Под тонким льдом чернеет дно - Владимир Колычев

— К сожалению, следы яда были обнаружены не сразу. Поэтому Елизавета Крупеницкая сумела сбежать от правосудия…

— Зачем она сбежала? — озадаченно спросил Артем.

— Как зачем? — удивился Рэймонд. — Чтобы избежать наказания. Неужели это не ясно?

— Ясно, да не совсем… Она делает мужу смертельный укол, выбрасывает шприц в мусор и сбегает…

— Да, примерно в такой последовательности все и произошло.

— А зачем она убила мужа?

— Как зачем? Чтобы воспользоваться своей частью наследства… Дело в том, что господин Терентьев переделал завещание, согласно которому Елизавета Крупеницкая унаследовала половину его состояния…

— Насколько я понимаю, чтобы воспользоваться своей частью наследства, ей как минимум нужно было остаться на свободе…

— Поэтому она и сбежала.

— Сбежала и находится в розыске. Где же здесь свобода?..

— Вот я бы и хотел ее об этом спросить.

— Спросили?

— Нет… Дело в том, что Елизавета Крупеницкая, с которой я встречался вчера, сумела представить мне доказательства, что не является той женщиной, которая подозревается в убийстве господина Терентьева. Она не могла выйти за него замуж, поскольку десятого июня находилась в Москве. У нее есть свидетели…

— А кто тогда вышел замуж за господина Терентьева?

— Крупеницкая Елизавета Савельевна, одна тысяча девятьсот восемьдесят девятого года рождения… По паспортным данным ее личность совершенно идентична с той Елизаветой Крупеницкой, с которой я встречался вчера…

— Если бы у них были разные имена, можно было бы предположить, что они — близнецы. Но имена одинаковые…

— Вот это меня и смущает, — кивнул Рэймонд.

— Полгода назад у настоящей Елизаветы Крупеницкой пропал паспорт, здесь, в Москве. Возможно, его украла та Елизавета Крупеницкая, которая затем вышла замуж за Терентьева.

— Это интересно.

— Мне тоже… Кто-то из двойников Крупеницкой решил воспользоваться ее именем… Видимо, под ним псевдо-Крупеницкая и познакомилась с Терентьевым… К сожалению, она не рассказывала мне, когда и при каких обстоятельствах познакомилась с ним. Но вы, наверное, выяснили это у Аси, дочери покойного…

— Да, мы беседовали с дочерью господина Терентьева, — не стал скрывать американец. — Она сообщила нам, при каких обстоятельствах ее отец познакомился с Елизаветой Крупеницкой, или, как вы говорите, с псевдо-Крупеницкой. Они познакомились в Москве, в январе текущего года, на выставке яхт, куда ее пригласили в качестве кинозвезды…

— Кто пригласил?

— Вот этого я не знаю… Возможно, никто не приглашал. Возможно, пришла туда по собственной инициативе.

— Удачный шаг, надо сказать. На таких выставках много миллионеров…

— Значит, псевдо-Крупеницкой повезло, — усмехнулся Рэймонд. — Да, кстати, можно называть ее госпожой Терентьевой, потому что она взяла фамилию мужа…

— И сразу овдовела… Где уж тут везение, если ее ищет Интерпол?

— Да, в Интерпол она заявлена, но пока что ее разыскивает полиция Сан-Франциско.

— А скрылась она в Москве?

— Нет. По нашим данным, она не покидала территорию США.

— Тогда почему вы здесь?

— Потому что нам позвонила дочь покойного, она сказала, что Лиза Крупеницкая в Москве.

— Как она об этом узнала?

— Из Интернета. Лиза Крупеницкая давала интервью одной газете, и дочь Терентьева сделала вывод, что сейчас Лиза находится в Москве. И, как оказалось, не ошиблась…

— Федот, да не тот, — по-русски сказал Артем.

— Что?

— Лиза, говорю, другая…

— Судя по всему, да…

— Что, есть сомнения?

— Все может быть. Я говорил только с одним человеком, который мог подтвердить ее алиби. Надо бы еще проверить…

— У нее плотный график съемок. Надо связаться с ад. министрацией съемочной группы…

— Я бы хотел этим заняться.

— Пожалуйста, я не против, — усмехнулся Артем.

— И еще бы я хотел снять отпечатки ее пальцев, — замялся детектив. — Но у меня нет законных для этого оснований.

— Боюсь, я ничем не могу вам помочь… Кстати, насчет отпечатков. У вас есть образцы отпечатков пальцев новоявленной госпожи Терентьевой?

— Да, мы сняли отпечатки пальцев с предметов, которыми она пользовалась, сравнили ее с теми, которые были на шприце.

— Но этого недостаточно, чтобы предъявить ей обвинение?

— А мы не предъявляем, мы подозреваем.

— Настолько подозреваете, что потрудились вылететь в Москву.

— Убийство есть убийство, — улыбнулся Брэнсон с гордостью за свою страну и начальство, которое не пожалело средств на путешествие в «страну медведей с балалайками». — К тому же я привез с собой образцы отпечатков пальцев предполагаемой преступницы. Я сдал их для сверки в вашу картотеку.

— Хороший ход.

— И еще мне бы хотелось пообщаться с вами… — с задумчивым видом проговорил детектив.

— Может, как-нибудь в другой раз. — Артем посмотрел на часы. — А то я на тренировку опаздываю.

Артему была интересна «самба», которую предложил ему американский коллега. Но ведь он столько усилий приложил, чтобы отправить себя в спортзал. И что, все впустую?

— Далеко идти?

— Ехать. Сейчас пробки на Садовом, надеюсь за час успеть…

— Мы можем поехать вместе. Но сначала я бы хотел поговорить с вашим начальником.

— А я здесь при чем?

— Мне бы хотелось поговорить насчет вас.

Артем мог бы послать Брэнсона куда подальше. Но, во-первых, ему было интересно дело, которое расследовал детектив. А во-вторых, Зиновьев ждал их у себя. Пришлось идти.

Оказалось, детектив имел определенное представление о русском языке. Говорил плохо, жутко коверкал слова, и все же Зиновьев понял, что требуется от него. Брэнсон сообразил, чем занимается отдел особых расследований, и сослался на то, что Елизавета Крупеницкая — звезда российского кинематографа. Именно поэтому он и надеялся заполучить лейтенанта Гончара в помощники.

— Ну и что ты на это скажешь? — озадаченно посмотрел на Артема Зиновьев.

— А это вам решать, товарищ майор, — пожал плечами Гончар.

Р— Все-таки международная политика. К тому же убийство российского олигарха. Да и Крупеницкая, как ни крути, звезда… В общем, помогай мистеру Брэнсону. Но и сам не зевай. Вдруг Крупеницкая ни в чем не виновата. Смешают с землей, потом не отмоется. Или вообще не поднимется… Давай, Артем, занимайся…

Артем с улыбкой посмотрел на детектива. Дескать, смотри, сам напросился.