Черная полоса - Владимир Колычев

— На женщину, которая делает тебя счастливым троглодитом. Скажи, что я тебя не возбуждаю!

— Возбуждают шлюхи.

— Я буду твоей персональной шлюхой. Если хочешь, то общей!

— Противно слушать.

— А бегать за мной не противно?

— Кто за тобой бегал?

Лилия достала из сумочки телефон, набрала несуществующий номер.

— Нинка, привет! Твое предложение еще в силе? — спросила она у тишины. — Тогда я еду к тебе. Ну да, прямо сейчас! — Она вернула телефон на место, оделась, прихорошилась.

Глеба хватило ненадолго.

— Ты куда?

— А куда ты меня обычно посылаешь? У Нинки как раз вакансия появилась.

— Где?

— На панели. Да ты не переживай, я тебя не забуду. Фотографии буду высылать. Из-под каждого клиента.

— Ну-ну! — Он повернулся к ней спиной, зарылся головой в подушку, но вскочил с дивана, едва только Лилия открыла дверь, схватил ее за руку, потянул на себя, обнял. — Ну все, хватит!

— Что все?

— Твоя взяла!

— Женишься на мне?

— А Матвей что, не хочет?

— У Матвея Василиса.

— А если бы не было?

— Я ушла бы к нему. — Лилия старалась говорить спокойно, при этом прямо смотрела Глебу в глаза.

В какой-то момент она поймала себя на мысли о том, что подражала Василисе, которая, как ни крути, смогла произвести на Глеба сильное впечатление.

— Уйдешь или ушла бы?

— Уйду. Если не женишься.

— Вообще-то это шантаж.

— Я буду хорошей женой и никогда тебе не изменю. — Лилия готова была поверить в то, что говорила.

Ведь она действительно могла стать верной женой, даже перед Матвеем смогла бы устоять. Если бы захотела. Да и не будет Матвей настаивать. Он точно без ума от своей Василисы. Лилии с ним ловить нечего.

— Отец… — Глеб запнулся, лицо его страдальчески скривилось, на глазах выступили слезы.

Зря он вспомнил о своем отце.

— Почему отца больше нет? — дрогнувшим голосом спросил он.

— Потому. — Лилия отвела взгляд в сторону.

Василиса не признавалась в убийстве Рубахова, но все было ясно и без того. Матвей его порешил, а Василиса помогла предать тело земле.

— Что ты знаешь?

— Не знаю. Но догадываюсь.

— Василиса его убила?

— Или Матвей.

— Да это без разницы, у них там одна сатана. Ненавижу! — Глеб так сжал челюсти, что захрустели зубы. — А тебя тянет к ним! — Он зло глянул на Лилию.

— Так я же должна знать, что там у них на уме.

— Что у них на уме?

— Василиса ясно сказала, что ты должен поделиться с ней.

— А хрен ей! И два пальца в придачу!

— Матвей очень опасен, — заявила Лилия. — Он ведь и порвать тебя может.

— Зачем ты Виктора остановила?

— Я же говорю, Матвей тебя может порвать.

— Это мы еще посмотрим!

— Это Матвей застрелил Артура, Яна и Гену, — сказала Лилия.

— Почему ты не дала показания против него? — зло спросил Глеб.

— Мы договорились.

— Сейчас пойдешь к следователю и все расскажешь!

— Я не видела, как он убивал.

— Скажешь, что видела.

— Тогда он точно тебя убьет.

— Матвей?! Меня? — Глеб заметно стушевался.

— Так это же ты меня на него натравливаешь.

— Его снова посадят.

— А Пухнарь останется на свободе. Матвей ему заплатит.

— Он мне и без того уже угрожает. Половину Василисе отдать!

— Из-за этой половины уже погиб твой отец. Теперь Матвей убьет тебя самого.

— Вот так прямо возьмет и убьет!

— А как Матвей Артура убил? Совершенно запросто. Для него это как два пальца об асфальт. Мужик! — не удержалась от лестной оценки Лилия.

— Зверь!

— Зверь, — в раздумье проговорила она. — Ласковый и нежный. Но не во мне.

— Что нам делать?

— Нам?… — Лилия удивленно повела бровью. — Ты меня в свои дела не впутывай. Я всего лишь твоя персональная шлюха.

— А если я женюсь на тебе? — осторожно спросил Глеб.

— Хочешь, чтобы я убила Матвея?

— Я этого не говорил! — Глеб нахмурил брови, но только для того, чтобы скрыть огонек, вспыхнувший в его глазах.

— Твой отец как-то намекал мне на это.

— Мой отец?

— Ему действительно нужен был Матвей. Но я ничем не могла ему помочь.

— А он предлагал?

— Я не смогу убить Матвея, — отрезала Лилия. — Даже если ты женишься на мне. А вот он сумеет с тобой управиться. Даже если ты не женишься на мне.

— Как он убил моего отца?

— Я понимаю, ты ненавидишь Матвея, но мой тебе совет: не играй с огнем.

— Ты предлагаешь мне принять его условия? — осведомился Глеб и с подозрением глянул на нее.

— Я ничего не предлагаю, даже не советую. Просто не хочу, чтобы тебя убили. Это правда! — Лилия нежно улыбнулась, обвила руками его шею и влажно поцеловала в губы. Она действительно не хотела воевать с Матвеем. Ее куда больше устраивал мир, в котором они с Глебом будут наслаждаться благами жизни. Да и как Лилия выйдет за него замуж, если Матвей поставит на нем крест?

Спокойная величественность, внешняя невозмутимость, тщательно взвешенные слова, уверенность в каждом движении. Матвей невольно залюбовался Василисой. Иногда твердость характера в женщине возбуждает больше, чем ее тугая, упругая грудь.

Но и Глеб смотрел на Василису со скрытым восторгом. Он и любил ее, и ненавидел. Матвей не сомневался ни в том, ни в другом.

— Раз уж возникла такая необходимость, то мы готовы пойти вам навстречу. — Управляющий банка нервно крутил в руках ручку с золотым пером. — Но для этого мы должны расторгнуть ваш договор, заключенный с господином Рубаховым.

— Суд расторгнет, — отрезала Василиса.

— В наших интересах не доводить дело до суда, — сказал Холодов и с сочувствием посмотрел на Глеба.

Тот кивнул как-то подавленно, находясь под гнетом обстоятельств.

— Так в чем же дело? — сурово спросил Матвей.

Василису он любил вовсе не из-за денег и жизнь свою хотел сделать собственными руками, без ее участия. Потому и не бодался с Рубаховым за ее наследство.