал он.

— Тем более тебя где-то далеко сейчас ищут.

— Где далеко?

— Туда, где только на вертолете… Хотя завод здесь, рядом…

— Завод?

— Чащин со своим начальником охраны разговаривал. Я услышала слово «завод». И то, что про тебя речь шла, поняла…

— Здесь комбинат, а завод в тайге. Секретный завод. Золотоплавильный. С комбината они золото уводят, а с карьеров — золотоносную руду.

— Раньше Мазай с комбината кормился, а теперь Чащин карманы набивает. Но как это доказать?

— Секретный завод — доказательство. Я Кручинину координаты дал, а он меня Чащину слил. И под Терехова подставил… Тебя ни в чем не обвиняют, а я тебя спас. Теперь ты должна меня спасти.

— Ты ни в чем не виноват, и я это докажу… А Чащина через жену Грибова можно прижать. Она видела, как он в машину к ее мужу садился… Черт! — Татьяна вдруг шлепнула себя по лбу.

— Что такое?

— Я знаю, ты был у Грибовой. И у Грибовой, и у Сайко…

— Откуда знаешь?

— А ты думаешь, я просто так с Чащиным вязалась? — с горечью во взгляде усмехнулась Татьяна.

— Я не хочу об этом думать.

— А думаешь. И осуждаешь… А я Чащина приручала.

— Чем?

— Важен результат, — опустив голову, тихо сказала она.

— И что я делал у Грибовой?

— Говорил с ней.

— И она рассказала мне, как Чащин садился в машину к ее покойному мужу?

— Чащин подозревает, что да.

— И что он собирается сделать с Грибовой?

— Не знаю… Он сказал, что за ней смотрят, и если ты сунешься к ней, ее возьмут.

— А я могу сунуться к ней, — кивнул Олег.

Грибова — ценный свидетель. Вдова Николая Сайко и отец Елены Дороховой могли только предполагать причастность Чащина к убийствам, а Ксения Грибова видела, как он садился в машину к ее мужу. Видеозаписи больше нет, а свидетель пока есть. Что, если Чащин решит избавиться от нее после того, как сбежала Татьяна?

— Мне нужен свидетель, чтобы прижать Чащина, — добавил он.

— И что ты предлагаешь?

Пахомов пожал плечами. Если Грибова под наблюдением, то к ней лучше не соваться. Без стрельбы ее не спасти, а множить трупы ни к чему. Тем более что и кроме нее есть свидетель — майор Тернов. Он видел в записи, как Чащин садился в машину. Он много чего знает про этого гада. Но Тернова сейчас трогать нельзя. Им займутся потом, когда Чащина прижмет к ногтю Москва.

— Нужно убираться отсюда. Вот что я предлагаю. Нужно объяснить, что с нами произошло. И доказать мою невиновность.

— Можешь положиться на меня.

— Я попробую, — краешком губ улыбнулся он.

Им предстоял долгий, полный опасности путь. Возможно, их перехватят уже на выезде из города. Возможно, придется пробиваться с боем или отстреливаться от погони. Как тогда поведет себя Татьяна? Что, если она примет сторону Чащина? А вдруг она и не отворачивалась от него, а сейчас просто выжидает момент, чтобы ударить в спину?

Права Татьяна или нет, но с бесом нужно дружить. И Чащин готов был заключить с ним сделку, но пока что черт издевался над ним, как хотел. Чертовщина какая-то — Пахомова заметили в районе завода, а он вдруг объявился в городе. И самым наглым образом увел Татьяну.

Это, конечно, хитрый трюк. Переключить внимание с одного объекта на другой, перебросить силы на важный участок, а потом нанести удар. Охраны в доме осталось мало, и Пахомов этим воспользовался. Но как он мог отвлечь внимание? Он же не может летать по воздуху со скоростью вертолета. Или может?

— Где они? — Чащин едва сдерживался, чтобы не схватить Колесова за грудки.

— Ищем! И найдем! — достаточно бодро ответил тот.

— Уверен?

— Уверен. Пахомов скользкий, не ухватишь. Но с ним сейчас Знаменова.

— И что? — пренебрежительно усмехнулся он.

— С ней он далеко не уйдет.

— С бабой легче справиться?

— А разве нет?

— Для тебя — нет!.. Где Джим?

Колесов прав, с Татьяной у Пахомова связаны руки. Но у самого Колесова руки дырявые, все из них валится. Единственно, кому удалось справиться с Пахомовым, — это Джиму с его бойцами. Он смог уложить Пахомова, просто потом фортуна отвернулась от него и мент ушел. А фортуна отвернулась, потому что Чащин уехал, оставив его наедине с Пахомовым. Если бы он сам проконтролировал все, лежал бы сейчас Пахомов обглоданными косточками по лесу.

Но сегодня Чащин будет с Джимом. И вместе с ним выйдет на Пахомова. Тем более он знает, как это сделать… Сегодня, в крайнем случае завтра, с Пахомовым будет покончено. Достанется и Татьяне. Насколько он понял, она не оказала сопротивления своему бывшему. Или Пахомов для нее уже в настоящем?

* * *

Темно-серая «Мазда» сиротливо стояла на улице Колхозная. То ли покойный Боков не жил по месту прописки, то ли его родные находились где-то далеко от Малова, возможно, на отдыхе. Как бы то ни было, машина осталась невостребованной. А ключи от нее лежали на дне рюкзака.

Честно говоря, Олег и не надеялся на эту машину. Ему и без того улыбнулась удача — они с Татьяной смогли выбраться из города, хотя все выезды были перекрыты. Это ли не чудо?! Вот и шевельнулась в голове наглая мысль — свернуть в Малове на Колхозную улицу.

Никто не помешал им с Татьяной сесть в машину, завести двигатель и выехать с улицы на шоссе.

— До сих пор ком в горле стоит!.. — Пахомов примял пальцами свой кадык. — Ну, подвез бы меня Боков до Малова, все, дальше бы я сам, на перекладных. Но нет, ствол выбил, за мной погнался. Пытался его остановить, а без толку… Такое ощущение, как будто я его в болото затолкал. Как будто заставил вместо себя утонуть.