Призрак миссис Рочестер - Линдси Маркотт

Мы подошли к огромной кровати, и сердце заколотилось быстрее. Но он провел меня дальше, в ванную комнату – альков с обширной полузакрытой душевой, построенной из того же камня, что и бассейн. Он притянул меня к себе и нажал на панель: горячий водопад хлынул сверху вместе с клубами пара, окутывая нас мягким роскошным теплом.

Я вздохнула от удовольствия. Какое восхитительное чувство. Пронизывающий до костей холод наконец начал таять. Будто мраморная статуя внутри меня, согретая теплом, ожила. Пигмалион, вспомнилось мне. А, нет, это же имя скульптора, а не статуи, в которую он был влюблен.

И я рассмеялась от этих глупых мыслей, позволяя брызгам смыть песок и кусочки водорослей, прилипших повсюду. Эван тоже смеялся, встряхиваясь, как попавший под дождь хищник или как Пилот, отряхивающийся после прыжка в бассейн. Пар поднимался вокруг нас, точно туман в дождливом лесу, и на камнях играли крошечные радуги.

– Лучше? – спросил он.

– Гораздо.

Эван погладил меня по мокрым волосам, откинув их за плечи. Вода мягко струилась по нам. Я не могла отвести от него взгляда. Черные глаза смотрели на меня в ответ из-под густых слипшихся ресниц, на которых поблескивали капельки. Внутри меня все перевернулось.

Более прекрасного лица я не видела никогда.

Я не могла остановиться. Потянувшись к нему, обхватила его лицо ладонями, притянула к себе и жадно поцеловала, со страстью, которая все это время крепла во мне.

«Если поддаться чувству и эндорфинам, то потом вообще разум потерять можно».

К черту предупреждения Кейко. К черту все, кроме этих мгновений.

Он поцеловал меня в ответ столь же страстно. Я принялась нетерпеливо расстегивать пуговицы его мокрой рубашки и наконец провела руками по обнаженной груди, касаясь упругих мускулов под теплой влажной кожей. Его руки прижали меня к себе еще крепче.

Схватив за запястье, он потянул меня за собой, прочь из душа и обратно в спальню, к той огромной кровати, на которую мы и упали, судорожно хватаясь за одежду друг друга и отчаянно целуясь.

Рядом завибрировал телефон, и Эван, точно подчиняясь рефлексу, повернул голову.

Я напряглась.

Зазвонил второй телефон, на столе в другой части комнаты.

– Тебя потеряли, – заметила я.

– Они всегда звонят. Сейчас выключу.

Он скоро уезжает, мелькнуло в голове. В Сан-Франциско. Где живет Лилиана Греко.

Я села и запахнула полы расстегнутой рубашки.

– Что такое? – Он взял меня за плечи. – Я же сказал, что они больше не помешают.

– Дело не только в этом, – покачала головой я.

– А в чем?

Все еще слишком много вопросов. Слишком много нужно узнать.

– Послушай, – мягко произнес он. – Джейн, для нас нет препятствий. Моя жена мертва. Она покончила с собой семь месяцев назад. Я имею право желать кого-то еще. И ты можешь желать меня – если ты в самом деле этого хочешь.

– Дело не в этом. Просто… – Я не могла подобрать слова.

Выражение его лица стало более жестким.

– Ты мне не доверяешь.

– Нет, – призналась я. – Пока нет. Я не могу.

Два телефона зазвонили одновременно.

– Черт, черт, черт! – Он схватил телефон и швырнул его в стену, осколки полетели во все стороны. Обернувшись, Эван яростно взглянул на меня, но я с вызовом посмотрела в ответ.

– Ладно, я понял. – Поднявшись с кровати, Эван широкими шагами пересек комнату и зашел в ванную. Шум воды прекратился. Он появился снова, уже в махровом халате, и кинул второй халат и полотенце на кровать, а потом развернулся и вышел в смежную комнату.

Завернувшись в толстый халат, я наскоро отжала и высушила волосы. Послышался звук, как если б открыли и захлопнули ящик, и в спальне появился Эван с парой толстых черных носков.

Я поднялась.

– Садись, – велел он.

– Зачем?

– Да бога ради! Пожа-а-алуйста, будь добра сесть, черт побери, и пожа-алуйста, надень эти чертовы носки. Потому что у тебя ноги в песке и тебе будет чертовски больно идти босиком до коттеджа.

– Хорошо. – Я села на краешек кровати, держась прямо.

Он опустился на колени и скатал один носок, а потом махнул мне, чтобы я дала ему правую ногу, и я не удержалась от улыбки. Эван надел носок с той же поражающей нежностью, как в тот вечер, когда он, подсадив меня в пикап Гектора, накинул на меня свою куртку. Кажется, это было так давно.

Так же бережно он надел и второй носок.

– Они велики, но других у меня нет.

Носки у пальцев смешно, по-клоунски болтались, но в них было тепло и комфортно.

– Подойдут. – Я встала. В тот же момент резко зазвенел стационарный телефон. Следом завибрировал и мобильный.

Я уже сделала шаг к двери, когда Эван окликнул меня:

– Подожди. Хочу тебя кое о чем попросить.

– О чем? – настороженно поинтересовалась я.

– Поехать со мной на одно мероприятие. Дресс-код вечерний. Это благотворительная встреча, пройдет в Лос-Анджелесе через пару недель, точную дату не помню. Мы полетим туда накануне днем, вернемся через день утром.

Я молча смотрела на него.

– Остановимся в отеле, – добавил он. – В разных номерах.

Пару мгновений я даже вымолвить ничего не могла от изумления, но потом все же сумела спросить:

– Что это? Сбор средств?

– Да, для «Врачей без границ».

– Вот как. Отличная организация, я сама переводила им деньги.

– Да, и я тоже. Но это скорее деловая встреча, там будет венчурный инвестор, который собирается вложить деньги в «Дженовэйшн». Они с женой устраивают это мероприятие.

– Диллон Сароян?

– А ты подготовилась, – криво улыбнулся он.

– Немного. – Я внимательно следила за выражением его лица. – Столкнулась с его сотрудницей на вечеринке с фейерверком. Лилиана Греко. Она приехала поздно и искала тебя. Вы встретились?

– Да, – спокойно ответил он, и на его лице не дрогнул ни один мускул. – Она один из директоров его компании, было мило с ее стороны заехать поздороваться.

– Полагаю, на мероприятии она тоже будет?

– Понятия не имею. Она часто в разъездах.

– Она очень привлекательна.

– Так и есть. Послушай, ты хочешь поехать на эту чертову встречу со мной или нет?

Говоря о Лилиане, Эван ничуть не изменился в лице. Получается, я ошибалась: их с ней ничего не связывало, кроме деловых отношений. Смешно, но меня накрыло облегчение.

– Я не брала с собой вечерних платьев, – только и сказала я.

– Так купи себе платье. Фэрфакс даст тебе кредитную карточку.

– Нет уж. Чтобы ты еще покупал мне вечернее платье?

– Дальше по коридору целый шкаф всякими платьями набит, большинство совершенно новые. Нунци может перешить что-то для тебя.

Меня даже передернуло от этой мысли.

– О нет!