Чемпион среди неудачников - Марина Серова

Мстительная улыбка скользнула по губам Веры:

– Ну, этого недоноска мне как раз не жалко.

– Что, совсем-совсем? – спросила я, искоса поглядывая на девушку. Аляска забеспокоилась:

– А… почему вы спрашиваете?

Я взглянула на часы. Ничего, время терпит.

– Да так… просто судьба Славика зависит от тебя.

Аляска непонимающе смотрела на меня. Пришлось объяснить.

– Пойми, я вообще не знаю, чем все закончится. Возможно, Сидоров уже мертв – твой брат вполне мог его прикончить. Особенно если Славик как обычно дал волю своему длинному языку и что-нибудь такое ляпнул про тебя. Может быть, твой брат убил его и уже успел податься в бега. Покинул город и уехал, к примеру, в Магадан. А что, вполне реалистичный сценарий! Но вероятнее всего, он пока где-то в городе, вымещает злобу на Хомяке. И когда мы их найдем… Вот тут многое будет зависеть от нас с тобой.

– Женя, я не понимаю! – замотала головой Аляска и сломала в пальцах очередную сигарету.

– Когда оба героя – и Вова, и Славик – будут в руках Шарова, мы сможем забрать твоего брата. А Хомяка оставим на милость бандита. И я не завидую этому парню, как бы я к нему ни относилась, такой участи не заслуживает никто. Еще вариант – мы можем сообщить в полицию, как только местонахождение обоих гавриков будет установлено. Шаров останется с носом, Хомяк будет спасен… Но вот твой брат отправится прямиком в тюрягу.

– Нет, пожалуйста! – схватила меня за руку Вера. – Нельзя ему туда! Он говорил, что покончит с собой, лишь бы не идти на зону!

– Ну, есть еще один вариант. Я могу попытаться переиграть Шарова. Сделать так, что и Хомяк уцелеет, и твоему брату эта история сойдет с рук.

– Женя! – Аляска смотрела на меня так, словно я была фокусником, а она маленькой девочкой, сидящей в первом ряду цирка.

– Не уверена, что получится. Но можно попытаться.

Аляска на минуту задумалась. Я пристально следила за ней. Давай же, девочка, решайся… Ну?!

Наконец Вера Шнырёва решительно тряхнула платиновыми волосами и сказала:

– Заводите машину, Женя. Поехали.

Ну вот, я так и знала – Аляска знает, где прячется ее непутевый брат!

Часа полтора мы колесили по городу, пока наконец не въехали на территорию заброшенного завода. Таких в Тарасове немало – когда-то наш провинциальный город был одним из центров оборонной промышленности. Потом эти заводы сделались не нужны. Теперь некоторые перепрофилировались и выпускают снегоуборочную технику, другие сделались складами, а третьи тихо зарастают репейником и лопухом, как вот этот.

Я въехала на территорию через поваленные ворота и заглушила мотор. Надо осмотреться. Лезть очертя голову, когда не знаешь местности, – не самая здравая мысль… Я расстегнула кобуру, удобно разместила в кармане шокер, пристегнула ножны к поясу, руки оставила свободными, если вдруг придется общаться по телефону. Вера следила за моими приготовлениями с расширенными от страха глазами.

– Давайте я пойду первой! – предложила девушка. – Я попытаюсь договориться с Вовкой по-хорошему. Меня он послушает. А если не получится, тогда уже вы…

Я кивнула и выбралась из машины. Аляска медленно открыла дверцу, ступила на раскрошенный бетон и, как в замедленном кино, двинулась к полуразрушенному корпусу, видневшемуся в отдалении. Корпусов тут было штук десять, так что идея пустить вперед знающего человека представлялась здравой.

– Однажды он уже прятался здесь, – тихо сказала Аляска, не оборачиваясь. – Две ночи провел, а дело было в январе. Там у него схрон – одеяла, плитка, консервов запас. Я так и знала, что он сюда прибежит…

Я взглянула на часы. Время поджимало. Скоро Шар оставит напрасные попытки поймать похитителя дочери и отправится разыскивать уже меня. Я тронула Аляску за плечо:

– Крикни что-нибудь утешительное! Пусть знает, что мы тут. Пора начинать переговоры.

Аляска поднесла ладони рупором ко рту и громко позвала:

– Во-овка! Это я! Где ты?

Голос девушки эхом отразился от бетонных стен, заметался в каменном колодце. Слышимость здесь была превосходная.

Высоко наверху, на уровне второго яруса, появилась встрепанная светловолосая голова. Знакомая физиономия, заросшая щетиной до самых глаз! Вот ты где, голубчик… Шнырёв вместе с заложником разместился в заброшенном цеху. Правильно, Вера говорила, что у него там «схрон». Позицию Вова выбрал удачно. Высоковато и неудобно вдобавок. В случае чего снять его выстрелом будет непросто, а залезть на эту верхотуру скрытно мог бы лишь наш отряд «Сигма» в полном составе – трое отвлекают, остальные взбираются по стене с помощью оборудования, похожего на то, что используют промышленные альпинисты. Жаль, что я одна. Аляска мне в таком деле не помощник.

Нет, я вовсе не собиралась стрелять в дурака Вовку. Просто я всегда просчитываю ситуацию и учитываю любой расклад – даже наихудший.

– Вера? Зачем ты пришла? – тоскливо отозвался Шнырёв. О, разговаривает! Это уже хороший признак. Бывает, преступник в такой панике, что и к переговорам не способен…

– Я за тобой! – закричала Аляска. – Я пришла забрать тебя отсюда!

– А это кто с тобой? – подозрительно спросил брат.

– Это Женя. Она моя подруга. Не бойся ее, мы хотим тебе помочь!

– Подруга, да? – обиженно крикнул Шнырёв. – А чего она к нам домой приходила, Олежку выспрашивала? Подруга, блин!

– Слушай, спускайся, а? – предложила я, демонстрируя пустые руки. – Разговор нам предстоит долгий, я тебе все объясню. Кстати, а где Хомяк?

Владимир на мгновение исчез, потом появился снова. В его ручище болтался бледный, испуганный, но живой Славик. Пока Вова успел только как следует разукрасить физиономию юного злодея. Ну, это мелочи. Синяки пройдут, нос можно поставить на место. Главное – жив.

– О, вот и отлично! – обрадовалась я. – Спускайтесь к нам. Машина ждет! Сейчас мы отвезем этого красавца к нему домой, но перед этим он нам пообещает… нет, лучше расписку напишет, что не имеет никаких претензий. И разойдемся по-хорошему.

– Вова, послушай ее! – прижала руки к груди Вера. – Только Женя может решить дело так, чтобы никто не пострадал! Я увезу тебя куда-нибудь, на работу устрою… Да и сама уеду, будем вместе жить. А можем вообще домой вернуться, к Олежке…

– Нельзя! – мрачно сказал Владимир.

– Да ладно тебе! – махнула рукой Вера. – Ну, объясним соседям, что ошибка вышла, что на зоне помер твой однофамилец, а бумагу прислали нам… Я что-нибудь придумаю. Ты только спускайся…

– Поздно! – еще мрачнее отрезал Шнырёв.

Мы с Верой переглянулись. И тут подал голос Славик. Пусть он тряпичной куклой болтался в руке похитителя, долго молчать он не мог.

– Это он в том смысле, – завопил Сидоров, – что минут пятнадцать назад тут крутились какие-то бандюганы на джипах. И наш… э… мыслитель не нашел ничего лучше, как выстрелить в них.