Красный дом - Роз Уоткинс

– Так вы встретились с Нейтом Армитеджем вчера вечером?

– Вот об этом мне и нужно тебе рассказать. – Она протягивает руку и хватает меня за рукав. – Остановись, Ева. Я не могу за тобой бежать. Но ты должна это знать. Признаю: я относилась ко всему этому как к забавному челленджу и не думала об ужасе, который стоит за всем этим. Мне очень жаль. Но больше я так не думаю. Это не забава. Теперь я думаю, что все это очень серьезно.

– Я и так знаю, что все это очень серьезно! – Я снова отстраняюсь от нее и бросаюсь бегом к вершине.

Но затем я вижу, как кто-то идет вверх по другой тропе, и понимаю, что наши пути вскоре пересекутся. Даже с такого расстояния я вижу бритую голову, я бросаю взгляд вниз с холма и вижу черный «Мини» старой модели. Я почти уверена, что это тот парень, который меня сфотографировал после того, как я ему врезала. Если я побегу прочь от Серены, то столкнусь с ним.

Он замечает меня и начинает бежать в мою сторону.

– Селестина! – кричит он.

Я разворачиваюсь и несусь назад, кричу Серене:

– Возвращайся в машину!

Я бегу вниз по склону, пытаясь обогнуть кроличьи норы и пучки травы. Парень кричит что-то еще, но ветер уносит его слова в сторону. Он держит телефон на вытянутой руке и направляет его на нас.

Он близко. Серена нажимает на брелок, чтобы разблокировать машину, потом останавливается и поворачивается, чтобы что-то сказать парню. Я продолжаю бежать к машине, распахиваю дверцу и запрыгиваю в салон.

Теперь и Серена рядом со мной на водительском месте. Она заводит машину и быстро уезжает. Я смотрю на холм и вижу, как парень поднимается с земли. Я не знаю, что она с ним сделала, но ему явно не повезло. Еще больше, чем в предыдущий раз.

– Нейт не пришел, – продолжает Серена. – Я подумала, что он испугался встречи со мной, но он мне только что позвонил. Он вернулся из больницы.

– Что? – Я резко поворачиваюсь к ней.

– Он разбился на машине по пути на встречу со мной. Ему сказали, что это несчастный случай и произошел из-за того, что Нейт ехал на большой скорости, а неподалеку от его дома, как раз на повороте, кто-то разлил масло.

– Он считает, что кто-то сделал это преднамеренно?

– Да. Чтобы не дать встретиться со мной или не дать нам попасть на скрытый уровень.

– Проклятье.

Дорога идет высоко, деревья Маршпул раскинулась внизу под нами, за ней стоит Красный дом и блестит болото с бледно-розовым отливом.

– Прости, что ввела тебя в заблуждение, – опять говорит Серена. – У меня не было злого умысла! Признаю: я очарована этой игрой, но я не собиралась строить отношения с твоим начальником. Так получилось. А теперь, как я думаю, нам нужно проявлять осторожность.

– Не знаю, могу ли тебе доверять.

– Я понимаю. Но я – просто любопытный геймер. Я хочу узнать правду. Начиналось это как забава, но превратилось в нечто большее. Складывается впечатление, что есть кто-то, кто не хочет, чтобы мы добрались до этого скрытого уровня.

Похоже, это и есть переломный момент. Я смотрю вниз на долину. Мне продолжать это дело одной или впервые в жизни кому-то довериться? Если бы я не чувствовала себя такой усталой и у меня не было ощущения, будто мой мозг заволокло тиной, я бы продолжила одна. Но это очень серьезное дело, чтобы заниматься им в одиночку.

– Я не уверена, что Джозеф убил мою семью, – объявляю я.

* * *

Серена останавливается еще на одной унылой автостоянке, и я рассказываю ей про то, что Джозеф может двигать глазами, про то, как обнаружила листы Пегги с буквами в шкафу под лестницей, которые помогают общаться с Джозефом, новость про вторую машину, мои разговоры с подругой Пегги Лиз и моей второй бабушкой Норой.

– Он на самом деле в сознании?

Я киваю.

– Боже, я думала, что это какие-то идиотские слухи. А твоя бабушка знала, но никому не сказала?

– Похоже, что так.

– А Лиз считает, что твою бабушку кто-то убил?

– Она так сказала.

– Черт побери, да я и предположить такое не могла.

– Я тоже.

– Значит, ты думаешь, что Джозеф невиновен? И кто-то пытается скрыть то, что на самом деле произошло?

– Я не знаю, что думать, – признаюсь я. – Если бы знала, я не обсуждала бы сейчас все это с тобой. Известным сталкером.

Но на самом деле я знаю. Я не верю, что Джозеф это сотворил. Вся моя жизнь строилась вокруг лжи. И я сама участвовала в этой лжи из-за того, что отказывалась признавать мою лицевую слепоту. Если бы я сообщила полиции про то, что не распознаю лица, когда поняла это, они могли бы посерьезнее отнестись к сообщению о второй машине.

– Но видеокамера же записала, как ты, когда тебе было пять лет, кричишь, что он убил твоих родителей? – уточняет Серена.

– Я могла все это воспринять неправильно.

– Я понимаю, что тебе было всего пять лет, но ребенок в таком возрасте знает, что видел родного брата.

Я закрываю глаза и вжимаюсь в спинку сиденья. Она права. Нормальный пятилетний ребенок узнает родного брата.

– Я была в ужасе. Я легко могла что-то напутать.

– Какой кошмар.

Я открываю глаза и поворачиваюсь к Серене.

– Мне нужно выяснить, кто устроил эту бойню.

Она распрямляет спину.

– Мы можем это сделать.

– Каким образом? Мы же не полиция. А этому человеку все сходит с рук вот уже двадцать лет.

– Но полиция не может добраться до скрытого уровня. А я думаю, что смогу.

– Ты действительно хочешь в это влезать? Это может быть опасно.

– Хочу. Я бьюсь с этой игрой уже много лет, восхищаясь придумавшим ее человеком и гадая, что же произошло в ту ночь, потому что не могу представить, чтобы человек, придумавший эту игру, мог кого-то убить. Мне кажется, что он этого не делал.

– И ты считаешь, что вчера вечером кто-то хотел навредить Нейту? Чтобы он не смог с тобой поговорить?

– Судя по всему, полиция списала это на несчастный случай, но он как-то слишком вовремя произошел, и это выглядит подозрительно. Сейчас Нейт дома. Но мне самой очень не хочется стать жертвой еще одного несчастного случая, поэтому давай не будем никому рассказывать, что мы занимаемся этим делом.

– Кто знал о твоей встрече с ним?

– Все, – вздыхает она. – Он разместил пост в Инстаграме, это обсуждалось на всех форумах.