Ларец с опасным сюрпризом - Евгений Сухов

Ей и самой следовало быть осторожнее для того, чтобы не подпортить имидж семейному бизнесу. Замужество на Виктории открывало Пономареву дорогу в круг английской аристократии, что сулило массу дивидендов, в том числе укрепление личного благосостояния. Так что их семью он мог рассматривать всего лишь как трамплин для дальнейшего продвижения.

Дочь, конечно же, умница, сама все понимает, но в любом случае ей нужно помочь попристальнее всмотреться в своего избранника. Со своей стороны, она, Маргарита, сделает все возможное, чтобы расставание с Пономаревым произошло не столь болезненно. Это случится завтра, а вот сегодня (Раевская посмотрела на часы) уже через пять минут Пономарев должен прийти в ее кабинет для содержательного разговора. Весьма интересно посмотреть на избранника дочери на расстоянии вытянутой руки.

На пороге кабинета, негромко постучавшись, в черном фраке, как это было принято в доме, предстал престарелый слуга (когда-то он служил еще лорду Артуру Брэндону).

– К вам господин Пономарев.

– Пусть войдет, – распорядилась Маргарита.

Раевская редко принимала гостей в своем доме, исключение делалось для старинных друзей семьи, доставшихся ей в наследство от родителей. А еще в ее дом попадали люди, которые были ей глубоко симпатичны. Пономарев не относился ни к тем, ни к другим. Что ж, тем интереснее пойдет разговор…

Через минуту в комнату вошел высокий молодой человек в дорогом сером костюме, весь его облик излучал неистощимое радушие. Такие мужчины обычно нравятся дамам: они легки, остроумны, щедры. Женщины влюбляются в них без оглядки, а когда страсть все-таки проходит, они вспоминают былые чувства как самые светлые страницы своей жизни. Рядом с таким мужчиной ее дочь может быть невероятно счастливой… или бесконечно страдать. Весьма опасный типаж!

Пономарев смело – и несколько крепче, чем следовало, – поцеловал руку Раевской. Возможно, что на кого-нибудь подобная решительность и произвела бы впечатление, но только не на Маргариту, искушенную галантностью аристократических салонов.

– Хм… весьма фривольно.

– Извините, не удержался. Меня просто очаровала ваша красота.

– Вы весьма опасный мужчина.

– Вы измените обо мне мнение, как только мы познакомимся с вами поближе.

Парень знал, что хотел от жизни, и шел к своей цели семимильными шагами.

– Возможно… Виктория много рассказывала мне о вас, и вот сейчас я решила познакомиться с вами лично. Все-таки мне не безразлично знать, с кем встречается моя дочь.

– Мне тоже Виктория много о вас рассказывала. Уверяю вас, она находится под надежной защитой.

– Теперь, глядя на вас, я уже не сомневаюсь в этом. Садитесь…

– Благодарю.

Михаил удобно разместился в старинном кресле. На стены, завешанные раритетными картинами, не смотрел, давая понять, что видеть ему приходилось и не такое изящество. Его полный внимания взгляд был направлен на Раевскую.

– Как давно вы проживаете в Лондоне?

– Прошел уже год, но для меня он пролетел как один день. Хотя мне приходилось бывать в нем и раньше и жить подолгу. Так что я никогда его не считал чужим.

– А сами вы из Санкт-Петербурга? – нарочно допустила неточность Маргарита.

– Нет, я из Москвы, – слабо улыбнулся Пономарев, – проживал в Староконюшенном переулке.

– Где? – невольно переспросила она.

– В Староконюшенном переулке. Это вам что-то говорит?

– В некотором роде… – Неожиданно к Раевской пришла идея. – Я бы хотела поговорить с вами об одном интересном деле. Только прошу вас не удивляться.

– Вы меня очень заинтриговали.

– Вы способны вскружить голову даже искушенной женщине, что же говорить о такой бедной девочке, как моя дочь… Так что где-то я понимаю ее.

– Вы меня слегка смущаете.

– Бог ты мой! Вы решили меня рассмешить? Ха-ха! Думаю, что смутить вас просто невозможно… Однако перейдем к делу. Знаете, мой бизнес ориентирован в основном на Англию, а в России у меня совершенно никого нет…

– Понимаю, – кивнул Михаил Пономарев, – вы хотите расширить свой бизнес и ищете партнеров в России. На мой взгляд, это очень дальновидная политика. Россия – страна с большим потенциалом, я уж не говорю о сырьевых ресурсах. Сделаю все, что в моих силах.

К собственному неудовольствию, Маргарита все более пропитывалась симпатией к молодому нахалу. Весьма опасный симптом.

– Дело в другом… Когда-то в Староконюшенном переулке проживала наша семья.

– Получается, что мы с вами земляки, – широко улыбнулся Пономарев.

– Именно так. Если хотите, там размещалось наше родовое гнездо.

– И в каком доме?

– Затрудняюсь ответить, какой именно номер… Тогда дома называли по владельцам. Но прежде этот дом принадлежал бригадиру Новосельцеву.

Пономарев кивнул.

– Я знаю это место. Мой прежний дом находится метрах в пятидесяти от вашего особняка. – Снова улыбнувшись, добавил: – В детстве мы играли там в войну.

– Чудесно! Знаете, практически сразу после революции моя бабушка вынуждена была эмигрировать. Некоторое время она жила в Париже, потом перебралась в Лондон. Вскоре вышла замуж. Но дело не в этом… Я могу вам довериться?

– Мы почти родственники, – любезничал молодой наглец. – А семейные тайны никогда не выходят за пределы круга родственников.

– А вы самоуверенны…

– Возможно, это не так уж и плохо. Так в чем же дело, уважаемая княгиня?

– Дело в том, что в тайнике квартиры остались наши фамильные драгоценности.

Маргарита внимательно посмотрела на Пономарева. Тот отреагировал верно – понимающе улыбнулся и сдержанно произнес:

– Хм… Любопытно.

– Изъять их в настоящее время практически невозможно. Государство заберет их себе, они представляют историческую ценность. Вы не могли бы как-то посодействовать мне в этом вопросе?

– В самом деле, весьма неожиданное предложение. Я ожидал все, что угодно, но такое… Честно говоря, даже не представляю, каким образом смогу вам помочь. Хотя сделаю все, что в моих силах. Вы можете мне сказать, что это за фамильные ценности?

– В тайнике спрятан шифр фрейлины, врученный моей бабушке императрицей Александрой Федоровной, и… яйцо Фаберже.

– Яйцо Фаберже? – невольно ахнул Пономарев.

– Да. Это наша фамильная ценность. У меня такое впечатление, что вас ко мне послало само Провидение. Я могла бы обратиться к другим людям, но боюсь, что они меня просто обманут. Вы же встречаетесь с моей дочерью, внушаете нам доверие… Насчет денег можете не беспокоиться, я оплачу любые ваши расходы.

– Насколько я понимаю, это деловое предложение? – задумался Пономарев.