Джек Ричер, или Личный интерес - Линкольн Чайлд

Выгороженную комнату мы уже осмотрели, так что теперь занялись мастерской. В дальнем углу находился туалет, но там мы сумели обнаружить только триллион бактерий. Он напоминал гигантскую трехмерную чашку Петри, но там не было ничего спрятано, кроме заразных болезней. Я не нашел скрытых панелей, открывающихся секций в стене или люка в полу.

Оставалось открытое пространство мастерской, где было полно автомобилей и запасных частей, и ни одной двери; мы не обнаружили ни коробок, ни запертых шкафов. Внутри шин мы также не нашли тайников.

– Здесь нет пистолетов, – сказала Найс. – Мы в автомобильной мастерской. Тут только то, что мы видим, и ничего больше.

Я не ответил.

– Пора уходить, – сказала Кейси Найс.

Я подумал о Малыше Джоуи и его «Бентли». Наверное, он уже преодолел центр города и теперь быстро едет по широкому шоссе, ведущему на запад.

– Нам нужно уходить, – повторила Найс.

В своем «Бентли».

– Подожди, – сказал я.

– Чего?

Никаких коробок и запертых шкафов.

Чепуха.

– Главный серб не станет ездить на старой развалине. С чего бы это? У Карела Либора был «Рейндж Ровер». «Мальчики Ромфорда» пользуются автомобилями высшего класса. Почему бы и сербам не поступать так же? Едва ли они захотят выглядеть как бедные родственники.

– И?..

– Почему он носит с собой ключ от драндулета?

– Потому что они здесь чинят драндулеты. Это их работа. Или прикрытие.

– Но только не для босса, ему такие ключи ни чему.

Я вернулся в комнату и взял ключ из кармана мертвеца. У него был металлический стержень и пластиковая головка, но не такая, как у ключей от современных автомобилей, – без батарейки, ответчика или прибора системы безопасности. Просто ключ.

Оглядевшись, я начал с запыленного седана, припаркованного в углу, со спущенными шинами и отсутствующим передним крылом. Почему машина стоит в мастерской так долго, что у нее спускают шины? Так не бывает при эффективном ведении бизнеса. Машина должна ездить, чтобы оправдывать свое содержание. Из каждого квадратного фута необходимо извлекать прибыль.

Я посмотрел на багажник. Большая прямоугольная коробка, к тому же закрытая на ключ. Все надежно спрятано на глазах у всех.

Я попытался открыть багажник.

Ключ не подошел.

– Нам пора, Ричер, – сказала Кейси Найс.

Я огляделся и сдался.

– Ладно.

Вернувшись на порог комнаты, я опустился рядом с лежавшим на полу парнем. Он перестал скулить, но все еще был жив. Должно быть, природа наградила его бетонным черепом. Я нашел у него в кармане ключ от «Шкоды» и бросил его Кейси Найс:

– Заводи машину, а я открою дверь мастерской.

Возле двери находилась кнопка размером с ладонь, связанная с механизмом длинной металлической трубой, выгнутой, точно лебединая шея. Я сильно нажал на кнопку, и дверь начала со скрежетом подниматься. В мастерскую, дюйм за дюймом, стал проникать дневной свет. Он пробежал по полу до дальней стены, и я увидел сидящую за рулем Кейси Найс. Она включила зажигание, глядя на приборный щиток, и из выхлопной трубы потянулся темный дымок.

И тут я заметил еще одну кнопку величиной с ладонь. Потом еще одну. И еще. На подъемниках. Гидравлические механизмы, которые поднимались и опускались. Все подъемники пустовали, кроме одного. Автомобиль на нем находился на максимальной высоте, так что было видно черное грязное днище, а багажник – на уровне головы. Никто не станет обращать на него внимания. Да, паршивый я полицейский.

Я поспешил обратно и знаком показал Найс, чтобы она подождала, а сам нажал на кнопку. Раздался хриплый скрежет, подъемник начал опускаться, медленно, медленно, мимо уровня моих глаз, ниже и ниже. На подъемнике стоял старый, покрытый пылью автомобиль со спущенными шинами. Наконец подъемник остановился, скрежет смолк. Одновременно открылась дверь мастерской. Теперь тишину нарушал только шум работающего двигателя «Шкоды».

Я подошел к крышке багажника запыленной машины. Однако багажник был не таким запыленным, как остальные части автомобиля. Возле замка я заметил следы пальцев и отпечатки ладоней. Его без конца открывали и закрывали с тех пор, как в последний раз касались дверей.

Ключ подошел.

Крышка поднялась, заскрипела пружина.

Машина была седаном средних размеров, с длинным глубоким багажником, где могло поместиться несколько чемоданов, или две-три сумки для гольфа, или многое другое из того, что человек захочет перевезти в автомобиле. Багажник был полон.

Но не чемоданами и сумками для гольфа.

Там лежали пистолеты и коробки с патронами.

На первый взгляд все пистолеты были совершенно новыми «глоками», упакованными в пластик и аккуратно сложенными. В основном классический «Глок-17», несколько 17L с более длинными дулами, а также 19 с укороченными стволами. Все калибра 9 миллиметров, к которым подходили патроны типа «парабеллум». Тут же лежали коробки с сотнями патронов в каждой.

Кейси Найс вышла из «Шкоды» и посмотрела на оружие.

– Шерлок Бездомный, – сказала она.

– «Глок-девятнадцать» подойдет тебе лучше всего. Ты привыкла к короткому стволу?

– Конечно, – сказала она после небольшой паузы.

Тогда я развернул «Глок-19» и обычный «Глок-17» для себя, зарядил их из коробки с патронами и прихватил две запечатанные коробки. Мы оставили подъемник внизу, не стали закрывать багажник и сели в «Шкоду» – Кейси Найс устроилась за рулем. Затем мы развернулись и поехали к выходу.

– Подожди, – сказал я.

Она притормозила и остановилась так, что капот попал в луч падающего снаружи света.

– Где мы находимся? – спросил я.

– В Вормвуд-Скрабс, – ответила она.

– И с чем можно сравнить это место?

– Ну, наверное, с Южным Бронксом.

– Только британская версия. Тут они далеко не каждый день слышат выстрелы.

– Наверное.

– А если слышат, то вызывают полицейских. И полиция приезжает вместе со спецназом, бронированными машинами и сотней детективов.

– Наверное.

– А я никогда не доверял оружию, которое не проверено.

– Что?

– Нам нужно испытать «глоки».

– Где?

– Ну, если мы сделаем это здесь, то приедут полицейские, которые вызовут «Скорую помощь» для тех, кому она нужна, а потом соберут достаточно серьезных улик, чтобы поколебать позиции сербской мафии. Так что это можно считать нашим гражданским долгом.

– Ты спятил?

– Целься в машины. Я всегда хотел это попробовать. Каждый делает по два выстрела, потом уносим отсюда ноги.