Другая жизнь оборотня - Дарья Донцова

– Что бы Ведерникова ни выдумала, она сообщит это Шкодиным завтра, – отрезал адвокат.

– «Все лучше решить сегодня, завтра может и не наступить», – тихо произнесла я. – Вот, пришла мне в голову цитата из какой-то умной книги.

– Ой! – воскликнула Зинаида. – Ой! Я так и знала! Девятнадцатое число на дворе! Точно случится страшная беда! Хочу уйти… Прямо сейчас…

– Зинаида Афанасьевна, успокойтесь, – попросил Юрий Петрович, – ничего ужасного не произойдет. Вам нужно остаться, поскольку Виктор Маркович упомянул вас в завещании. Вы же хотите узнать, сколько хозяин оставил вам за верную службу?

– Да, – пролепетала повариха, – мне нужны деньги. А зачем она так сказала?

– Дарья, и правда, на что вы намекаете? – нахмурилась Луиза. – К чему ваша фраза: «Завтра может и не наступить»?

– Давайте лучше займемся завещанием, – попытался вернуть беседу в иное русло адвокат. – И семья и гости хотят получить…

– Мне просто вспомнился роман Смоляковой, там один из героев эти слова произнес.

– Ой, у меня голова болит, – прошептала Зина.

– Успокойся, – велел ей Антон, – сейчас принесу капли.

– Они ни фига не помогают, – отрезал Кирилл, – ерунда.

– Не смей так говорить! – рассердилась Луиза. – Тоша гениальный гомеопат. Богатов уехал исцеленным. Выпил настой, сделанный Антоном, и сказал мне на прощание: «Твой сын уникальный специалист, я теперь совсем не боюсь ни сглаза, ни порчи. Буквально стал другим человеком».

Кирилл расхохотался.

– Вот уж не знаю, где Антон раздобыл яйцо красноногой панды, о котором дурак Степан всем растрепал.

– Красномордой панки, – поправила я.

– Ой, да как ни назови, а такого животного нет на свете, – веселился муж Нины.

– Кирюша, перестань, – попросила жена. – Какая муха тебя укусила? Тоша чудесный доктор.

– Почему он тогда ничего не зарабатывает? – прищурился ее супруг.

– Клевета! – рассердилась Луиза. – Антон получает хорошие деньги.

– Пить хочу, – заныла Юля. – И есть.

Алиса дернула девочку за руку.

– Не сейчас.

– Пи-и-ить! – затянула Юля. – Пи-и-ить!

Я встала, взяла бутылку с минералкой, налила воды в стакан и подала ребенку. Малышка оттолкнула мою руку.

– Нет, хочу лимонад! Сладкий.

Я поставила стакан на столик со словами:

– Похоже, ты не испытываешь жажды, просто капризничаешь.

– Господа, завещание! – напомнил Юрий Петрович. – Гости уходят. Ну? Уходят!

– С места не сдвинусь, пока сервиз не получу, – объявила Лариса. – Лиможский. Я его выбрала.

– А я хочу люстру, – заканючила Виктория, – из гостиной.

– Господи, зачем она вам? – удивилась Елена. – Чтобы такую повесить, потолок должен быть высотой пять метров с лишним.

– Продам, – отрезала Кузнецова, – богатым людям.

– Уходите не вы, – уточнил адвокат, – а полицейский с Ведерниковой.

– Я хочу писать, – завела Юля новую песню. – Писать!

– Ты уж определись, – усмехнулся, глянув на девочку, Вадим, – или пить, или наоборот.

Малышка поджала губы, насупилась и через секунду выкрикнула:

– Какать!

– Вот почему я не желаю заводить детей, – заявил Анатолий, – от них одни неприятности. Сначала маленькие безобразничают, а потом, когда вырастут, на родителей плюют.

– Не ругайте девочку, ей просто скучно, – сказал Антон, – надо ребенку игрушки дать.

– Ага, а еще спеть-сплясать, – заржал Кирилл. – Экий ты добренький!

– Возможно, она моя сестра, – протянул гомеопат.

– Я вас обманула, – сказала Алиса. – Это была неправда! Одна неправда!

Все повернулись к девушке.

– Интересное заявление, – заметила Луиза. – Значит, в прошлый раз вы нам соврали?

– Да! – выкрикнула Ведерникова.

– Господа! Завещание! – повысил голос Юрий Петрович. – Согласно желанию составителя, вскрыть его необходимо именно девятнадцатого октября. Надо уважать волю покойного. Давайте займемся делом. Госпожа Ведерникова придет завтра и сделает свое заявление.

– День длинный, – сказала я, – сейчас только начало первого, до полуночи целый вагон времени. Виктор Маркович указал точный час вскрытия конверта? Минуты? Полагаю, что нет.

– Пусть говорит, – приняла решение вдова. – Итак, Алиса, вы соврали, что мой муж с вами спал. Девочка не от него. Так?

– Юля не дочь профессора, – призналась гостья.

– Ну и нахалка! – восхитилась Елена. – А ведь недавно с пеной у рта доказывала, что зачала от моего свекра. Даже собиралась его тело эксгумировать.

– Я просто в шоке, – пробормотала Нина. – Алиса, зачем вы так поступили?

– Супервопрос, – похвалил ее Сергей Кузнецов. – И я знаю на него суперответ: бабенка денег хотела. Рассудила просто: покойники народ не болтливый, свалю ответственность на академика, авось дураки родственники поверят, не подумают, что старику куча лет была, а в таком возрасте в койке с девчонками уже не резвятся.

– Нет, все не так, – замотала головой Алиса. – Мы с Виктором были любовниками, но родила я не от него.

– Шлюха! – воскликнула Лариса.

– …! – добавил Сергей.

– Пи-ить! – заорала Юля.

Алиса что есть силы шлепнула дочь.

– Заткнись, наконец! Иначе посажу тебя в подвал и свет выключу.

– Ну и ну! – возмутилась Елена. – Разве можно ребенка бить? Она же маленькая!

– Таких матерей следует лишать родительских прав, – внесла свою лепту Луиза.

– Вы мне надоели! – заорала Алиса. – Со своим ребенком я сама разберусь.

– Вот и уходи отсюда, – потерял адвокатское самообладание Юрий Петрович.

Алиса бесцеремонно показала пальцем на Луизу.

– Очень собой гордитесь, да? Меня осуждаете? Ну да, родила я от женатого и очень богатого человека. Кстати, Виктор Маркович рядом с ним нищий. Но я Шкодина не за деньги любила, он меня всему в постели научил, поэтому олигарх на меня и клюнул, его-то баба законная и одной сотой моего в койке делать не умеет. Да, я солгала, дом мне не профессор купил, и алименты на девочку не он платил. С Виктором Марковичем я на его городской квартире встречалась, на Арбате. Мы год вместе жили!

– Нестыковочка! – обрадовалась Нина. – В первый свой визит вы твердили про одиннадцать месяцев.

В глазах Ведерниковой вспыхнул злой огонек.

– Впервые мы легли в кровать второго апреля, а расстались шестнадцатого марта следующего года. И год можно сказать, и одиннадцать месяцев. То и другое правильно. Витя мне объявил: «Лисонька, все. Но мне твоя дальнейшая судьба не безразлична. Завтра надень черное платьице и приезжай в кафе «Радуга». Мы с тобой никогда рестораны не посещали, а сейчас нужно. Познакомлю тебя с богатым человеком, у которого жена – кирпич в постели. Вспомни все, чему у меня научилась, и будет тебе с олигархом долгое счастье». Вот как все было!